Белый пароход. Прощай, Гульсары!

Через две недели предстояло отправиться в новое кочевье, снова в горы. На все лето, на всю осень и всю зиму, до следующей весны. С квартиры на квартиру и то чего стоит переехать! Откуда только набирается барахло? Не потому ли киргизы издавна говорят: если считаешь, что ты беден, — попробуй перекочуй.

Пожалуй, единственное преимущество его состояло в том, что он не боялся уронить себя в чьих-то глазах. (Не так сел, не то сказал, не так ответил, не так улыбнулся, не так, не так, не то...) В этом смысле Момун, сам того не подозревая, был на редкость счастливым человеком. Многие люди умирают не столько от болезней, сколько от неуемной, снедающей их вечной страсти - выдать себя за большее, чем они есть.

Одно лишь могу сказать теперь – ты отверг то, с чем не мирилась твоя детская душа. И в этом мое утешение. Ты прожил как молния, однажды сверкнувшая и угасшая. А молнии высекаются небом. А небо вечное. И в этом мое утешение.

Человека долго рожать и растить, а убить — скорее скорого.

Многие люди умирают не столько от болезней, столько от неуемной, снедающей их вечной страсти - выдать себя за большее, чем они есть.

Правильно сказал секретарь - жизнь, она никогда не покатится сама собой, как думалось когда-то, после войны. Ее вечно надо подталкивать плечом, пока сам жив...Только вот оборачивается она каждый раз острыми углами, все плечи уже в мозолях. Да что мозоли - была бы душа довольна тем, что делаешь, что делают другие и чтобы от трудов этих счастье было...

Худо ли самой матери, хорошо ли ей, а на улыбку для своего ребенка у нее всегда сил хватит.

Мало ли о чем поет человек наедине с собой? О несбывшихся мечтах, о годах прошедших, о том, что было тогда еще, когда любилось… Нравится человеку повздыхать по той поре, где осталось что-то навсегда недосягаемое. А что, собственно, — человек и сам толком не понимает. Но изредка ему хочется думать об этом, хочется почувствовать самого себя.

В том-то и дело, говорит он, что пророк сам не знает, что он пророк, - он простой человек. Только разбойник знает о себе, что он разбойник.

«Э-э, сын мой, худо, когда певцы состязаются в славословии, из певцов они превращаются во врагов песни!»