Цитаты из книги A Good Year

— Как дом, Макс? Шикарный? — Дом слегка, знаешь ли, обветшал. Чарли замотал головой: — Нет-нет, Макс, у нас это называется иначе. Мы говорим: "благородная паутина времени и чуть поблекшая прелесть давней эпохи". — Ясно. — Как вино? — С ароматом псины. Убивает наповал. Послевкусие... богатое, с трупными нотками.

Шампанское всегда сопутствует удачи. Напиток оптимистов.

За принципы всегда приходится платить. А в данном случае платить придется не только деньгами, но и мечтой о новой жизни.

По дороге в Экс они беседовали на безобидные общие темы — так обыкновенно делают люди, когда не хотят обсуждать то, что их всерьез тревожит.

"...услышал дальний перезвон церковных колоколов, сзывавших деревенских жителей на мессу — краткую демонстрацию благочестия перед традиционным воскресным чревоугодием. Максу вспомнилась одна давняя статья, автор которой утверждал, будто католики едят вкуснее и обильнее, чем протестанты, потому что всегда могут покаяться в грехе обжорства и получить отпущение."

С фотографии в рамке по-прежнему царственно улыбается королева; сама того не сознавая, мадам Паспарту улыбнулась в ответ

как истый англичанин, он ждал минуты, когда уже позволительно будет пропустить первый стаканчик,

Но первым делом – кофе. Если я сейчас же не выпью кофе, превращусь в сварливую стерву.

— Как там у вас погода? — услышал он в трубке задумчивый голос Чарли. Таким вопросом северянин часто начинает разговор с южанином.

За принципы всегда приходится платить.

лучше умереть стоя, чем жить на коленях

сиеста, говаривал он, — превредная привычка, каких у сибаритов-иностранцев пруд пруди; подобные привычкинезаметно подтачивают человеческую волю и потому не раз приводили к упадку целых цивилизаций. Зато британцы, которые никогда не спят после обеда, сумели благодаря именно этой их особенности захватить множество земель и создать свою империю. Quod erat demonstrandum

"...в конце ряда лоз виноградников обычно сажают розовый куст. Если заведется какая-нибудь зараза, розы ее подцепят первыми, и тогда будет время обезопасить лозы...".

Процедура напоминала урок анатомии. У вина есть нос, услышали будущие знатоки. У вина есть тело и ноги. У вина есть одежда, букет, индивидуальность, некая сущность.

"Никогда, ни при каких обстоятельствах не спеши с продажей земли. Земельку ведь больше не производят – так я, по крайней мере, слышал. Сдавай в аренду или просто сиди на ней сиднем, только не сбывай ее с рук"

"Первое – настроим дух. – Чарли несколько секунд с благоговением смотрел на бокал, затем поднял его к свету: – Теперь ублажим взор. – Он слегка наклонил бокал, выявляя оттенки, – на дне вино было густо-рубинового цвета, выше – бордового, а на поверхности у стенки бокала чуточку отливало коричневым. – Теперь усладим обоняние. – Он осторожно покачал бокал, чтобы вино «подышало», и лишь потом опустил к напитку нос и сильно потянул воздух. – Ах,  – выдохнул он, закрыв глаза и слегка улыбаясь. – Ах. "

Макс разделял точку зрения Оскара Уайльда: лошадь спереди и сзади опасна, а в середине неудобна