Коро-коро. Сделано в Хиппонии

"Коро-коро" - японское выражение, означающее "кубарем" или "кувырком". Или "флюгер на ветру", как толкует его Дмитрий Коваленин - филолог-японист, переводчик, журналист и писатель, проживший в Японии 12 лет и впервые познакомивший нас со сновидениями "японского Оле-Лукойе" - волшебника Харуки Мураками. "Коро-коро" за несколько веков сократилось в "кокоро" - ключевое понятие японской культуры. Символ той "загадочной японской души", которую пытался постичь в своей нетленной "Ветке сакуры" еще Япо...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,2

55 оценок

5
45%
4
35%
3
20%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 69Хотят прочитать 115

Рецензии

M_Aglaya
18 июля 2023
Современная литература. ))
Ну вот, даже я - мало, в общем, интересуясь современной всякой мэйнстримной литературой и прочей боллитрой - все равно как-то из атмосферы уловила, что есть такой Дмитрий Коваленин, который переводит у нас японскую литературу... Харуки Мураками и все такое. И даже где-то промелькивало утверждение, что типа никто бы на этого Мураками внимания и не обратил, если бы вот его Коваленин как-то так не перевел. Тут я, конечно, абсолютно не в курсе, но точно помню, что где-то мне такое попадалось. А тут, значит, просматривая полки в библиотеке, наткнулась на эту книжку - надо же, оказалось, что у Коваленина и собственное творчество имеется. И вот его сборник. (довольно скромно изданный в далеком 2005 году, и кто вообще про него слышал... видимо, и внимания никто не обратил )) ) Решила ознакомиться. Тем более, тут по подаче и слоганам обещали что-то про дух Японии, а мне же это интересно, потому как Метельский... )) (да, вот я настолько далека от боллитры, что Японию постигаю через бояр-аниме )) ). И оказалось, что вообще очень здорово. ))
Это действительно сборник, собрано все в кучу, разное и по настроению и по тематике. Здесь есть зарисовки как бы из обычной японской жизни - ну, через призму восприятия одного отдельно взятого эмигранта из России... Как я понимаю, основаны на автобиографическом материале - хотя, скорее всего, подверглись художественной обработке. Это первый большой рассказ "Сила трупа". Я, кстати, думала, что на нем надолго застряну... Но в итоге он мне больше всего понравился. Здесь автор рассказывает о своей работе переводчиком при портовом хозяйстве в одном из городов Японии - это если предполагать, что он там действительно работал! не знаю, не в курсе таких подробностей жизни автора )) но все очень достоверно и реалистично выглядит. Попутно автор дает какие-то штришки из собственной жизни - как он учился в университете на Дальнем Востоке японскому, еще при СССР! и как после развала СССР надумал перебраться в Японию... ну и отчетливо передает тогдашние ощущения от развала огромной страны, как это на всех отразилось... (включая японцев )) ) Да, все это очень знакомо. По ощущениям. Хотя я, конечно, не в Японии проживала. Но 90-е есть 90-е. (( Но, опять же, нельзя сказать, что автор сильно на этом зацикливается, судя по изложенному, ему особо некогда было на чем-либо зацикливаться. Если он действительно так работал переводчиком и так жил, как... скажем, как лирический герой данного произведения. Здесь много черного юмора и такого подхода к жизни... как к театру абсурда... Это я тоже понимаю и уважаю.
Попутно мне внезапно стало ясно еще одно обстоятельство, которое до сих пор оставалось в тумане. )) И нельзя сказать, что я об этом сильно задумывалась - по причине того, что четко было понятно, что мне все равно не разобраться, из-за малого знания современной отечественной литературы. )) Но просто было такое ощущение загадки. А сейчас, при чтении этого сборника, я отчетливо поняла, что загадка, пожалуй, разгадана. Это я имею в виду типа японские детективы, которые у нас выходили... ну где-то тогда же, в начале 2000-х... а я их тогда с удовольствием читала. За авторством некоего Кунио Каминаси. Первоначально я наивно считала, что это действительно японский автор. Потом стало понятно, что вряд ли японский - при таком сильном погружении в наши культурные реалии. Ну, а потом где-то опять же попалось, что да, автор отечественный, но скрывается под псевдонимом! На этом я и заключила, что гадать бесполезно. А вот сейчас смотрю - да это же, видимо, и есть тот самый загадочный Кунио Каминаси. Потому что - ну вот же оно, все то же самое - и стиль, и тематика, и интонация... и даже те же самые персонажи... Хотя тут они, конечно, выступают под другими именами и с другой, так сказать, биографией-легендой. Но ошибиться невозможно. ))
Кроме этого, в книге еще есть раздел с небольшими рассказами, эссе, миниатюрами и зарисовками автора - просто обо всем. Как выражаются в таких случаях литературоведы - лирично и поэтично.
Далее идет тоже большой раздел, документального характера. О пребывании в Японии Борис Борисыча Гребенщикова. Судя по изложенному, автор со своими друзьями, тоже проживающими и работающими в Японии, однажды решили (по пьянке), что можно связаться с БГ и пригласить его на гастроли в Японию... для русской диаспоры, так сказать. Ну вот, связались и пригласили. А БГ согласился и приехал. Аж два раза. О чем здесь и рассказывается (с фотографиями). Тоже с интересом ознакомилась. Эх, мне бы этот материал да во время моего увлечения БГ... )) я была бы фанатски счастлива. )) Ну или хоть тогда же, в 90-е. Сейчас, конечно, у меня к БГ совсем другое отношение. Но ничего, удалось как-то - или, может, автор это смог так подать - ознакомиться, более-менее вернувшись к прежнему восприятию. )) Даже фотографии не сильно помешали, хотя на них и красуется БГ с уже опухающим личиком, но еще более-менее прежних очертаний... )) И вот я читаю и абстрактно-просветленно думаю - да черт с ним, с БГ. )) Тем более, что, как всем известно, рок-н-ролл мертв, а он еще нет. Главное, что люди хотели видеть ценную для них легенду, и они ее увидели... (хотя все же не могу не отметить, что БГ был чрезвычайно любезен, внезапно столкнувшись с такими своими целеустремленными фанатами, и с удовольствием согласился съездить в Японию на гастроли... два раза... а если бы к нему так же, с таким же предложением обратились бы фанаты, скажем, из какой-нибудь Большой Лаи или Верхней Синячихи, то он бы поди, лениво думаю я, оказался сильно занят, чтобы туда поехать на гастроли... )) )
Ну и в завершении в сборник еще помещены материалы как бы культурологического характера. Автор рассказывает/рассуждает о разных аспектах современной японской жизни и культуры. Тоже интересно и познавательно.
А я, закончив чтение сборника, думаю о чем... Харуки Мураками, да... Помню, что я даже как-то решила с ним тоже познакомиться. Приобрела какую-то книжку и поставила себе в планы и в очередь на прочтение. Там он до сих пор и стоит. )) Ну ладно, как-нибудь все равно доберусь... Но Кунио Каминаси - вот это да. Вот это, думаю, я бы сейчас с удовольствием перечитала. Но тут проблема - как я смотрю, Каминаси сейчас в продаже нет. А мои книжки черт знает где... (( Досадно. Ну хорошо, сходила к книжному шкафу и посмотрела, кто переводил мои любимые романы Иори Фудзивары - ну надо же, однако, тоже Коваленин! )) Так можно что ли хоть Иори Фудзивару перечитать... ))

«Глуп человек. Глуп, алчен и слаб. Это ж рехнуться можно: с убийцей на борту он плавать согласен, а с покойником – ни в какую!»

«Не сводя глаз с якудзы, будто наблюдая по телевизору футбольный матч, Иосич покачал головой:
Не, Митрий. Полиция тут не поможет, только хуже будет. Это же что? Это «черная метка». Помнишь «Остров сокровищ»? То же самое. Погоди, сиди смирно. Давай поглядим, это должно быть красиво как жанр! Потом книжку напишешь…
Блин, а если он маму трогать начнет?
Не начнет, не волнуйся. У меня на стоянку такие не раз заявлялись. Это ж не трагедия. Это цирк! Людей не трогают, иначе полиция по-большому наедет. Только мессидж передают. Почтальоны печкины, мать их в душу…»

«- А вы думаете, нашим сегодня легко? Мой папа всю жизнь проработал во Владивостоке главным инженером на оборонном заводе. У него много приятелей из КГБ. Все на пенсии уже, понятное дело. Но до сих пор приходят к папе на кухню. Водку пить. Вот прямо как мы с вами! Чего только не рассказывают – ужас! А что поделать? Время сами знаете какое. Что у вас, что у нас – ни-ка-му доверять нельзя! Даже самому себе. Вот вы, Ямада-сан, верите себе?
М-м… З-зато я тебе верю. Хороший ты ч-человек. Хоть и русский…
Я не только русский, Ямада-сан. Я разный. Да вы стопочку-то подвигайте… Вот у вас, в Японии, девяносто пять процентов народу – чистые японцы, так?
Дев-вяносто с-семь!...
Это не важно. А там, где я родился, люди на ста пятидесяти шести разных языках разговаривали, хотя паспорта у всех одинаковые были.
Врешь!
Да мамой клянусь! И чего теперь делать-то?»

«- Все, что мы действительно любим, всегда принадлежит к какой-то из трех категорий: либо это вредно для здоровья, либо осуждается обществом, либо – трудно достать.
Глупости. Вовсе не обязательно.
Да? Ну, вот что ты действительно любишь?
Фрукты!
Хм… Твоя взяла. Придется добавить еще одну категорию.
Какую же?
Скоропортящиеся продукты».

«Понравившуюся книгу она заглатывает вмиг и потом пару дней слоняется кругами по комнате, только что ни сияя прочитанным изнутри. В прошлый раз я ей распечатал баховские «Иллюзии», и теперь она с гордостью ветерана демонстрирует мне шишку на лбу – якобы результат ее искренних попыток пройти сквозь стену.
Ты – изверг! Зачем ты мне не сказал, что это на ночь читать нельзя? Ночью же веришь кому попало в стио раз больше! А я еще до конца прочитать не успела – и как давай пробовать!»

«Если ты синтоист, можешь сам обожествлять любой из предметов, тебя окружающих. Молись, чему нравится: камню, дереву, пепельнице или телеграфному столбу. Потому особо роскошные храмы в Синто не нужны. А поначалу их и вовсе не было. Когда вся Природа – храм, зачем придумывать что-то еще? Прицепил веревочку к дереву в лесу – и молись себе на здоровье. Если ты синтоист, сам найдешь Бога, где тебе хочется».

«Сакуровый астрал. Ни в русском, ни в английском сей цветовой микс однозначных аналогов не имеет. Уже не розовый. Еще не вишневый. А в целом – всего лишь оттенок белого. В общем, сакуровый. Неуловимый, как мимолетность бытия. Привкус времени на глаз. Новорожденного в миллионный раз Времени, которое присело с тобой на дорожку – и вот-вот понесется дальше своей стрелой.
Мата нэ… - шепчет тебе Непонятно Кто, когда с ветки срывается очередной лепесток. – «Сегодня я прощаюсь… через год я опять буду здесь…»

«Что бы с тобой ни происходило – свадьба дочери, похороны близкого человека, увольнение из фирмы и ли выигрыш в лотерее, - ты не должен забывать о том, кто тебе все это дает. Ведь любая весть изначально благая. Просто ты к этому еще не привык.
Раньше люди ходили к священным местам пешком, пересекали вплавь реки, взбирались на горы, чтобы добраться до удаленных от бренного мира святилищ и отблагодарить Природу за подаренную жизнь. Сегодня японцы делают это на самолетах, автомобилях, круизных лайнерах и фуникулерах, но суть остается прежней: хотя бы раз в месяц отключись от повседневной суеты, поблагодари к а м и за все лучшее, что у тебя есть, - и очень искренне попроси дальнейшей поддержки. Ведь что бы с тобой ни случилось – пока ты жив, тебе всегда есть за что их благодарить».

«Мысли всегда мгновенны, а записывая их, мы переводим в тот мир, где их не должно быть. Так-то вот».
Читать далее
57 понравилось
2
379
countymayo
29 мая 2012
Япония нашими глазами. Дмитрий Коваленин, переведя Харуки Мураками, дал духовную пищу огромному количеству ближних моих. С мерзким буквоедством поправляю знаменитого переводчика: "человече" - это звательный падеж, тапочка - женского рода, и нельзя сказать "букинисты ломятся от книг", так как от книг ломятся букинистические магазины. Уповаю, что в следующем издании редактор с корректором переловят досадных блох.
Первое же произведение повергает в транс одним заглавием: "Сила трупа. Биоповесть.". Место действия: порт Ниигата. Действующие лица: автор, его непросыхающий друг Иосич, японская якудза, русская мафия, очаровательная сотрудница крематория, торговка лапшой, двадцать два живых бирманских моряка и один неживой.
Смешное название "Сила трупа". По русской пословице - мёртвый у ворот не стоит, а своё возьмёт. Повесть получилась о неписаных, нутряных законах. Откуда мы знаем, что усопших надо хоронить, капитанов уважать, а слабых защищать?
Цикл рассказов "Песни для Марглы" близок тематически, но цельного впечатления не производит. Уж очень Коваленин акцентирует в себе и окружающих черты распространённого подвида тридцатилетних мальчуганов, которые неплохо себя обеспечивают и потому чрезмерно о себе мнят. "А я не хочу быть в ответе за тех, кого приручил," - признается лирический герой. Только вот девчонки... я всего-навсего их бросаю, а они так обижаются, чудачки! Зато в рассказах привлекает разноплановость. Есть всё: кухонная философия, стихотворения в прозе, анекдотцы в довлатовском стиле , воспоминания. Лучшие, щемящие вещи "Братец Ли" и "Больше никогда" относятся как раз к последнему жанру.

- Знаешь Дима?! Hаша Ри? Вчера околела?? Я так долго думал: в чём дело?!? И я сейчас думаю - это, наверно, от гиперчастот ты же знаешь? Такие маленькие зверьки? И такие низкие частоты в динамиках?!? Я не знаю, как она вообще смогла здесь так долго? Если б я был такого размера?! Готов спорить, я бы помер гораздо раньше??? Как темно на душе?! Гибель белки от рок-н-ролла - ужас, правда?!? Ты можешь поиметь по случаю одно пиво за счёт заведения???

Едем дальше. Следующая остановка - японские концерты Бориса Гребенщикова, организованные автором и его другом Вадимом Смоленским. Вместе они составляют дневник путешествий с музыкантом, и получается прелестная штука, тонко напоминающая "Трое в лодке". Третий, и не только в лодке, - уже известный читателю Иосич. Со всеми вытекающими.

Вадька, ты когда с Борей выпиваешь, то похож на пацана, у которого папка из плаванья вернулся!
Оксана Киричек, Главный Билетер

В завершение "Письма из Хиппонии". Здесь мы узнаем:
о комсомоле по-буддийски;
о правилах обитания в Токио;
о японском литературном процессе или его отсутствии;
о трудностях перевода современных танка;
о "салатном буме", ничего не имеющего общего со съедобной зеленью;
о ядовитом лакомстве фугу;
о тайной секте метровских извращенцев и многом другом.
Читать далее
36 понравилось
0
441
Elice
1 мая 2019
Этой книгой Коваленина я заинтересовалась после его «Суси-нуар», рассказывающей о творчестве Мураками. Поэтому я не могла пройти мимо его книги о Японии.
На самом деле, эта книга, хоть и хорошая, но очень личная, и о Японии и жизни в ней автор рассказывает очень мало и фрагментарно. Это скорее заметки и курьезные истории о жизни автора в Японии. Какой-либо целостной картины о стране после этой книги не складывается. Хотя некоторые моменты были очень занимательны. Другие же могут заинтересовать только тех, у кого интересы и вкусы с автором похожи.
Сама книга состоит из четырех частей. Первая называется «Сила трупа» и в ней автор рассказывает о том, как он попал в Японию и о своей работе в японском порту. Один из иностранных рабочих умер, и его надо было переправлять на родину, что, как оказалось, задача не из легких. Но чтобы избавиться от этой проблемы даже суровые и законопослушные японцы готовы нарушить несколько законов. Вторая часть «Песни для Марглы» - сборник небольших зарисовок на самые различные темы, некоторые из которых далеки от Японии. Третья часть «По пути из Ямато в Ниппон» говорит о приезде в Японию Бориса Гребенщикова. Она содержит фотографии из разных мест Японии с описанием этой поездки. Наверное, для фанатов этого музыканта это очень интересно, но я почти ничего о нем не знаю, и не слышала ни одной его песни, поэтому несколько выпала из контекста. Четвертая часть «Письма и Хиппонии» показалась мне самой интересной. Здесь рассказано очень много особенностей японского мировосприятия и местного быта. Именно а этих письмах Япония предстает как другой мир, и ты понимаешь, что понять японцев не проще, чем марсиан.
В общем и целом любопытная книга, хоть «Суси-нуар» и понравилась мне гораздо больше.
Читать далее
23 понравилось
0
382