Как площадь Революции стала площадью Согласия
Польско-французский историк Бронислав Бачко задался довольно важным вопросом: почему французам удалось выскочить из террора довольно быстро после революции, в то время как у русских это не получилось. Для этого он старательно препарирует события 1794-95 годов, от падения и казни Робеспьера до октябрьской амнистии. Это важнейшая тема, которую автор педалирует и к которой все время возвращается, весь анализ посвящен именно тому, как французы остановили террористическую спираль взаимного истребления, что этому способствовало, а что мешало, и как Террор пытался вернуться в разных обличьях.
Те, кто устраивал Термидор, были уверены, что защищают революцию от "последнего тирана" и во многом отказались наказывать тех, кто был виновен в терроре именно потому, что это бы бросило тень на достижения и саму суть революции. Однако после убийства Робеспьера удалось добиться ограниченной свободы слова, и когда пошел суд над нантскими палачами, страну просто захлестнуло волной рассказов об ужасах репрессий, всех этих потоплениях и "республиканских свадьбах" (именно в этот момент и был создан хорошо знакомый сейчас образ революционных репрессий). Суд над террором и террористами привел к концу революции.
Автор дает не столько описание событий конца второго - начала третьего годов республики, сколько анализирует их, поэтому определенные знания по истории революции жизненно необходимы - я не раз ловил себя на том, что не знаю, кто эти люди, как они друг с другом связаны и что они натворили. Чтобы следить за изложением автора и не теряться в массе действующих лиц и событий, приходится прилагать значительные усилия. Это касается и усвоения материала: Бачко не пытается разжевать и разложить по полочкам, но скорее рассуждает на заданную тему и выводы и заключения приходится иногда делать самому.
Из-за темы книги все даты даны по революционному стилю, поэтому разнообразнейшие нивозы, плювиозы, фруктидоры и прочая смехота будет регулярно тюкать вас по темечку, заставляя в панике метаться, соображая, что же это за месяц. Странно, что большевики не использовали французский опыт и не ввели революционный календарь - ленинябрь там, троцкюнь.
Несмотря на сугубую научность его подачи сложного материала, читается это занимательно и напряженно - эдакий Дом-2, только ставки выше. С интересом следишь, кто кого отправит на гильотину или в тюрьму, кому проломят голову в дебатах о демократии и свободе слова, и чья демагогия окажется демагогичней. В данном аспекте незнание материала только в плюс: понятно, что потом придет Наполеон и всех разгонит, но до Бонапартия же еще дожить надо. Бачко пишет остро и живо, погружаясь в пучину раздиравших французское общество волнений и надежд.
Автор рассматривает слухи, спровоцировавшие термидор и позволившие сокрушить Робеспьера (как авторские, так и народные), дебаты в Конвенте о сути Террора и феномен "золотой молодежи", "культурный вандализм" и мифологию голодных очередей зимы 95 года, отсеивая из них те события и явления, что позволяют осознать Террор как систему, его живучесть и способность к воспроизводству.
Нельзя не сказать, что в очередной раз поражаешься сходству французской и октябрьской революции: кривоватая, но все же копия. Иногда вплоть до мелочей: от сетований, что мешочники мешают фиксированным ценам, до призывов уничтожить всю культуру, накопленную при старом режиме, от страшненьких проектов по всеобщему образованию до стремления ликвидировать плюрализм под предлогом борьбы с внутренними и внешними врагами.
Несмотря на то, что книга написана еще в 1989 году, это отличная монография про термидор, дающая живое и красочное представление об этом сложнейшем периоде Французской революции.
32 понравилось
