Суетное тщеславие, невоздержанность, страсть к переменам, непрестанный зуд чем-то занять себя, не важно, дурным или хорошим, неумение подумать, приятно ли это будет отцу и миссис Уэстон, безразличие к тому, как будет выглядеть такое поведение в глазах людей, — вот обвинения, которые казались ей применимы к нему теперь.

Он застал ее в смятении и унынии. Этот негодяй Фрэнк Черчилл!.. Она объявила, что никогда не любила его. М-да, пожалуй, все же Фрэнк Черчилл — не отпетый мерзавец… Он воротился в дом со своей Эммой, любимой и любящей, и, когда бы в голове у него еще оставалось место для Фрэнка Черчилла; он бы признал его, вероятно, очень порядочным малым…

Только тогда можно составить верное сужденье о женщине, когда вы видите ее в домашней обстановке, в ее привычном окружении такою, какова она всегда.

Несправедливо судить о поступках человека, ежели нам не все досконально известно о его положении.

Значит, хуже сознает, ежели не способен. Значит, менее убежден, раз не может сделать усилие.

В скрытности есть надежность, но в ней отсутствует привлекательность.

<...>все наши восторги, все воспаренья зависят более от состояния духа.

Порою жемчуг чистый - бездны вод,
Глубины океанские таят;
Порой цветок невидимо цветет,
Вотще распространяя аромат.

— Теперь вы, может быть, сожалеете, что целый день, когда у вас их так мало, убили на стрижку волос.
— Нет, — возразил он улыбаясь, — об этом ничуть не сожалею. Я лишь тогда люблю видеться с друзьями, когда знаю, что сам являюсь перед ними в надлежащем виде.

<...> ежели сон, пересилив горе, все-таки смежил ему очи, то поутру они откроются без прежней печали и с новою надеждой.

- З ким ви збираэтеся танцювати? - спитав містер Найтлі.
Якусь хвильку вона вагалась, а потім відповіла:

• З вами, якщо ви мене запросите.
• Тоді почнемо? - запитав він, подаючи їй руку.
• Почнемо. Ви продемонстрували, як добре вмієте танцювати, і ми з вами не настільки брат і сестра, щоб це виглядало непристойно.
• Брат і сестра? Оце вже ні!

Обстоятельства вынуждали их встречаться и делать хорошую мину при плохой игре.

О замужестве своей дочери он всегда говорил с сочувствием, невзирая на то, что это был брак по любви.

Она всем сердцем любила отца, но его общества ей было мало. Он не мог быть для нее достойным собеседником в серьезном или шутливом разговоре.

Коль женщина теряет ум - лишь смерть её излечит, и то же средство помогает женщине с тяжёлым характером отбелить репутацию.
Оливер Голдсмит, прозаик, поэт