Античная драма

В природе смертных это. Человек
Всегда себя сильней, чем друга, любит.

...Это очень выгодно -
Глупцом казаться, если ты совсем не глуп.

Для славы мы хотим свидетелей - для горя только тайны.

Ах, как легко тому, кто в безопасности,
Увещевать и поучать попавшего
В беду...

...а разве есть
На свете что милей семьи, где с мужем
Живёт жена согласно?

Убожества примета - гордый нрав.

Неисцелим и страшен гнев встаёт,
Когда вражда людей сшибает близких.

«Счастливым никого до смерти не зовите...»

Робки мы,
И вид один борьбы или железа
Жену страшит. Но если брачных уз
Коснулася обида, кровожадней
Не сыщете вы сердца на земле.

О, если бы хотя малейший знак
Имели мы, но верный, чтобы друга
От недруга и лживые слова
От истинных мы сразу отличали...
Два голоса пускай бы человек
Имел — один, особенный, для правды,
Другой — какой угодно...

ОКЕАН
Иль ты не знаешь, Прометей, что вылечить
Способно слово бурный, нездоровый гнев?
ПРОМЕТЕЙ
Да, если ты смягчаешь сердце вовремя,
А не смиряешь силой раздраженный дух.

О, я во многом, верно, от людей
И многих отличаюсь. Наказанью
Я высшему подвергла бы того,
Кто говорить умеет, коль при этом
Он оскорбляет правду.

Ничего постыднее
Неискренних, нечестных слов на свете нет.

Кто в деле смел, тот не боится слов.

В мире воистину нет больших зол, чем те,
Которые творим себе мы сами

Чересчур
Умна Медея - этим ненавистна
Она одним, другие же, как ты,
Опасною ее считают дерзость.

Умеренность - сладко звучит
И самое слово, а в жизни
Какое сокровище в нем!

Нельзя винить, едва лишь заподозрив.

Кто сух душой надменной, нам не мил.