Вице-канцлер Третьего рейха. Воспоминания политического деятеля гитлеровской Германии. 1933-1947

Франц фон Папен прожил бурную жизнь, поэтому его в основном политическая и дипломатическая автобиография представляют собой упитанную книжечку, набранную убористым шрифтом. То есть букв довольно много, из-за чего чтение порой было заунывным. Для понимания надо хорошо разбираться в германской политической системе того времени, знать персоналии и их роль в государственном аппарате. Но это, пожалуй, единственный минус, во всяком случае для меня, ибо не специалист в вышеуказанном. В целом же воспоминания оставили приятное впечатление.

Фон Папен успел поработать не только в Германии, но и в США, Палестине, Австрии, Турции. Хотя вроде бы он играл и не последнюю роль в политике Германии того времени, но о степени его влияния сказать сложно. С одной стороны, именно при нём состоялось укрепление нацистской партии и Гитлера, с другой стороны, возможно, это состоялось бы в любом случае и на месте Папена мог быть любой другой политик. Тем не менее, за Папеном в исторической памяти осталась роль проводника и пособника Адольфа и компании.

Фон Папен не хотел оставить за собой такой след в истории, поэтому на страницах книги он пытается опровергнуть сложившиеся о нём мнения. Автор выставляет себя как истинного патриота Германии, считает приход к власти нацистов трагической ошибкой; и вообще - он борец с системой и оказался не в то время не том месте, как я понимаю. Приводится множество аргументов, фактов и выводов и... Возможно, мнение Папена следует учитывать, хотя и учитывая особенности мемуарного жанра. Юридически к автору тоже не придраться. Нюрнбергский процесс не признал Папена военным преступником, хотя изначально позиционировался как один из главных нацистских преступников. (Сам автор не считает себя нацистом и, вероятно, не был им; скорее пользовался ситуацией в политических целях. Папен считал, что отстаивал христианские и даже монархические ценности).

Папену всё же пришлось побывать за решёткой, поскольку в 1947 г. был осуждён комиссией по денацификации. Кстати, страницы, где он описывает тюремный быт, мне очень понравились. Наиболее интересными для меня оказались первая и последняя треть книги. Любопытно было встретить описание нацистских лидеров, каких-то нюансов их характеров. Средняя часть текста усваивалась тяжело, по указанным в начале рецензии причинам.

Что ещё характерного для воспоминаний с немецкой стороны? Во-первых, Папен частенько ругает нацистов, тем самым показывая, что он изначально был настроен против, он знал и чувствовал, к чему всё это приведёт (Как все сильны задним умом...). Во-вторых, в тексте периодически встречаются "азиаты с Востока", которые так и норовят захватить Просвещённую Европу. Процитирую: "Россия является азиатской державой и, как таковая, не поддаётся европеизации". Другими словами, тёмной и необразованной России нечего делать в Европе. Ну, немецкие мемуары должны содержать эту максиму.

Резюмирую. Мемуары, пусть и крайне субъективны в подавляющем большинстве случаев, читать стоит. Информация очевидца всегда заслуживает рассмотрения, а мнение - понимания. Всё же, находясь в круговороте событий, трудно оценить ситуацию, а Папен действовал как мог. Наконец, судьба самого Франца фон Папена оказалась в общем-то благосклонной к нему. Человек пережил обе мировые войны, будучи активным участником событий - редкому политическому деятелю тех времён удалось подобное - и умер в своём замке в возрасте 89 лет. Читать интересно, но для полноценного понимания необходимо перед чтением ознакомиться с историей Веймарской республики, чтобы разбираться с многочисленными партиями, деятелями, течениями и идеями указанного периода.

«Россия является азиатской державой и, как таковая, не поддается европеизации.»

«При этом не вызывало сомнений только одно: чем более идиотским и нереалистичным бывало предложение, тем с большей вероятностью Гитлер начинал действовать в соответствии с ним.»

Франц фон Папен на скамье подсудимых в Нюрнберге Франц фон Папен, дипломат времен третьего рейха, бывший паж королевского двора, посол Германии в Турции. До того он успел побыть и вице-канцлером, и министром-президентом Пруссии. Вероятно, был завербован англосаксами либо в США, когда он там работал в качестве военного атташе в 1913-1915 годах, либо во время поездки в Англию. Папен прямо таки расстилается в любви и уважении к Англии. Он даже получает кличку «англофил». «И правда, коллеги-офицеры имели обыкновение подшучивать надо мной, говоря: «У тебя уже есть английские бриджи, сапоги и седло. В следующий раз ты вернешься в британском мундире». Он гордится своими совместными обедами с англичанами и русскими накануне первой-мировой. И никак не мог понять, почему русские дипломаты, узнав о начале войны, отказались продолжать совместные трапезы. Больше всех началу войны, конечно же, радовались англичане. У Папена, при всех его высоких постах даже не хватило ума понять, что русских и немцев англосаксы стравливали как быков. «Многие из наших общих друзей стояли на пристани и сначала прокричали троекратное ура в честь Германии, а потом такое же – в честь России, в то время как все суда в гавани дали гудки.» Папен не задумывается о том, почему же немцы не додавили Россию во время Первой мировой. Почему не воспользовались ее слабостью во время русско-японской войны. Он никак не хочет понять, что целью англосаксов всегда было сеяние вражды между соседствующими государствами. Поэтому он стал дипломатом. Так как дипломаты – это хорошо управляемые марионетки. Возникает только вопрос, как кукольник выбирает, какую куклу после окончания представления пускать в расход, а какую выставлять в витрине кукол на обзор публике? Вот кукла Муссолини, при помощи этого картинного фашиста, англосаксы буквально втолкнули Турцию в свои объятия. Это произошло после того, как Муссолини решил напасть на Албанию, задев сферу влияния Турции. И вот уже Турция под англосаксами. А это значит, что накрываются медным тазом все переговоры между Германией и Турцией о строительстве Багдадской железной дороги. Ведь это строительство несло угрозу жизненно важным коммуникациям Британской империи. Турок стравливали с болгарами и греками. Россия в этих играх исполняла роль самой большой куклы. Которую можно было спутать с декорацией. И немцы, и англосаксы считали русских неисправимыми азиатами. Интересная вещь, оказывается эти самые дипломатические отношения. Не установишь отношения с рядом стран и вот тем уже приходится искать лазейку через атташе других стран, которые имеют дипломатические отношения. Например, Папен сидел в США и с началом войны он был единственным военным представителем центральных держав в Соединенных Штатах. Австро-Венгрия, Болгария и Турция не имели в Соединенных Штатах военных или морских атташе, и вся ответственность по информированию Германии и ее союзников о развитии военно-политической ситуации на североамериканском континенте ложилась на него! Война та, первая мировая, была еще тем цирком. Грозные немцы, которыми англичане начали пугать мир, были настолько агрессивными вояками, что даже не подумали о том, как они будут завоевывать мир. Министерство иностранных дел в Берлине англичане просто отключили от телеграфного сообщения и на этом внешняя политика Германии слилась в канализацию. Они не имели возможностей ни связаться ни с кем либо, ни получить какую-либо информацию. Прошло долгих шесть месяцев, прежде чем немцы смогли наладить канал обмена сообщениями через Швецию. Папен на полном серьезе рассказывает о том, как черпал полезную информацию из английских газет. Все это напоминает плохое кино. «Корреспонденты американских газет в Великобритании сохраняли на ранних этапах войны значительную свободу, и их сообщения содержали много полезных данных. К примеру, я смог информировать Генеральный штаб, что часть Британского экспедиционного корпуса примерно в 60 000 человек высадилась в Абвиле. Депеша, отправленная мной по этому случаю, в действительности имела такой вид: «60 000 кип хлопка франкоборт Александрия приобретено за столько-то долларов для доставки в Геную», к чему были добавлены еще детали, касающиеся прибытия части груза и возможности отправки добавочных партий через другие итальянские порты.» Когда в Германии к власти пришли нацисты, Папену стали поступать намеки на то, что если выплатить кругленькую сумму отступных неким, указанным американцами лицам, то США начнут благосклонно относиться к нацистскому режиму. Вообще, англосаксами можно только восхищаться. После первой мировой они бросили немцам кость в виде республики и подсадили на наркотик демократии. Демократия подарила Германии демократичные выборы в виде голосования по партийным спискам. Списки были лишь картинкой, не имеющей ничего общего с реальностью. «Хуже всего то, что избранные депутаты не имеют чувства ответственности перед избравшим его электоратом. Им следует благодарить за избрание центральный комитет своей партии, и сохранить свое положение они могут, только выказывая слепое повиновение партийным установкам.» По быстренькому принимались нужные законы. Папен, как ни странно, в это время был занят тем, что пытался подвести под права христианских церквей в Германии юридическую базу. Было решено, что фашистский режим может существовать в совершенной гармонии с церковью. Папен предложил Гитлеру и тот с легкостью утверждает решение о даровании конфессиональным школам по всей стране полную свободу. В этом отображается все иезуитство католицизма: главное, чтобы нас не трогали, а остальных – хоть в печах сжигайте… Папен очень гордится тем, что Папа поблагодарил его за спасение церкви. «Без юридической защиты, которую обеспечивал конкордат, – сказал его святейшество, – последовавшие затем преследования церкви могли бы принять еще более неистовые формы. Основы католической веры и достаточное количество ее институтов сохранились в целости, что обеспечило ее выживание и возрождение после войны». Гитлер решил убрать такое понятие, как классы и сделал праздник Первого Мая праздником общим для всех, а не только рабочих. Папен получает назначение послом в Турцию. Обольщать Ататюрка, который ждал нападения на Дарданеллы фашиста Муссолини. А уж после того, как был подписан советско-германский пакт, Ататюрк вообще едва не упал в обморок. Все, теоретически, говорило о том, что у Турции заберут и Босфор, и Дарданеллы. Ведь чувствовали турки, чье мясо украли. России, по уму, давно бы следовало пересмотреть конвенцию Монтре. Турки просят помощи у англичан. Но те, ссылаясь на факт потери едва ли не всего своего вооружения в Дюнкерке, отказываются помогать Турции. Трусливые турки никак не хотят воевать. Да и русские не спешат биться за Босфор. И тогда, внезапно, в захваченном немцами архиве французского министерства иностранных дел, находят переписку турецкого премьера и французов. Турки, оказывается, планировали план воздушного нападения на русские нефтяные промыслы в Баку. Турки уже готовы пересмотреть конвенцию Монтре. Но Молотов и Сталин включают режим «дурака». Вот за что бы нужно было покритиковать мягкотелого тирана Сталина, а не за недорепрессированную жену Молотова… Русских, по рассказам Папена, вообще не интересовали такие глобальные вопросы. Им больше была нужна Прибалтика и Финляндия. А потом наступило время торжества неправосудия. Нюрнбергский трибунал стал показательной демонстрацией англосаксами своей силы и бессилия марионеточных режимов, вроде СССР. В то время, как преступления немцев на территории СССР практически игнорировались судьями трибунал, за незначительное оскорбление американского мундира Шахт на четыре недели был лишен прогулок на воздухе и на тот же срок оставлен без кофе. Нюрнберг стал настоящим торжеством демократии.

• Гитлеру не было выдвинуто никаких обвинений ни в предварительном обвинительном заключении, ни в приговоре. Суд практически не предпринял попыток зафиксировать преступления Гитлера в протоколах.
• Специально принятый Устав трибунала лишал как обвинение, так и защиту права оспаривать полномочия как самого суда, так и его отдельных членов. Это был привет современному Гаагскому трибуналу. Специальная статья № 3 исключала возможность подвергнуть сомнению компетентность трибунала по различным поставленным перед ним вопросам.
• Статья 6 давала трибуналу право судить и наказывать лиц, которые, действуя индивидуально или в качестве членов организации, участвовали в заговоре с целью развязывания войны или совершили преступления против мира, военные преступления и преступления против человечности. Таким образом делался задел для будущего, что никто не вправе свергать режимы, одобренные англосаксами. Только они сами могут убирать своих марионеток. И наказание за ослушание будет очень суровым.
• Статье 9 давала суду право объявлять любую организацию преступной.
• 13-я статья устава предоставляла суду право самому устанавливать регламент своей работы, а 14-я требовала от четырех главных обвинителей составления проекта этого регламента, который мог быть принят или отвергнут судом, что являлось поистине курьезным нововведением.
• 19-я статья давала суду возможность широкого истолкования вопросов о приемлемости доказательств. На практике это означало, что в качестве доказательств принимались показания, основанные на слухах, – столь шаткие, что ни один другой суд в мире не стал бы тратить ни секунды на их рассмотрение.
• статья 26 содержала особенно важное положение: любой приговор суда не подлежал пересмотру и должен был рассматриваться как окончательный.