Английская литература
colette_rus
- 36 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Еще один захватывающий роман Стивенсона. Так получилось, что я читал его в юности, и тогда он не произвел на меня должного впечатления, помню, что мучил его довольно долго и, скажу больше, я напрочь забыл о чем эта книга. Поэтому, когда я взялся её перечитывать, то читал как в первый раз. И скажу, что этот "первый раз" оказался намного продуктивнее - книга зашла на ура!
История вражды и противостояния двух братьев интригует с самого начала и не отпускает до финала. Сам автор отсылает читателя к библейскому сюжету об Исаве и Иакове, помните знаменитую легенду о чечевичной похлёбке и покупке первородства. Стивенсон раза три-четыре на протяжении текста романа упоминает о библейском противостоянии, но мне это сравнение не кажется достаточно корректным, все же Иаков обманул старшего брата и отца, а вот Генри Дэррисдир, который ассоциируется с Иаковом, никого не обманывал.
Ситуация сложилась таким образом, что для того, чтобы родовое поместье осталось во владении семьи, один из братьев должен был выступить на стороне мятежного принца Чарльза, а другой остаться в рядах роялистов. Младший брат Генри (Иаков) выказал готовность рискнуть и отправиться в лагерь якобитов, но старший Джеймс (Исав) предложил довериться жребию. Судьба распорядилась таким образом, что восстание потерпело поражение, старший брат оказался вне закона, а младший унаследовал поместье и титул. Но обмана во всем этом не было ни на грамм, поэтому сравнение с Исавом и Иаковом кажется мне надуманным.
Ну а дальше разворачивается напряженное психологическое противостояние между двумя братьями, в которое оказываются втянутыми невеста Джеймса, которая стала женой Генри, отец братьев, дети Генри, и управитель поместья Эфраим Маккеллар, от лица которого и ведется повествование.
Братья оказываются совершенно разными, младший Генри честен и благороден, но довольно сер и незаметен, старший Джеймс, наоборот, безумно ярок и талантлив, но совершенно лишен положительных морально-этических качеств. Противостояние между братьями достагает настолько крепкого накала, что случается неизбежная в таких обстоятельствах дуэль, но раненому Джеймсу чудом удается выжить.
В описании братьев и их соперничества Стивенсон проявляет себя как довольно искусный мастер психологической прозы, характеры братьев показаны в динамике. И, если образ Джеймса кажется более стабильным на протяжении романа, то Генри на пути к финалу преображается почти до неузнаваемости.
В финале романа события перемещаются в Вест-Индию, другими словами, в Северную Америку. Последние главы очень эффектные, в них появляются свойственные для Стивенсона пиратские мотивы, хотя дело происходит в окрестных лесах Олбани. Кроме пиратских мотивов появляются и детективные ноты и даже мистические, их носителем становится преданный Джеймсу слуга Секундра Дасс, вывезенный хозяином из Ост-Индии. Тут можно запутаться - Вест-Индия и Ост-Индия, индийцы и индейцы. Но что же делать, если британцы подчинили своей короне так много Индий, зато припеваючи жили за их счет, да и до сих пор могущество Великобритании во многом зиждется на богатствах, выкачанных из колоний. Ну, да ладно, это слова из совсем другой песни.
Кстати, финальные события романа разворачиваются в 1757 году, а это значит, что почти в то же самое время где-то поблизости - в той же самой провинции Нью-Йорк (время штатов еще не пришло), происходили события, описанные другим классиком приключенческой литературы - Фенимором Купером - в его романе "Последний из могикан". Так что Соколиный Глаз и Чингачгук были литературными современниками братьев Дэррисдиров, и можно даже пофантазировать на тему о том, как они могли пересечься в тех краях.
Но, в любом случае, братья уже не выбрались из этих лесов, старший перехитрил самого себя, слишком понадеявшись на хитроумные йогические технологии Секундры Дасса, но в Вест-Индии приемы из Ост-Индии работали плохо, а у младшего просто не выдержало сердце, ослабленное алкологем, к которому он пристастился, чтобы хоть как-то снимать неизбежный стресс.
Взаимная ненависть уничтожила братьев, но род не погиб, у Генри остался сын, которому суждено продолжить древний шотландский род, но кто победит в Александере - смиренный родной отец или талантливый мятежный дядя - не ясно. Маккеллар несколько раз за роман сетует, что Генри, сам того не желая, растит из сына копию брата - избалованного и не знающего ни в чем отказа. Так в романе пробиваются нотки повести про Джэкила и Хайда, написанной за 4 года до того.

Я для себя до сих пор не определился - какой из двух романов с сюжетами из английской истории можно назвать лучшим: "Айвенго" Вальтера Скотта или "Черную стрелу" Роберта Стивенсона. Исторические периоды выбраны едва ли не самые интересные, в первом случае - правление Ричарда Львиное Сердце, во втором - война Алой и Белой розы. Нет, я не буду пытаться выяснить, какой из двух романов лучший, я пережил удивительные мгновения упоения, читая оба произведения, пусть они делят пальму первенства.
Так вот, "Чёрная стрела" рассказывает о перипетиях войны Алой и Белой роз. Мы помним это название, но помним ли, кто стоял за каждой из роз, и цветок какого цвета торжествовал победу? Белую розу представляли претенденты на престол - Йорки, а Алую - другие соискатели короны - Ланкастеры, которые в результате 30-летней борьбы и выиграли этот кровавый спор между красными и белыми, и тогда тоже, как выясняется, победили красные.
Главный герой романа - Дик Шелтон оказывается в эпицентре борьбы династических партий, его личная судьба вплетается в судьбу страны. Вскрывшиеся обстоятельства гибели его отца заставляют его сменить лагерь, перейдя от Ланкастеров к Йоркам. Что же, возможно, его переход мог помочь последним одержать окончательную победу. Конечно же, это шутка, поскольку битва при Шорби, красочно описанная автором, является плодом его вымысла, да и Ричард на тот момент еще не мог командовать войском, поскольку ему было только 8 лет (события романа происходят в 1460-ом году) и он еще не получил титул герцога Глостерского.
Это мы поговорили про исторический антураж, но главное достоинство романа, конечно же, его приключенческая линия, ради которой автор и поступился кое-какими историческими реалиями. Эта линия и делает роман одним из лучших из написанных по мотивам английской средневековой истории. Особенно украшают книгу две темы, одна из которых отношения Дика с юным Джоном, который на поверку оказывается Джоанной Сэдли, и между молодыми людьми вспыхивает нешуточной силы любовь; вторая - "Джон-Мщу-За-Всех" со своими лесными братьями, еще одна реинкарнация Робина Гуда.
Роман заканчивается довольно мажорно, все главные герои, в том числе капитан корабля и верный Лоулесс, обретают счастье и благополучие. Обращает на себя внимание название прихода, в котором обвенчались Дик и Джоанна - Холивуд. Такая транскрипция была в издании, которое я читал, но ведь можно написать и так: Голливуд. Ясно, что во времена Стивенсона никакого калифорнийского Голливуда в том смысле, в каком мы его воспринимаем сейчас, быть не могло, хотя бы потому, что не было никакого кино. Но всё равно, такое название прихода заставляет улыбнуться нынешнего читателя, превращая роман в "голливудскую историю".

Признаюсь честно, я был не слишком хорошо знаком с биографией Стивенсона, а следовательно, с характеристиками его произведений. И про этот роман, исходя из его названия, я имел представление, как о каком-то увлекательнейшем морском приключении в стиле того же "Острова сокровищ".
Но это оказалось произведение совсем в другом духе, в другой стилистике и в другом темпе. Здесь тоже имеется приключенческая составляющая, но, если в "Острове сокровищ" она обрушивается на читателя практически с первых строк, то в "Потерпевших кораблекрушение" её приходится ждать почти половину книги. Но, даже когда приключения начинаются, они так и не набирают той динамики, что присутствовала в книге про клад Флинта.
Первая же половина романа, та, что поспокойнее, показалась мне чем-то вроде романа нравов, и напомнила стилистику Диккенса. Сценки из жизни молодого американца Лаудена Додда написаны с элементами мягкого юмора и лёгкой иронии. Та же ироничность чувствуется, когда на страницах появляется друг главного героя по фамилии Пинкертон. Очень знакомая фамилия, согласитесь. Сначала я думал, что это просто совпадение, ведь цикл романов о Нате Пинкертоне появится только через 20 лет после выхода в свет романа Стивенсона, но потом я вычитал, что у литературного Пинкертона был реальный прототип с такой же фамилией, которого звали Алан. Он был самым известным американским сыщиком XIX века, и к моменту написания романа уже умер.
Тогда путаница прекратилась и всё стало на свои места, дело в том, что стивенсоновский Пинкертон постоянно повторяет: "Я это узнаю, не будь я Пинкертон!" Ясно, что он имел в виду в качестве своего однофамильца-кумира не Ната, а Алана.
Но, продолжая ироничную линию, когда в сюжете наметился реальный детективный след, раскопал всё не Пинкертон, а, не претендующий изначально на особый дедуктивный дар, Додд. В чем там было дело я сообщать не буду, все же след-то детективный, а роман особо не раскручен, вон, я пишу пока только десятую рецензию, поэтому логично предположить, что с сюжетом толком почти никто из читателей моей рецензии не знаком, так же, как девственно чист был в этом отношении и мой разум, когда я приступал к чтению. Поэтому не буду спойлерить, но скажу, что развязка довольно интересная, хотя слишком острой интриги Стивенсону создать так и не удалось, опять же из-за неторопливого темпа развития сюжета, хотя к концу книги он заметно ускоряется.
Дам единственную подсказку: "Потерпевшие кораблекрушение" - это не герои книги, а те, кто оказывается объектом их расследования. Ну, а расследовать это дело Додду и Пинкертону пришлось потому, что они, как истинные американцы ввязались в крайне сомнительное коммерческое предприятие, изрядно на нем погорев.
В целом, я получил несколько не то, что ожидал, но не разочарован, так как столкнулся с новой гранью, казалось бы, уже изученного писателя.

И в первый раз Дик понял, какую безнадежную игру мы ведем в жизни и что сделанное однажды нельзя ни изменить, ни исправить никаким раскаянием.

— А ты, — обратился он к Мэтчему, — поклянись мне, что пойдешь со мной в замок Мот.
— Клянусь моей честью, — ответил Мэтчем.
— Что я стану делать с твоей честью? — крикнул рыцарь; — Поклянись мне счастьем твоей матери!











