
Франция
Julia_cherry
- 820 книг

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Довольно небольшая по объёму книга и очень сильно напоминающая «Опасные связи» Шодерло де Лакло, правда утверждать что Анри де Ренье действительно взял за образец эту книгу я не могу, никаких фактов подтверждающих предположение, разумеется, нет. Но истории, звучащие из уст двух разных писателей, живших во Франции в разное время, действительно очень похожи.
Вот такое объяснение обозначающее любовь встречается в самом начале повествования, но самое интересное, что признание в любви так и не будет произнесено на страницах этой книги. В романах XVIII века это не является редкостью, плавно развивающаяся история от лица разных героев, наполняется трагизмом в самом конце, когда любовь всепожирающим пламенем утягивает влюблённых за собой в ад. Слишком поздно пришло понимание, что зародившееся влечение между двумя людьми вдруг обернулось тем самым пресловутым чувством, а вот исправить и спасти положение возможности уже не представилось.
Наличие молодого любовника, переходящего из рук в руки, у скучающих жён аристократии вполне нормальное дело. Женушки теряли голову от искусства любви, отсутствующего в браке, а ловеласы собирали трофеи, чем выше статус любовницы, тем больше такой повеса ценился. Он мог выбирать с кем провести ночь и допустить к своему телу, мог унижать, за провинности лишая этого доступа, да и содержался на средства многочисленных любовниц, не отказывая себе в удовольствии принимать дорогие подарки. Бедный джентльмен ла Пэжоди, у которого только и осталась аристократическая фамилия, был именно таким любовником, развлекающий многочисленных дам с одной отличительной чертой — он виртуозно играл на флейте. Веселый, смелый, скандальный в своих высказываниях, отрицающий наличие Бога, ну как такому не отдаться, женщины слетались на него, как бабочки на привлекающий яркий свет, с непреодолимым желанием пополнить список трофеев и насладиться страстными и жаркими ночами.
В противовес беспринципному ловеласу ла Пэжоди, мадмуазель де Амбинье воспитывалась в религиозной строгости, рано лишившись отца, она находилась под покровительством приютившей ее одинокой женщины, которая приходилась тетей ее будущему мужу мсье де Сегирану. Своим завещанием тётушка связала двух незнакомых людей в лице мсье де Сегирана и мадемуазели де Амбинье, поставив условием заключение между ними брака и как следствие получение наследства, переходящего в руки новой семьи. Противиться браку они не стали и, тихонько обвенчавшись без пышных празднеств, переместились в родовое поместье де Сегирана, и стали вести скрытую и уединенную жизнь, наполняя исключительно друг друга. И на протяжении определённого отрезка времени им вполне хватало столь ограниченного общества но, как часто это бывает, один неловкий взгляд, одна случайная мысль и в голове все чаще возникают вопросы, отличаются ли объятия другого мужчины от объятий твоего мужа и стоит ли поддаваться соблазну, чтобы это узнать?
Женщине всегда легче понять другую женщину, оценить мотивы ее поступков, найти созвучие мыслей, в конце концов сжалиться и принять ее со всеми совершенными ошибками, даже если ошибки привели к печальным последствиям. Да, может быть, именно это и есть женская солидарность, выражающаяся во всепрощении каждой оступившейся женщины, идеальных женщин не бывает. Как правило, у меня так и происходит, я сопереживаю женским персонажам больше чем мужским, но именно эта книга стала для меня исключительным случаем. У Анри де Ренье получилось нарисовать такую отвратительную женщину, что я не нашла в себе сил встать на сторону этой несчастной грешницы, и полностью была на стороне мужчины.
Гордыня или высокомерие одно из самых нелюбимых мной качеств в людях, как в женщинах, так и в мужчинах, мадам де Амбинье наполнена этим высокомерием от кончиков волос до кончиков пальцев. Все, что она делала и какие бы поступки не совершала, все проходило под этим пресловутым высокомерием и самолюбованием себя как исключительной женщины. Прекрасно осознавая последствия замаячившего на горизонте тяжкого греха измены, умышленно выбирает в союзники запланированного адюльтера, человека, наличие у которого ещё одной совращенной женщины в списке, не принесёт тяжких последствий, наполненный грехом не может пасть ещё ниже. В отличие от падшего грешника, у мадам будет время перебороть своей грех самостоятельно, ни в коем случае не позволяя себе снизойти до вполне допустимого средства в виде исповеди своему духовному наставнику, этим путём пусть следуют обычные грешники, к таким она себя, разумеется, не относит. Столь исключительное лицемерие совершенно не вызывает каких-либо чувств по отношению к женщине, отвращение да, но никак не понимание.
Что же касается ла Пэжоди, то изначально представленный автором как отрицательный герой, напротив открывает в себе доселе незнакомые ему качества. Одно признание в зале судебного разбирательства вполне способно изменить русло его жизни и избавить его от приближающейся каторги. Совершив во имя женщины более тяжкий грех, чем измена, находит в себе силы не тянуть на дно за собой женщину, позволяя ей спастись и жить дальше, не посвящая в грязные подробности совершенного грехопадения своего мужа и высший свет, с его постоянно судачащими языками. Ожидает ли читатель столь благородные поступки от жалкого и падшего человека, который слишком любит свой комфорт и общество женщин? Грешных поступков он не избежал, так же как и запавшая ему в душу женщина, на искреннее молчание во имя спасения другого человека, позволяет подняться на ступень выше, предоставляя надежду на искупление своих грехов и спасение грешной души.
Что же касается любви, протянувшейся невидимой нитью сквозь страницы романа, то она не признаёт пренебрежение и попустительства в отношении одного из главных чувств между людьми, любовь с каждого возьмёт свою цену. Я верю, что мужчина получит прощение, но в отношении женщины я не могу сказать то же самое. Признание греха отнюдь не открывает дверь в райские кущи, а вот гордыня находится на первом месте в списке смертных грехов, грешница от нее так и не избавилась.

И если хорошо на душе, то всегда слишком хорошо. Так бывает. Редко, но бывает. А как же иначе?
Сегодня такое сплюснутое небо – между циклонами; один еще не ушел, второй не дошел, а щель, узкая и неправдоподобно алая разделяет два неба: то, от ушедшего циклона и это – ждущее приближение небесной атаки. А в щель - между ними – оттуда - выронили ангелов.
Ангелы летают.
Их много. Такие огромные крылья, белые степенные, их много. Их вижу. Один зазевался, зацепился за тучу, повис вниз головой. Молодой, забавный. Я их вижу, они так беспомощны. Они не должны были выпрыгнуть из щели, но выпрыгнули, так не бывает, но сегодня бывает все. Все, что увидишь – твое. Я ощущаю радость. Пошла грусть. Рассеянность. Опустошение.
Ангелы летают.
Их крылья, их лица. Я их вижу. Их так много. Неужели их никто не видит. Остановитесь. Поднимите голову. Улыбнитесь. Распахните душу. Впустите. Полюбите. Запомните. Это дар Божий. За что? Неужели, Он видит тех, кому трудно, кто уже на грани между двух миров. И это тебе. Только тебе. Он знает, как утешить.
Ангелы летают.
И один твой.
Тоже самое, наверное, видел и чувствовал Тито Басси однажды.
Тито Басси, сын сапожника и белошвейки, ранее служившей камеристкой у графини, жил в двух мирах. В суровом мире реальности отца и в волшебном – матери. Богатое воображение матери спасало ее от непривлекательной обыденной жизни: иголка в ее руках превращалась в фею, ножницы в послушного дракона, а отец казался чародеем. Она была уверена, что выходит замуж за мага, хотя и это было не важно, за рабой она улетала мыслью в дальние страны, она могла быть всем, кем хотела и быть везде. Она всегда была в ровном и прекрасном настроении. Она могла вообразить себя и графиней, и наложницей турецкого султана.
Сын Тито Басси был смешон, но рвался в трагические герои.
Он был одурманен желанием славы, витал в облаках и лелеял свои вздорные фантазии. Он мечтал о героических подвигах, но все его попытки превращались в фарс. И повсюду за ним звучал смех. Смеялись над его внешностью, над его манерами, над его поведением, а те подвиги, которые он придумывал, заканчивались ничем. Их просто не было.
Тогда он ограничился подражанием самой жизни, уберегающей нас от сюрпризов и которая не задумывается, как поставить нашу судьбу без подготовки перед необычайным событием. Таким событием для юноши стала одна встреча, которая вознесла его, наконец, туда, куда он стремился - в героические герои. Синьор Альвениго, богатый причудник, захотел вылепить из смешного юноши трагического героя. И лепил. Синьор Альвениго был неисправимым чудаком, он мог себе это позволить, он решил сделать из Тито … Цезаря. На сцене.
И Тито решил, что сила сценической иллюзии сделает так, что он, наконец, переживет все, о чем мечтал.
Зная, что произойдет с ним дальше, Тито Басси, наверное, предпочел бы церковные свечи театральным свечам.
Он стал шутом. Представляете. Шут вместо Цезаря.
Но шутов очень любят женщины!
Трепетное, тонкое и ранимое произведение Анри де Ренье о том, что жить без фантазий невозможно, а возможность не всегда способствует их продолжению.
Роскошное, размеренное, степенное, произведение для тех, кто ищет спасение в собственной душе.
И помощь приходит. Непременно приходит.
И ангелы летают…
Рецензия написана в рамках игры «Спаси книгу – напиши рецензию»

Меня всегда настолько занимали особенности, присущие женскому характеру, что я никогда не упускал возможности узнать что-нибудь новое на этот счет. И я давно заметил, что нет области, в которой бы лучше и нагляднее обнаруживалось то, какими создала их природа, чем область любви. Причины, по которым женщина любит, то, как она это делает, то, как она себя при этом ведет,– все это позволяет нам особенно ясно увидеть ее и разгадать.

И теперь, раз уж я сумел прожить так, как мне хотелось, мне оставалось еще достойно умереть и показать, что если я не гожусь в герои, то, во всяком случае, я — не трус.

Я выпрямился и гордо посмотрел на него. Комедия моей жизни была окончена. Никто уже не смеялся над Тито Басси.












Другие издания
