Покинутые небеса

— Ты когда-нибудь любил так, что, не представляя себе и минуты, проведённой врозь, в то же время сознавал, что своим присутствием только причиняешь вред?

– Ты сделал все, что мог, чтобы выжить.
– Чем старше я становлюсь, тем чаще сомневаюсь, достаточно ли мне этого. Разница между жизнью и выживанием очень велика. А еще я спрашиваю себя: стены, которые мы возводим, удерживают от вмешательства посторонних или просто запирают нас внутри? И что мы теряем, скрываясь за этими стенами?

…дела злых людей на их совести. Это их ноша. Конечно, если мы видим, что они замышляют что-то дурное, надо постараться их остановить. Но важнее всего для каждого из нас самому поступать правильно. Каждый раз, когда ты совершаешь доброе дело, ты разжигаешь огонь, прогоняющий тьму. И даже когда мы уйдем, его свет будет продолжать сиять и отгонять тени.

- Я никогда не рождалась.

• Тогда как ты оказалась здесь? Ты должна была откуда-то появиться.

• Думаю, я просто случалась - как несчастный случай.
• Не стоит из-за этого считать себя хуже других, - говорю я ей. - Лучше в меру своих сил делать то, что мы все должны делать, и тогда ты поймешь, чего стоишь.

Ощущение, словно на наших глазах происходит несчастный случай. Вроде бы и не хочется смотреть, что будет дальше, но не в силах отвести взгляда.

- Я мог бы сказать, что самая вкусная рыба - это рыба, выловленная своими руками, но зачем обманывать? Неважно, кто ее поймал, лишь бы рыба была свежей.
. . .

• Надеюсь, что вы еще успеете что-нибудь поймать, - сказал он перед самым уходом. - И угостите вечером жареной рыбой.

• Рыба из магазина ничуть не хуже, и ты это знаешь.
• Конечно знаю, - ответил Мот. - Как я понимаю, лучшая рыба - это та, которую для тебя поймал кто-то другой.

- События всегда развиваются так, как тебе хочется?

• Конечно. Только если особенно не задумываться.

Воспоминания - удивительная вещь. Думаешь о том, что хотел сделать, мог сделать, должен был сделать. Но не сделал.

<...>надо завоевывать свою часть мира, иначе зачем ты в нем появился? 

В конце концов каждый понимает, что во Вселенной есть определенный порядок, даже если в сиюминутных обстоятельствах невозможно заметить никакого порядка.

Местность знает каждого из нас. Это не только люди, живущие по соседству, но и само место. Если пройти по родным местам, улицы или поля, на которых ты вырос, вернут тебя в прошлое. Былые призраки напомнят о том, кем ты был, и тогда намного легче определить, кто ты сейчас.

Говорят, что история повторяется, однако у меня имеется уточнение. История повторяется, только в ускоренном темпе.
Дуайт Йоакам,
из интервью для «Новой страны»,
ноябрь 1995-го

Музыка Энни и впрямь была исключительной по сравнению с теми произведениями, что занимали первые места в списках популярности и назывались альтернативными только благодаря сомнительной популярности среди уличной молодежи.

Она лишь хотела, чтобы все вокруг было нормальным, а этого нельзя достичь, если копаться в чужих секретах.

Музыка Энни требовала от людей совсем другого. Она заставляла задавать вопросы и не принимать окружающий мир как нечто должное.

— Мне не нужен папа, — говорит она тогда. — Но нужен муж. Я слышала, что от них больше пользы.

Я была всего лишь ребенком, не понимавшим, почему ему не верят, когда он говорит сущую правду.

Я открываю рот, чтобы заговорить, но слова не слетают с моих уст. При мысли о бедной N слезы застилают глаза. В горле встает ком, глыба горя поднимается из груди. Я пытаюсь избавиться от нее, прогнать воспоминания, закрыться от волн смертельного холода — мне слишком больно.

— Если мы позволим ей умереть, — возразила Лили, — мы станем такими же, как они.
— Если мы позволим ей умереть, у нас появится шанс дожить до глубокой старости.

Это приводит меня в бешенство, поскольку я не могу об этом не разговаривать. Я должна сохранить все это в памяти и должна время от времени освежать воспоминания, так как для меня это очень важно. Я не хочу забывать о том, что мир гораздо больше и сложнее, чем мы о нем думаем. Или о том, что в нас действительно существует душа. Вот почему я обо всем этом написала в первую очередь.