Пароль у него на компьютере — «пароль».

Новая смерть, эта чума, может прийти откуда угодно. Из песни. Из случайно услышанного объявления. Из колонки новостей. Из проповеди. От уличного музыканта. Можно подхватить смерть от ведущего в телемагазине. От учителя. От интернетского файла. От поздравительной открытки ко дню рождения. От печеньица с предсказанием судьбы.

Серое марево в зеркале зыбится и клубится. Это может быть что угодно. Не важно, что ждет меня в будущем – все равно оно меня разочарует.

Может быть, люди -  это просто домашние крокодильчики, которых Бог спустил в унитаз?

Убить тех, кого любишь, Это не самое страшное. Есть вещи страшнее. Например, безучастно стоять в сторонке, пока их убивает мир. Просто читать газету. Так чаще всего и бывает.

Когда столько всего происходит вокруг, тебе уже не хочется думать самостоятельно. Ты уже не представляешь угрозы. Когда воображение атрофируется у всех, никому не захочется переделать мир.

Это называлось “баюльной песней”. В некоторых древних культурах ее пели детям во время голода или засухи. Или когда племя так разрасталось, что уже не могло прокормиться на своей земле. Ее пели воинам, изувеченным в битве, и смертельно больным — всем, кому лучше было бы умереть. Чтобы унять их боль и избавить от мук.
Это — колыбельная.
Я говорю: все будет хорошо. Я сжимаю Элен в объятиях, укачиваю, как ребенка, и говорю ей: теперь отдыхай. Спи. Я говорю ей: все будет хорошо

Я говорю о свободе воли. Есть у нас эта свобода или Бог нам диктует по заданному сценарию все, что мы делаем, говорим и хотим? Мы свободны в своих решениях или средства массовой информации и устоявшаяся культура контролируют наши желания и действия — начиная буквально с рождения?

А разве реинкарнацня – это не просто способ оттянуть неизбежное?

"Палки и камни могут покалечить, но теперь и слова тоже могут убить."
"У вас нету власти над жизнью и смертью, разве что только тогда, когда ва заказываете в Макдональдсе гамбургер."
"Нам все равно всего мало."
"Власть, деньги, любовь, вдоволь еды и секса. Бывает так,чтобы когда-нибудь остановиться, или нам всегда этого мало? И чем больше мы получаем, тем больше хочется?"

Мазохист провоцирует садиста. Даже самый пассивный человек — на самом деле агрессор. Мы все убийцы. Чтобы жить, мы убиваем растения и животных — а иногда и людей.
— Скотобойни, животноводческие хозяйства, парники и теплицы, — говорит она, — нравится тебе это или нет, но всё это есть. И ты этим пользуешься.

Хочется посоветовать всем родителям, кто потерял маленького ребёнка: придумайте себе хобби. Удивительно, как быстро ты учишься отгораживаться от прошлого, когда тебе есть чем занять руки и голову. Пережить можно всё — даже самую страшную боль. Только тебе нужно что-то, что будет тебя отвлекать. Попробуйте вышивать. Или мастерить абажуры из цветного стекла.

В мире, где клятва не стоит вообще ничего. Где обязательства - пустой звук. Где обещания даются лишь для того, чтобы их нарушать, было бы славно устроить так, чтобы слова обрели былое значение и мощь.

Хороший способ отгородиться от боли - сосредоточиться на мелочах.

Большой брат не следит за тобой. Большой брат поёт и пляшет. Достаёт белых кроликов из волшебной шляпы. Всё время, пока ты не спишь, Большой брат развлекает тебя, отвлекает внимание. Он делает всё, чтобы не дать тебе время задуматься. Он делает всё, чтобы тебя занять. Он делает всё, чтобы твоё воображение чахло и отмирало. Пока окончательно не отомрет. Превратиться в бесполезный придаток типа аппендикса. Большой брат следит, чтобы ты не отвлекался на что-то серьёзное.

Все эти люди, которым необходимо, чтобы у них постоянно орал телевизор. Или радио, или проигрыватель. Все эти люди, которых пугает Тишина. Это мои соседи. Звуко-голики.Тишина-фобы.