Интердевочка. Чокнутые. Трое на шоссе

В сборник вошли три киноповести: "Интердевочка", "Чокнутые" и "Трое на шоссе". В повестях "Интердевочка" и "Трое на шоссе", по мнению автора, есть один изъян - изменившиеся цены на проституток, доллары и яблоки. В остальном все осталось по-прежнему.

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,9

95 оценок

5
34%
4
29%
3
35%
2
2%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 106Хотят прочитать 85

Рецензии

La_Roux
5 мая 2022
Никуда не сбежать от прошлого, всюду следует за тобой.. прилипшее к подошвам!
Мой любимый старенький фильм и Яковлева в главной роли - это нечто! Книга понравилась, несмотря на то, что я диалоги наизусть по фильму знаю.

Совсем коротко: Татьяна Зайцева работает сутки через трое в больнице, а в свободное от работы время в гостинице "Интурист" развлекает состоятельных иностранных граждан. Валютная проститутка (фу, как грубо) вскоре выходит замуж за одного своего "клиента" и вылетает заграницу с надеждой, что будет счастлива в новой жизни. А будет ли?

Очень ярко описан менталитет разных стран. Широкая русская душа была непонятна и не признана "за бугром". А щедрость и доброта русской женщины никому не нужна там...

Много моментов, которых не было в фильме, некоторые даже прояснили мне подробности важных событий. В общем, если любите старенькие фильмы, если смотрели этот и вообще про Советские времена, то читайте! Я за день проглотила, да она и небольшая.
Читать далее
50 понравилось
0
924
ghost_writer
31 августа 2019
Кунсткамера Страны Советов
Книга о картонных стенах, фальшивых идеалах, драме одного человека и всего народа. Сейчас часто так – идёшь по улице, а старый дом в трещинах заклеен жизнерадостным плакатом. На плакате – нарисованный фасад. Угол чуть-чуть отошёл, и виден серый крошащийся кирпич без штукатурки.
Идёшь и думаешь: «Раньше такого не было». Нет, товарищ, и раньше было. И 20 лет назад, и 50, и 100. Почему? Неужели и правда страна такая? Люди так воспитаны? Само устройство государственной власти настолько пропитано этой фальшью, что ничего никогда не меняется?
Лютая безнадёга. Все друг друга грызут. А мы разве святые? Святых тут нет. Все жить хотят, а не гнить в тюрьмах да лагерях. Какая разница, кого подставить, если за горло взяли? «Все равны» Не смешите меня. Можно жить честно, перебиваясь с хлеба на воду, десять лет учиться, потом горбатиться за копейки, умереть от инфаркта в 50. Можно вертеться.
Никому здесь верить нельзя. Говорят одно, делают – совсем другое. Лозунги звучат как насмешка, позолота с них давно стёрлась. Друзей нет. Один раз – помогут, вспышка сентиментальности, а как их прижмут – не моргнув глазом, продадут тебя. И не пожалеют.
У кого язык повернётся обвинить Таню в том, что она уехала? Да ни у кого. И казалось бы – почему уехала? Деньги были, жильё, подружки. На хвост ей наступали не больше, чем другим. Но вопросов почему-то не возникает. Союз нарисован таким угнетающим, грязным, серым, уродливым и правдоподобным, что желание Тани уехать любой ценой вполне понятно и разумно. Это унижение ради лишней копейки (что иронично в условиях социализма) ради лучших условий, эта грызня, эта нищета и убогость, прикрытая высокопарными фразами. Это как на убитого человека надеть медицинскую маску с нарисованной на ней улыбкой. Всё хорошо, не обращайте внимание.
Таня со своим транжирством здесь в чём-то противопоставлена всей советской действительности. У неё есть цель, и она не считая бросает деньги на её исполнение. У неё есть люди, к которым она что-то чувствует – и она тратит на них деньги. У неё есть гордость, и рубль из грязи она поднимать не будет. Опять же, это мощнейшие противопоставление – проститутка с гордостью и все остальные – мелочные, фальшивые людишки, готовые осудить всех вокруг. Как говориться, в чужом глазу…
И все эти люди-хамелеоны преображаются быстрее, чем читатель успевает уследить за этим. Отец Тани – то бедный старик, тащащий на себе двух детей и больную жену, то наглый бессовестный шантажист, готовый из родной дочери выжать столько, сколько можно. Танин Эдик – то бездушный швед, бесконечно считающий деньги и аккуратно отмеряющий свои чувства, то самоотверженный влюблённый, готовый на всё ради истеричной Тани, любящей её, несмотря на её прошлое. Тут, конечно, хочется сказать, что Эдик персонаж абсолютно нереальный, но в него почему-то хочется верить. Ну как можно полюбить проститутку? Легко, на самом деле. Но как можно принять её прошлое? Вот это трудный вопрос. Продолжаем про преображения. Мама Тани – то наивная суетящаяся интеллигентка, то мудрая женщина, до конца играющая свою роль, всё бросившая на защиту дочери. Мать Тани как будто была очень открытой – всё волнение, все страхи, все восторги – наружу. Но на самом деле она всё держала в себе, все свои истинные переживания, свою боль. Ни с кем не делилась. Удивительная женщина.
Таня – персонаж живой. Сильно раздражающий временами, истеричный, но зато – как будто правдивый. Честный. Она-таки вырвалась из клетки, но не смогла привыкнуть к лицемерной вежливости иностранцев. Хотя слово «лицемерная» здесь, конечно, неуместно. Они воспитаны так. Мы – не лучше. В общем, Тани места нигде нет. Вроде как, зовёт Родина. Но Родина уродлива и готова съесть Таню с потрохами. С другой стороны, чтобы нам не пыталась навязать пропаганда патриотизма, Родина – это не страна. Не президент, не правительство. Родина – это мама, обои в цветочек, песня по радио, родной язык. Парадоксально, что такая прекрасная Родина прикована к такой страшной стране. Парадоксально, что власть разбираться ни в чём не будет, что сохранить человечность здесь дорогого стоит, что взращенные на пафосных лозунгах пополам с нищетой люди равнодушны к сминающей грудную клетку человеческой драме. . Парадоксально, что такая прекрасная Родина прикована к такой страшной стране. Таня никогда не найдёт своего места.

Как же это так получается – я всех люблю, а все из-за меня несчастливы…
Читать далее
35 понравилось
4
3,2K
Shishkodryomov
14 января 2019
Интернет или интерда.
Повесть "Интердевочка" была написана в 1988 году и практически сразу же, на следующий год, вышел одноименный фильм, которому и достались абсолютно все лавры победителя, многие даже не знают, что снят он по этой книге и та не является киноповестью, которые так часто появляются после успешного фильма, чтобы на волне его популярности отхватить кусок непринадлежащего им пирога. Я тоже довольно поздно узнал о существовании этой книги. Оценивая данный труд, я прекрасно понимаю, что невозможно избежать сравнений с киноверсией, ибо "Интердевочка" для большинства это все же фильм 1989 года с Еленой Яковлевой.
Если фильм как-то отражает собой прощание со старой системой (хотя бы видимость этого), то книга напрочь является советской, хотя такой ее назвать очень сложно. Именно этот продвинутый слой общества, как это ни грустно звучит, девушек легкого поведения и нелегкой жизни, был единственным, можно сказать, что народным и общедоступным, который мыслил совсем не по-советски и имел хоть какие-то возможности. Культурную и партийно-дипломатическую верхушку здесь рассматривать неуместно. При СССР имели возможность прибегнуть к самому простому способу изменения социальной среды - выйти замуж за иностранца, только известные актрисы и валютные проститутки.
"Интердевочка" Кунина написана в очень рассудочной и без капли романтики форме. Она до мельчайших нюансов отображает психологию человека, который собирается покинуть Советский Союз, весь маразм никуда не девавшейся с тех пор бюрократической системы. Татьяна Зайцева мыслит предельно обстоятельно, очень логично, все подробности автором переданы очень точно и очень достоверно. Более того, книга написана от первого лица и на моей памяти это один из самых удачных трудов, когда мужчина пишет от имени женщины. Прелесть фильма же в какой-то меланхолической безнадежности, удручающей романтике уходящего времени, воспоминаниях о колбасе за два двадцать и газировке за три копейки.
Нужно сказать, что об обществе всегда судят по типичным ее представителям - учителям, врачам и милиционерам. Кунин очень грамотно умудрился показать этот срез, все эти профессии во всей красе. И пусть у него Татьяна Зайцева работает медсестрой лишь для отвода глаз, ее мама-учительница страдает от хулигана Козлова, а милицию мы видим исключительно интуристовскую, во время очередного мероприятия по поимке благородных куртизанок, этого вполне достаточно, чтобы должным образом отобразить среду и сделать выводы о системе. Читатель, а за ним и зритель, очень органично и спокойно, как само собой разумеющееся, воспринимает эту задумку Кунина, не задумываясь, насколько умно это все показано.
Мне кажется, что книга не утратила в этой части никакой актуальности, пусть раньше мы и должны были сравнивать первую часть в СССР со второй частью, в Швеции. Теперь же мы имеем возможность смотреть на советский период с нынешних позиций, понимая, что с тех пор ничего толком и не изменилось. Сидят все те же мумии, поддакивают им все те же попугаи, а милиция решает все те же вопросы своими методами, также игнорируя закон. Вторая часть, таким образом, становится менее интересна, за исключением, может быть, некоторых женщин, что покинули родину навсегда и смогут найти в образе Татьяны Зайцевой родственную душу.
Книга кажется скоротечной, даже журналистской, написанной, чтобы быстро отреагировать на тему, но это не так. В ней, как мне кажется, затронуты какие-то глубинные вопросы человеческой свободы, настоящих ценностей и чем мы рискуем порою, когда пытаемся добиться чего-то любыми путями. В настоящее же время "Интердевочка" Кунина уже является трудом по новейшей истории иного государства, которого на карте давно уже нет, но которое сидит во многих головах до сих пор, когда мы прячем взгляд при виде черной формы полицейского, униженно протягиваем врачу скорой помощи его тысячу рублей или молчим, когда ребенок притаскивает домой какого-нибудь очередного Фадеева для чтения.
На пятерку, книга, конечно, не тянет, но я ее все же поставлю, как дань уважения автору за его труд и его вклад в культуру. А на фоне преимущественного ничтожества нынешней российской прозы Владимир Кунин выглядит чуть ли не гением. Увы, уже только выглядел, пусть это и не касается его произведений.
Читать далее
34 понравилось
0
2,4K