Отцы и дети (аудиоспектакль)

Мы не имеем права предаваться удовлетворению личного эгоизма

– Я уже говорил вам, дядюшка, что мы не признаём авторитетов

Ее образ, этот непонятный, почти бессмысленный, но обаятельный образ слишком глубоко внедрился в его душу

– Нигилист, – проговорил Николай Петрович. – Это от латинского nihil, ничего, сколько я могу судить; стало быть, это слово означает человека, который… который ничего не признает?
– Скажи: который ничего не уважает

Ага! родственное чувство заговорило, — спокойно промолвил Базаров. — Я заметил: оно очень упорно держится в людях. От всего готов отказаться человек, со всяким предрассудком расстанется; но сознаться, что, например, брат, который чужие платки крадет, вор, — это свыше его сил. Да и в самом деле: мой брат, мой — и не гений... возможно ли это?

"Законы человеческого действия, игру страстей, сцепление событий, влияние обстоятельств и отношений мы можем изучать, внимательно наблюдая других людей; но все знание, приобретаемое этим путем, не будет иметь ни глубины, ни точности, если мы не изучим сокровеннейших законов психической жизни, игра которых открыта перед нами только в нашем самосознании. Кто не изучил человека в самом себе, никогда не достигнет глубокого знания людей."

Но полуденный зной проходит, и наступает вечер и ночь, а там и возвращение в тихое убежище, где сладко сп

зато Петр расчувствовался до того, что плакал у него на плече, пока Базаров не охладил его вопросом: "Не на мокром ли месте у него глаза?"

— я вам, Анна Сергеевна, — начал он, — привез нечто такое, чего вы никак не ожидаете...
— Вы себя привезти; это лучше всего.

Принципов вообще нет - ты об этом не догадывался до сих пор! - а есть ощущения. все от них зависит.

Коли может женщина получасовую беседу поддержать, это уж знак хороший.

В чувстве человека, который знает и говорит, что он беден, должно быть что-то особенное, какое-то своего рода тщеславие.

В это мгновение целая погибшая жизнь в нем трепетала.

Принципов вообще нет, а есть ощущения.

Под влиянием различных смутных чувств, сознания уходящей жизни, желания новизны она заставила себя дойти до известной черты, заставила себя заглянуть за нее – и увидала за ней даже не бездну, а пустоту… или безобразие.

Сомнения не утихали никогда до забывчивости и никогда не дорастали до тревоги.

Все люди друг на друга похожи как телом, так и душой.

-И что ж, это хорошо? - спросил Павел Петрович
-Смотря как кому, дядюшка. Иному от этого хорошо, а иному очень дурно.

Звук собственных речей сильно действует на человека

... продолжал Аркадий с видом человека, который вошел в болото, чувствует, что с каждым шагом погружается больше и больше, и все-таки спешит вперед, в надежде поскорее перебраться.