Чайка

Чехов ну очень узнаваем. Мне кажется, что если бы мне дали прочитать пьесу спрятав название и кто написал, я бы поняла, кто за всем этим стоит.
Деревня, начало осени. В поместье в котором живут под одной крышей люди с довольно таки своеобразными семейными отношениями. Старый профессор, с молодой женой, с дочерью от первого брака, матерью бывшей жены и ее сыном, тем самым дядей Ваней, ну и ещё пара человек, нянька, гости, приживалы. Поместье принадлежит умершей первой жене профессора, от того в нем и собрался такой «капустник». Люди все абсолютно разные, абсолютно не желающие и, в первую очередь, не могущие жить под одной крышей. Связывает их не родство, а злость, ревность, зависть, лень.
Молодая жена профессора выйдя в своё время за него замуж, как она утверждает по любви, думаю не сильно кривит душою, просто принимает за «любовь» увлечение и интерес умным человеком. Но пожив вместе и раскусив все «прелести жизни» со старым ипохондриком, она не то чтобы ходит налево, этого ей не позволяют ее моральные устои, но по сторонам заглядывается, тем более с ее красотой поклонников у неё достаточно. Но и по сторонам не густо, дядя Ваня, который собственно страдает от того, что всю жизнь прожил за кого то другого и доктор, в которого безответно, вот уже несколько лет влюблена падчерица Соня. Конечно, все эти персонажи подразумевают определённый накал, конфликт и под конец пьесы все полыхает.
Чехов, в этой пьесе делает большой акцент на том, что у каждого человека должно быть какое то предназначение в жизни, дело.
Интересно, что знаменитая фраза Чехова:

оказывается из этой пьесы, а я то и не знала:)
Но у неё есть продолжение

И вот тут, думаю кроется определённый смысл, который человек услышав первую часть фразы никак не поймёт без второй. Мне кажется, что соединив все воедино, Чехов хотел сказать, что в «человеке, конечно, должно быть все прекрасно», но будет ли он прекрасен и полноценен если у него нет определённого дела или жизненного назначения. И если рассматривать с этой точки зрения, то получается пользуясь этой уже ставшей крылатой фразой, но не зная ее контекста, люди не всегда используют ее в правильном назначении.
Что касается персонажей, то лично мне там никто не оказался симпатичен. Ни Соня, которая даже после откровенного разговора с доктором, где он ей открытым текстом говорит

почему то продолжает надеятся, что может ещё что то получится. Ни сам доктор, который перед Еленой Андреевной распинается, а вот из выше процитированных его слов вполне понятен смысл его высказывания, в общем то ничего кроме сексуального влечения его к ней, там нет. Ни та самая Елена Андреевна, которую сложно ни полюбить, ни пожалеть, ни даже возненавидеть, вот не за что. Ни дядя Ваня, которому все происходящее в его жизни мерзко и отвратительно, а мужества, сил и желания что то изменить - нет.

Честно говоря, писать этот отзыв крайне неловко. Прошла неделя после прочтения, а я к своему стыду практически не помню сюжет. Помню только последние три буквы.
Помню только наглого профессора, кучу рассуждений о веке нынешнем и веке будущем, ну да это такое общее место у Чехова во всех пьесах, видимо, что неудивительно, что именно это в памяти и остается. И атмосфера сельско-дачная отличная, но и это все тоже было в других пьесах. Не могу назвать ни одной отличительной черты конкретно "Дяди Вани". Мне кажется, все, что я помню, уже было в других его пьесах. Ужас.

Чехов хорош для читателя в любом возрасте. И еще при повторном чтении именно с ним замечаю сильные изменения в себе. Он для меня - лакмусовая бумажка. В школе герои "Вишневого сада" разделились на нелюбимых, симпатичных и нейтральных. В этот же раз поняла, что все они - отрицательные герои. И сверху еще, как обухом по голове, такой финал.

Описываемые события происходят после отмены крепостного права, когда помещики старого типа, оказавшиеся неспособными перевести хозяйство на новые рельсы, становившиеся бессильными от одной мысли о "пошлости дач", разорялись и уходили в тень. На их место уже твердой поступью вставали новые люди - разбогатевшие собственным трудом, умом и не имевших предрассудков о пошлости, о способах зарабатывания денег.

В этой маленькой пьесе Чехов вывел в своих героях все существовавшие типажи людей. Из высшего сословия - разорившаяся Раневская Любовь Алексеевна, не способная удержать в руках ни монеты, не способная принимать решения и наоборот выбирающая все худшее из возможных вариантов. В своем эгоизме, она не делает ничего, чтобы спасти имении. Захлебываясь жалостью к себе, продолжает разбазаривать оставшиеся деньги. Ей нет дела до дочери, до людей вокруг, до этого вишневого сада. Все только слова и снова бесконечная жалость. Потеряв этот символ былых времен, она уезжает в Париж к мужчине, разорившей ее, причине многих несчастий и страданий. Как личность она никакая, хорошим человеком ее назвать тоже нельзя. Она - все старое и отжившее. Гаев Леонид Андреевич - второй из этой семьи, ленивый и блеклый. Если Раневская будет как будущие белоэмигранты скитаться по Европе и перебиваться с крохи на кроху, то этот будет страдать, но оставаться, пытаясь хоть как-то подстроится под действительность. Но он окажется слишком ленивым и вылетит с прибыльной должности, все сильнее скатываясь на дно. Он тоже свое отжил как тип. В эту же топку летит Симеонов-Пищик Борис Борисовчи - вечно всем задолжавший и ничтожный. Какое-то время еще посопротивляется помещик, желавший купить имение, но его сметет грядущие революции. Чехов до них не дожил, но нам знание о них помогает понять насколько он был хорош.

Отдельные интересные типы - это Лопахин Ермолай Алексеевич - будущее, уже не так скованное сословными предрассудками, разодетая как барышня Дуняша и лакей Яша, узкий умишко в сочетании и с невероятным снобизмом. Они вытесняют и окружают помещиков, пугая читателя еще больше, потому что они же ничем не лучше помещиков, а еще хуже. У них нет культуры, традиций, а только желания и та самая пошлость.

Сочувственно можно отнестись к Ане с Варей, которые пострадали от рождения не в то время и не в том месте, но Варя вечно истерит, а Аня уже глядит в будущее, которое ее погубит, скорее всего, внимая каждому слову вечного студента. Этот Трофимов Петр Сергеевич - очень интересная фигура, олицетворяющая тех самых интеллигентов, думающих о народе, но ничего не делающих для них. Он полон идей, разочарован в жизни и громит других интеллигентов, когда сам из себя ничего не представляет, кроме грязных галош и умения говорить мудрено.

Самый печальный образ - это Фирс, верный слуга, отказавшийся от вольной и до последнего часа прислуживающий хозяевам, которые в конце концов его оставили запертом доме.

Пьеса оставляет после себя очень тяжелый след. Столько в ней негатива, желчи, боли и лопающихся струн. Но как же она хороша!

!!!Внимание спойлер!!!
Так получилось, что пьес Чехова я прочитал совсем немного. "Вишневый сад" всего лишь третья. Две другие оставили у меня ошибочное впечатление о всей драматургии Антона Павловича. Это не менее известные Чайка и Три сестры . В обеих пьесах все персонажи просто маялись от безделья, если совсем вкратце. Здесь же движуха была, и вполне жизненная. Брат и сестра вынуждены за долги продать свое родовое имение, вместе с чудесным вишневым садом, с которым у них связано множество воспоминаний. Уже дана вольная крепостным. Бывший управляющий, втиравший разные идеи как можно было бы вложить в прибыльное дело имение, после того, как окончательно и бесповоротно был отвергнут, взял и перекупил имение у нарисовавшегося на горизонте покупателя. Все его планы включали в себя вырубку вишневого сада, потому и отказывались от них хозяева.
К слову сказать, вишневый сад они все-равно потеряли. И, если включить циника, надо было соглашаться. Но как продашь своё детство, свои воспоминания, свой дом? У сестры две дочери, которые гораздо проще к этому относятся. Продали и продали, зато заживем по новому теперь. Это младшая переполнена восторгом от ожиданий чего-то нового в жизни. У неё ухажер из студентов, задурил себя и её мыслями о том, что, мол, вообще собственность это вчерашний день и не нужно иметь никакого постоянного дома. Старшая дочь имеет симпатию к управляющему, управляющий к ней тоже имел симпатию, но вот ситуация поменялась, он уже барин, а она прислуга, и никакого предложения руки и сердца не происходит, чего все ожидали. Такой, как выразился Задорнов, высунувший голову из г*вна со словами "вау", не только управляющий. Бывший уже крепостной с хозяйкой проживавший в Париже, так и вовсе на всех глядит, да приговаривает "быдло", даже на собственную мать. Есть и еще один бывший крепостной, старенький дед, няньчивший еще хозяев, когда они были детьми, так он и вовсе не может понять и принять свалившейся на него внезапно воли, что ему с ней делать. Его попросту все забыли, закрыли и уехали. Только за кадром раздается тюк, тюк - это рубят вишневый сад...

Чехов - мастер слова, знаток души русской...
Красиво в очередной раз разложил по полочкам - кто есть кто. Каждый персонаж прекрасно символизирует того или иного члена общества великой и могучей... и ничего не изменилось спустя столетие... И как обычно, человек, говорящий правду, обществом не принимается, даже частенько осуждается. Ход его мыслей неприятен большинству. Всем хотелось бы, чтобы он помолчал...

До прочтения название "Дядя Ваня" всегда почему-то ассоциировалось с каким-то дяюшкой, немножко дурачком или добродушным дедушкой. А вот совсем и нет. Смысл достаточно глубокий, и Ваня - имя, которое едва звучало на самом деле. Скорее и чаще всего по имени-отчеству назывался этот главный персонаж. Хотя изначально он совсем не казался главным.

Все хорошо в этом произведении, есть только один момент, который насторожил - с какой-то стати эта неприятная семейка решила перебраться жить в Харьков... в свете последних лет, хм... не охота комментировать. Но хотелось бы все же узнать, чего в своей распрекрасной стороне не остались. Городов-то много.

А вот Сонечка осталась, оканчивая пьесу шедевральным выражением:

(дяде Ване совет)

29 и 30 октября 2022, премьера спектакля «ДЯДЯ ВАНЯ» в постановке Народного артиста РМ Александру Козуб

Не берусь ничего утверждать, ниже будут сугубо субъективные впечатления. Не знаю, может, все эти моменты - этакая авторская задумка, но!..

Во время чтения пьесы мне казалось, что местами из текста "выпадали" целые куски, иначе объяснить эти бессвязные диалоги я никак не могла. Герои не разговаривают друг с другом или аудиторией, они все на своей волне, в своих мирках, каждый не видит дальше своего носа и не слышит никого вокруг себя. Их разговоры пустые, непонятные, несвязные. Общая канва сюжета прослеживается уже постфактум, когда все уляжется немного в голове.

Не знаю, что Чехов подразумевал под каждым образом. Кого он видел за лицом Любови Андреевны? Ленивое глупое дворянство, неспособное к труду, созиданию, мудрости? Что он вкладывал в Лопахина? Прогрессивно настроенное про-капиталистическое человечество будущего? Кто тогда Фирс? Отжившие, устаревшие, забытые за ненадобностью рамки былых приличий?

Ломать - не строить. Нетрудно вырубить вишнёвый сад и на его месте разбить участки под дачи. Несколько взмахов топором - и нет того дерева, чей росток проклюнулся из косточки с полтораста лет назад. Ухаживать за садом, возродить производство, наладить продажи - долго, муторно, сложно. Время реформ прошло, настало время революции. Нужно вырубить прошлое на корню, выкорчевать из благодатной почвы людских душ, забыть, отринуть, сжечь и уничтожить, и на голом пустыре воздвигнуть что? Дачи. Денег это принесет, конечно, достаточно. Но видится ли это разумным, правильным, мудрым? Сейчас и мне - нет. В начале прошлого века, возможно, так и было нужно, по-другому, наверное, было уже нельзя.

Неприятные впечатления. Пьеса неприятная.

С этой пьесой у меня много всего связано: разных воспоминаний, интересных фактов, предположений...

Для меня было открытием, что во времена Чехова ударения "вишневый" и "вишнёвый" в словаре Даля считались одинаково правильными. Однако Чехов настаивал, что название его пьесы следует читать именно как "Вишнёвый сад". А сейчас, как известно, вариант ударения на первый слог в этом слове считается устаревшим...

Содержание пьесы, конечно, не менее интересно, чем такие языковые метаморфозы (на то он и живой язык, чтобы меняться). Вот например: из всех героев "Вишнёвого сада" мне больше всего запомнился Лопахин. И почему это, думала я, его радость от покупки вишнёвого сада так быстро угасла? Когда читала пьесу только в первый раз, возвращалась перечитать этот момент: может, я что-то не так понимаю, у него отобрали этот сад, что ли? И ещё меня волновал второй вопрос: хоть этот момент и кульминационный, ведь Чехов всё же написал пьесу не о простом мужике, который "купил имение, где отец и дед были рабами, где их не пускали даже на кухню"?

А потом я столкнулась с такой точкой зрения: да Лопахин просто любил Раневскую! В самом деле. Было ему, как он говорит, лет пятнадцать, когда отец ударил его в лицо кулаком, пошла кровь из носу, и Любовь Андреевна, тоже тогда ещё молодая (и красивая) помогла мальчику умыться, успокоила его... Неудивительно, что после этого он проникся к ней каким-то чувством. Благодарностью или чем-то большим? И её имение ему хотелось защитить, вот только никаких разумных предложений Раневская не слушала...

Ещё одним запоминающимся моментом в этой пьесе, а, точнее, даже вне её, стало дерево. Вишнёвое маленькое деревце, искусственное, правда, но очень красивое, которое как-то принесли на литературу, в честь этой пьесы, так сказать. Эх, а вот яблоки, появление которых было приурочено к изучению "Антоновских яблок" Бунина, были настоящими, настолько, что их съели. Впрочем, Бунина я всё равно не люблю, тем более что яблок мне не досталось!

И не могу не вспомнить о двух постановках "Вишнёвого сада": на одну я ходила, о другой слышала. Та, на которую я попала, была... В общем, она побудила меня в который раз перечитать пьесу. Увидела я, как Лопахин таскает Петю Трофимова в объятьях по сцене, услышала вот этот диалог:

И долго сидела в задумчивости, вспоминая, было это в самой пьесе или нет. Оказывается, и вправду было. Тогда я по-настоящему осознала мудрую истину: пьесы созданы не просто для того, чтобы их читали, а в первую очередь для просмотра на сцене! И ещё одну вещь: при желании можно где угодно увидеть что угодно... А если это вдобавок кому-то угодно, так и тем более.

Что же касается второй постановки, то дело с ней обстояло предельно просто: заплакананные люди выходили из театра, прохожие с удивлением спрашивали их:

- Да что же вы смотрели такое грустное?

• Ком... комедию! - утирая платком слёзы, всхлипывали зрители.

  Хоть Чехов и не считал свою пьесу драмой или трагедией, но последняя сцена с забытым, одиноким Фирсом - это... это действительно никак не комедия. Но пьеса на все времена!

Из всех пьес Чехова "Три сестры" по-моему наименее "затёртая".
"Вишнёвый сад" проходили в школе и этим всё сказано
"Иванов" безумное количество раз экранизировался, ставился, в студенчестве я как-то в течении месяца посмотрел две постановки : во МХАТе с Иннокентием Смоктуновским и в Ленкоме с Евгением Леоновым. Как не странно ни та ни другая шедевром не показались
"Чайка". После блестящего фильма "Успех" (по-моему лучшая роль Филатова) какие-то тайны в пьесе обнаружить трудно. К тому же опять же в студенчестве смотрел спектакль в театре Маяковского с юной Евгенией Симоновой (Нина Заречная), там же ещё была и Доронина (Аркадина) - вспомнил по программке.
Ну а с "Тремя сестрами" никаких таких ассоциаций не связано, остались смутные воспоминания о призыве-молитве "В Москву!" и достаточно гротесковый образ Натальи Ивановны, которая из "серой мышки" к концу спектакля превратилась в законодательницу мод. Решил перечитать, попытаясь воспринимать, как написанное в наши дни. Напрягаться особо не пришлось.
Областной центр где-то на севере России. В большом доме три дочери и сын год назад умершего командира дивизии встречаются с друзьями и ведут разговоры о счастье и смысле жизни. С каждым действием (годом) тональность разговоров становится всё печальней, смысл жизни - менее ясным. Если в начале Ирина:

А во втором действии Вершинин:

То в конце Ольга:

Как это всё похоже
"следующее поколение советских людей будет жить при коммунизме",
"наше поколение в эмиграции работает дворниками и водителями такси, но наши дети..."

Вообще цитировать Чехова - дело неблагодарное, проще прочитать всю пьесу. "Три сестры" - последняя пьеса Чехова и она безжалостна в своей безысходности. Недаром интеллигенция с восторгом поначалу воспринимала все революции. Как-то невесело ощущать себя компостом для произрастания последующих поколений, а будущее представлять как вырубленную еловую аллею и отчий дом пронизанный метастазами пошлости.

Антон Павлович все-таки гениальный писатель. И что интересно - очень разнообразный, непохожий на самого себя и каждый раз новый. "Дядя Ваня" - лишнее этому подтверждение.
Замечательная, простая, но при этом глубокомысленная и жизненная пьеса. В одном маленьком произведении масса философских изречений, филигранного юмора и драматизма. Каждое действующее лицо - своя история жизни, свои горести и печали, свои радости и влюбленности. И все это на таком маленьком бумажном эпизоде. Потрясающе!

P.S. Кто знает хорошую постановку - порекомендуйте, пожалуйста. Глаза разбегаются.

«Вишневый сад» – не просто пьеса, это образ, символ. Символ утраченного прекрасного старого мира. Только вот таким уж прекрасным был этот мир, если так подумать? Ведь для дворянина – Российская Империя – его детство, роскошная жизнь – мечта, а не жизнь. А для крестьянина? Его родичи и не люди вовсе были, а сплошной товар. Где тут ностальгировать по былому?

Впрочем, вернемся к пьесе. Сюжет строится вокруг помещицы Раневской, вернувшейся в Россию из Парижа вместе с дочкой, Аней. Все, что у них осталось – имение с тем самым вишневым садом, которое скоро будет продано, чтобы раздать долги. Да только не мыслит героиня своей жизни без вишневого сада, где живет так много важных сердцу воспоминаний.

Пьеса Чехова хороша тем, что она как кусочек той эпохи, той старой России, которой уже нет. Это как машина времени на бумаге: воочию видишь старый дом, чувствуешь запах раннего, еще холодного, но весеннего утра. Шум деревьев, там старый слуга Фирс что-то бормочет, там девки хлопочут, что господам подать, а вот уже и сидим за столом и смотрим на хозяйку дома, Раневскую, которую вроде как пожалеть надо, а, честно говоря, не хочется.

Можно рассуждать о персонажах, о жизни, о том, как бывшие крепостные берут вверх над разнеженными дворянами, да только у меня к этому охоты нет. Чеховский «Вишневый сад», как я уже говорила, не просто пьеса, а образ, картина. И ты не столько вникаешь в чтение, в развитие событий, в образы, а видишь картину заброшенного старого сада, который так прекрасен, но, увы, давно отжил свое.