Пока умственную высоту будут предпочитать нравственной … немыслим и истинный, прочный, человеческий прогресс.

Она как будто теряет силу, слабеет. Спокойствия в ней нет больше: она
собирает последние силенки, чтоб замаскироваться, уйти в себя, - это явно:
но и в себе ей уже тесно - чаша переполняется, и волнение выступает наружу.

- Чего вы так странно смотрите на меня: я не сумасшедшая!
"Сумасшедшие почти всегда так говорят! - подумал он ,- спешат уверить всех, что они не сумасшедшие"

Кто это выдумал такую нелепую моду - бороды носить?

Где меньше всего ждешь, тут и оплеуха...

"Да, артист не должен пускать корней и привязываться безвозвратно, - мечтал он в забытьи, как в бреду. - Пусть он любит, страдает, платит все человеческие дани... но пусть никогда не упадет под бременем их, но расторгнет эти узы, станет бодр, бесстрастен, силен и творит: и пустыню, и каменья, и наполнит жизнью и покажет людям - как они живут, любят, страдают, блаженствуют и умирают.. Затем художник послан в мир!.."

Для нее любить - значило дышать, жить, не любить - перестать дышать и жить.

Но бабушка завесила зеркало. «Мешает писать, когда видишь свою рожу напротив», — говорила она.

что за заглядывания в даль? что за филистерство: непременно отмеривать себе счастье саженями да пудами? Хватай, лови его на лету, а потом, после двух-трёх глотков беги прочь, чтоб не опротивело, и ищи другого.

женщина может быть честной только случайно, когда любит, и только в ту минуту когда любит, или тогда когда природа отказала ей в красоте.

Ты очень печальна, ты страдаешь! - Зубы болят... - отвечала она. - Нет, не зубы - ты вся болишь;

Боже мой! Думал ли я,что в этом углу вдруг попаду на такие драмы,на такие личности? Как громадна и страшна простая жизнь в наготе её правды и как люди остаются целы после такой трескотни! А мы там,в куче, стряпаем свою жизнь и страсти, как повара - тонкие блюда!

Где вам! вы — барин, вы родились не в яслях искусства, а в шелку, в бархате. А искусство не любит бар… оно тоже избирает «судоходных»…