Народные сказки и легенды

Ничего нет нового под солнцем, что было, то опять будет.

Ибо деятельному человеку неприлично быть тем, что он есть, но он должен стараться быть тем, чем может быть.

Если б любовники умели отгадывать будущую судьбу свою, то мало было бы браков.

Мудрая загадка для несмышленных есть орех для беззубого, алмаз, который вытащил петух из навозной кучи, фонарь в руках слепца.

Ибо страсть прекрасного пола есть такого качества, что ежели не переменится чрез три месяца, то может продлиться три года и более.

Цветок из рук девушки, букет, бант или локон волос, конечно, всегда дороже выпавшего зуба, но все эти прекрасные вещи есть только двусмысленный залог любви, если не получат определительного значения достоверным доказательством.

Муравьи могут противиться только муравьям, комары комарам и все земные существа могут защищаться и обороняться от земных же существ. Но что в силах сделать сильнейший из вас против действия природы, или против неизменных предопределений судьбы? Цари земли срывают горы, вырубают леса, но малейший ветерок издевается над их могуществом!

Мудрый должен быть любимцем счастья и любви; он один богат, ибо не требует более, сколько ему нужно, и пьет нектар любви, не отравляя его нечистыми губами!

Что есть честь, как не пища гордости, что богатство, как не корень скупости, а любовь не есть ли источник страсти, похищающей драгоценную свободу сердца?

В этом случае она также заблуждалась, как все женщины времени, которые думают, что щегольское платье может придать красоту или заменить природные недостатки. Простое чистенькое платье есть настоящая одежда любви, которое более сделает завоеваний, чем драгоценный склаваж и чепец с богатыми кружевами.

Любовь без надежды, конечно, горестнее самой смерти.

Вкус в любви столь же непрочен, как и во всех вещах.

Похвала женскому полу в устах мужчины сладка, как мед, но кисла подобно уксусу на языке женщин.

Продолжительное наслаждение удовольствием есть гроб всякого удовольствия <...> эта приправа жизни, принимаемая в большом количестве, отнимает у него всю приятность. Неприметно притупляется чувство радости жизни: все удовольствия получают единообразный ход, и все вымышляемые перемены сделаются наконец одинаковы.