Избранное в двух томах. Том 1

Плужников сдержался. проглотил судорожный ком, увидел круглые, полные слез глаза Мирры, попробовал улыбнуться, понял, что улыбаться разучился, и отвернулся.

- Не бойтесь. Во-первых, у нас с Германией заключен Пакт о ненападении. А во-вторых, вы явно недооцениваете нашу мощь. Знаете, какая у нас техника? Я, конечно, не могу выдавать военных тайн, но вы, кажется, допущены к секретной работе...

• Я к супам допущена.
• Это не важно, - веско сказал он. - Важно, что вы допущены в расположение воинских частей. И вы, наверно, сами видели наши танки...

- Почему он нас офицерами называет? - с неудовольствием шипел Коля. - Офицер, да еще - пан! Буржуйство какое-то.

• Пусть хоть горшком зовет, лишь бы в печь не совал, - усмехнулся лейтенант Николай.

- Папа говорил, что там много аистов. Ты видел когда-нибудь аистов?

• Нет.
• Там они живут прямо на крышах домов. Как ласточки. И никто их не обижает, потому что они приносят счастье. Белые, белые аисты...Ты обязательно должен их увидеть.
• Я увижу, - пообещал он.
• Напиши, какие они. Хорошо?
• Напишу.
• Белые, белые аисты...

Каждой женщине бог даёт немножечко счастья и очень много долга.

Посетителям, пришедшим в музей Брестской крепости, обязательно расскажут легенду о человеке, который не значился в списках, но защищал крепость десять месяцев, покажут единственное сохранившееся полковое знамя и «маленький деревянный протез с остатком женской туфельки», найденный в воронке под кирпичами.

Наступила та таинственная минута, когда одно событие переходит в другое, когда причина сменяется следствием, когда рождается случай.

что касается поэзии в частности и искусства вообще, то мне больше по душе то, где знаки вопросительные превалируют над знаками восклицательными. Восклицательный знак есть перст указующий, а вопросительный — крючок, вытаскивающий ответы из вашей головы. Искусство должно будить мысли, а не убаюкивать их

Как это прекрасно: чувствовать себя людьми!

Ну их, этих девок, к ляду! Только свяжись: хихикать будут до осени.

Паника в трясине - смерть.

Жила, затянутая ремнем. На самую последнюю дырочку затянутая.

— Что, взяли?.. Взяли, да?.. Пять девчат, пять девочек было всего, всего пятеро! А не прошли вы, никуда не прошли и сдохните здесь, все сдохните!.. Лично каждого убью, лично даже если начальство помилует! А там пусть судят меня! Пусть судят!..

От нашего класса у меня остались воспоминания и одна фотография. Групповой портрет с классным руководителем в центре, девочками вокруг и мальчиками по краям. Фотография поблекла, а поскольку фотограф старательно наводил на преподавателя, то края, смазанные еще при съемке, сейчас окончательно расплылись; иногда мне кажется, что расплылись они потому, что мальчики нашего класса давно отошли в небытие, так и не успев повзрослеть, и черты их растворило время.

Бой - для победы

— Нету здесь женщин! — крикнул комендант и даже слегка пристукнул ладонью по столу. — Нету! Есть бойцы, и есть командиры, понятно? Война идет, и покуда она не кончится, все в среднем роде ходить будем…

Первая рукопашная всегда ломает человека, преступая через естественный, как жизнь, закон "не убий". Тут привыкнуть надо, душой зачерстветь, и не такие бойцы, как Евгения, а здоровенные мужики тяжко и мучительно страдали, пока на новый лад перекраивалась их совесть. А тут ведь женщина по живой голове прикладом била, баба, мать будущая, в которой самой природой ненависть к убийству заложена.

Каждый человек рождается для какой-то определенной цели. И нужно искать свою цель, свое призвание. Нужно научиться отбрасывать все случайное, второстепенное, нужно определить главную задачу жизни…

Ужасно, когда маленькие дети рождаются с печальными глазами. Помните, я играл вам Мендельсона? Он говорит как раз об этом: о детских глазах, в которых всегда печаль. Это нельзя объяснить словами, это можно рассказать только скрипкой…