Paradise Lost

Не может бездна адская держать
Небесных Духов до конца времён
В цепях ...

Пускай
Узнает Он: победа над врагом,
Одержанная силою меча,-
Лишь часть победы. Новые миры
Создать пространство может. В Небесах
Давно уже носился общий слух,
Что Он намерен вскоре сотворить
Подобный мир и населить его
Породою существ, которых Он
Возлюбит с Ангелами наравне.

Наружно окружась
Величьем венценосца, он сокрыл
Разящую, действительную мощь,
И это побудило к мятежу
И сокрушило нас. Отныне мы
Изведали могущество Его,
Но и своё познали. Не должны
Мы вызывать на новую войну
Противника, но и страшиться нам
Не следует, коль Он её начнёт.

Но какой же ум
Высокий, до конца усвоив смысл
Былого, настоящее познав,
Дабы провидеть ясной предречь
Грядущее, — вообразить бы мог,
Что силы совокупные богов
Потерпят пораженье? Кто дерзнёт
Поверить, что, сраженье проиграв,
Могучие когорты, чьё изгнанье
Опустошило Небо, не пойдут
Опять на штурм и не восстанут вновь,
Чтоб светлый край родной отвоевать?

Глаза
Его свирепы, но мелькнули в них
И жалость и сознание вины
При виде соучастников преступных,
Верней — последователей, навек
Погибших; тех, которых прежде он
Знавал блаженными. Из-за него
Мильоны Духов сброшены с Небес,
От света горнего отлучены
Его крамолою, но и теперь,
Хоть слава их поблекла, своему
Вождю верны. Так, сосны и дубы,
Небесным опалённые огнём,
Вздымая величавые стволы
С макушками горелыми, стоят,
Не дрогнув, на обугленной земле.

"— На эту ли юдоль сменили мы,-

Архангел падший молвил, — Небеса

И свет Небес на тьму? Да будет так!

Он всемогущ, а мощь всегда права."

Терзался, видя, что любое Зло
Во благо бесконечное, в Добро
Преображается, что род людской,
Им соблазнённый, будет пощажён
По милости великой, но втройне
Обрушится возмездье на Врага.

Жизнь ... ни любить
Ни презирать не надобно. Живи
Благочестиво, — коротко ли, долго,-
Пусть Небо предрешает.

Немудрёно,
Что золото в Аду возникло.

Войско Сатаны,
Безмерно большее, чем все войска
Людские, — повинуется Вождю
Суровому; мятежный Властелин,
Осанкой статной всех превосходя,
Как башня высится. Нет, не совсем
Он прежнее величье потерял!