Хроники. Том 1

Я всегда любил в ней вот что: она никогда не считала, что за ее счастье отвечает кто-то. Я или кто-нибудь еще. В ней всегда было ее собственное встроенное счастье.

У природы есть средства от всего, и за ними я как правило шел к ней.

У повара Норберта обычно имелся наготове жирный гамбургер<..>. Норберт был тот еще кадр. Носил фартук, заляпанный томатным соусом, лицо мясистое и упрямое, толстые щеки, а шрамы - как следы когтей. Считал себя дамским угодником и откладывал деньги на поездку в Верону, где хотел посетить гробницу Ромео и Джульетты.

Народные песни неуловимы, они – правда жизни, а жизнь – более-менее ложь, но, опять-таки, нам она такой нравится.

Я в то время играл довольно суровые народные песни, приправляя их пламенем и серой.

... счастье не валяется на дороге. Счастье и есть дорога.

Через некоторое время начинаешь понимать, что продать частную жизнь можно, а вот выкупить обратно не получится.

Творчество во многом завязано на опыт, наблюдательность и воображение, и если какого-то из этих ключевых элементов не хватает, творчества не получается.

В 1951 году я ходил в начальную школу. Среди прочего нас учили нырять под парты и прятаться, когда заводились сирены воздушной тревоги, потому что нас могли бомбить русские. Кроме того, нам рассказывали, что русские способны высадиться с парашютами в нашем городке в любой миг. Те же самые русские, с которыми мои дядья сражались бок о бок всего несколько лет назад. Теперь же эти русские стали монстрами, которые могут перерезать нам глотки и нас испепелить. Странно как-то.

Один из его предков, Корнелиус Вандербилт, где-то заявил: «Деньги? Да на что они мне? У меня что, власти нет?»

О, злая ирония жизни. Я получил просто космический пинок под зад. Наверное, стоило носить стальные трусы

Проблема была в том, что я слишком долго полагался на инстинкт и интуицию, а теперь эти дамы обратились в стервятников и высасывали меня досуха. Даже спонтанность стала слепым козлом. Мои стога стояли несвязанными, и я начинал бояться ветра

По телефону Джонстон спросил, думаю ли я о записи. Конечно, я думал о записи. Коль скоро пластинки мои по-прежнему продаются, почему бы мне не думать о записи?

Март уже надвигался, как лев

На юге люди жили по солнцу – восход, полдень, закат, весна, лето. А на севере – по часам. По гудку фабрики, по свистку, по колоколу.

Бунтарские песни – дело серьезное

Я же ничего против популярных песен не имел, но менялось само определение попа

Нью-Йорк был магнитом, силой, притягивающей к себе объекты. Но уберите магнит – и все распадется.