Я был душой дурного общества

Почему пишут, что это повесть о проститутках? Она о несчастных людях, мужчинах и женщинах. О тяжёлых, надломленных судьбах. Печальная, ностальгическая история. Будто сидит пожилой седой уже человек и вспоминает свою бурную молодость, веселых безбашенных дружков, наивных пьяненьких и лёгких на любовь подружек... Вроде и грустно вспоминать и в то же время грусть светлая, потому что самое прекрасное время в жизни - юность. Всё кипит-бурлит вокруг, душа рвётся на части, страсти накрывают с головой - не выплыть. Чьи-то квартиры, голоса, гитары, лица, песни, водка и далекие уже глупости...

Мне настойчиво вспоминались мои 90-е. События повести происходят в 1977 году, а очень похоже на то, что и 15-20 лет спустя было, чем жили наши дворы и компании. Да, семьи эти не из самых благополучных слоев общества. Но образы узнаваемые до боли. Кто-то потом вполне благополучным и респектабельным стал. Кто-то не стал. И любовь, всегда любовь...

Не могу сказать, что с литературной точки зрения все чётко и выверено в произведении, но очень душевно. Местами разговорно совсем написано. Будто речь слышишь. Заволакивает, увлекает за собой в эти воспоминания, не хочется отрываться. Жаль, мало. И заканчивается история резко, на звенящей гитарной струне... Впечатление незавершенности, да.

Мы родились в счастливое и свободное время в счастливой и свободной стране и поэтам не стали. Кто может так сказать про себя?... Вся поэзия рождается на страданиях мечущихся душ. О чем писал бы Высоцкий, родись он ей 50 лет позже... или раньше?...

В этот сборник включены стихотворения трех разделов и повесть "Роман о девочках", которая собирает к себе в круг первые два раздела и ставит к ним уверенную точку. В сборнике есть и очень известные тексты и менее популярные. А в повести отчётливо просматриваются эти нити, ведущие к тому стихотворению и к тому, и к этому... Имена, ситуации... Даже продолжение истории можно угадать внимательному читателю в одном из них. Я впервые ощутила, как отдельные на первый взгляд произведения, складываются в единое полотно творческой работы автора. Темы обыденности жизни маргинальных членов общества, их проблем и мечтаний - в наше время уже не так популярны. Давайте будем честны - в сегодняшнем дне мы с вами живём значительно благополучнее, чем наши предки в послевоенные годы молодости Высоцкого. Но если вы помните 90-е - вам будет легче понять и принять. Ностальгия. Некоторые особенно легли на душу - "Давно я понял: жить мы не смогли бы...", "Песня-сказка про Джина", "Ой, где был я вчера", "Пиратская", "Летела жизнь"...

Название сборника предполагает и настраивает на определённый лад. Однако, не все так однозначно. Если первые два раздела - "Зэка Васильев и Петров зэка", "Мой друг уедет в Магадан" - действительно отражают в полной мере название книги в целом, то третий раздел - "Бег иноходца" - в основном состоит из всем известных текстов песен Высоцкого и из заданной названием темы выпадает. В нем вы найдёте все, что любите, все самое-самое. И вполне благополучное, хотя остросоциальное, военное и юморное, как принято ожидать от автора. Но на мой взгляд к дурному обществу они уже не относятся. Здесь вам и "Парус", и "Ноль семь", и "Канатчиковая дача", и "Жираф", и "Скалолазка", и баллады обе, и много ещё разных, и также тексты, которые песнями не стали, были написаны в стол, например "Мой Гамлет".

В заключении (вот так от обратного) скажу, что очень неплохо написано вступление А. Кулагина. Обычно они бывают жутко нудными. А тут хорошо так, коротко и по делу о принципах составления сборника и реалиях жизни Высоцкого, в которых он свои стихи писал.

«Девочки любили иностранцев».
Как это принято выражаться – срез общественной жизни? Галерея образов, сравнительное жизнеописание, анализ?
Остро. Вспышкой на лезвии. Яростной вспышкой одного брошенного взгляда. На картину жизни. Срез. С патологоанатомической точностью.

Да, девочки любили иностранцев. А кто любил самих девочек?
Не так, чтобы «И можно ли ее было не соблазнить?», и не так, чтобы «Не он – был бы другой, хуже, должно быть», и даже не «Мне все обещают помочь и устроить, но если с кем выспишься – он сразу забывает, а если нет – тем более»…

Девочки любили. Их унижали,- а они любили. Их презирали, ими пренебрегали,- а они любили. Ими делились с друзьями – в лучшем случае, в худшем - передавали по «пересменке». В окружающей их реальности любовь подменялась удовлетворением, благополучием, удовольствием. А они любили.

Русские девочки, любившие иностранцев, вырастали в русских женщин, которые одни только и способны любить истово, с верой, с надеждой, с полной самоотдачей – любить непонятых гениев, алкоголиков, домашних тиранов, сидящих и сидевших… В прочем, пока ещё получается обманывать себя и подменять одни понятия другими, можно любить иностранцев и подобную им «чистую» публику.

Девочки, которых любили иностранцы,- яркие бабочки-однодневки, все на одно лицо (фигуру, размер), все с отсутствующей судьбой – прошлым, будущим, прошлыми и будущими проблемами. Таковы они для иностранцев. Но и этих девочек кто-то любит до остановки дыхания, до потери себя, до обретения смысла, до невозможности жить не надеясь, не любя…