In a German Pension

– Его сама Дева Мария и то бы не угомонила, – пробормотала она. – Неужели Иисус Христос тоже в детстве так ревел? Если бы я не так устала, у меня бы, наверное, получилось. Но я хочу спать, и ребенок это знает. А ведь скоро будет еще один!
Она швырнула ношу на кровать и застыла, в ужасе глядя на младенца.
Из соседней комнаты раздавались звон стаканов и мягкие переливы смеха.
И вдруг ее озарила чудеснейшая, замечательнейшая мысль. Рассмеявшись впервые за весь день, Девочка-Которая-Устала захлопала в ладоши.
– Шшш, шшш, шшш, – сказала она. – Лежи смирно, глупыш; хочешь не хочешь, но ты заснешь. И больше не будешь плакать и просыпаться посреди ночи. Эх ты, смешной маленький уродец.