Апостол, или Памяти Савла

На по-настоящему хорошие книги писать отзывы трудно. Хочется нанести прицельный удар по целевой аудитории, чтобы мгновенно переиначили свои книжные планы, не смогли уклониться...
Старалась, пыталась выкинуть посторонние отголоски от прочитанного. А получилось как раз о них, в основном. Наверное, закономерно.

Михаил Дорохов и его эпоха.
Эпоха накануне - накануне развала, накануне свободы, накануне перемен. Уже запахло этой самой терпкой вседозволенностью, но никто ещё не разочарован и не оглушен собственной ненужностью, никчемностью. Они все ещё такие наивные, окрыленные, стремящиеся. Немного играющие в интеллектуальность и заработать денег. Уже не так страшно мечтать о чемодане и перелёте Туда. Уже чувствуешь разницу в том как звучит слово "карьера" для тебя и для старшего поколения. Взрослые и юные, нигилисты и прагматики.

Михаил Дорохов и его книга.
Тут лучше и не скажешь:

Михаил Дорохов и Севела Малук.
Не мог быть Севела другим, слишком много от себя вложил в этот образ автор. Все искания и мечты. О чем сожалел, к чему стремился. От чего бежал и чем расплатился.
И не стоит бояться читателю этой Иудеи, и этого времени. Этой новой религии, нового толкования. Библейский сюжет практически без имени того кого распяли...
Для каждого, для Михаила, для Севелы, будет выбор.

Мало сказать об "Апостоле...", что это книга в книге. Павел пишет не только о Михаиле и о Севеле - это скорее о себе, о друзьях, о личной башне, о мечте, о наивности...иначе не быть бы этому похрустыванию валенок резиновыми подошвами, "живых" пишущих машинок и поздних посиделок с друзьями. Ташкентские помидоры зимой, "салоны", запах трубочного табака Сени, экселенц - все это приметы жизни Михаила и Павла. От того это так живо, душевно. Галич, Конецкий, Визбор, Куваев, лабораторные разговоры цитатами из "Понедельника...". Жаль что "Апостол..." при всей своей увлекательности и понятности двух сюжетных линий, прочувствовать сложно. То самое время, которое живёт на его страницах, столь отлично от нынешнего.

Физики, которые были лириками. И родина, та самая которая с маленькой буквы пишется. От которой бежишь и к которой возвращаешься. Пусть раз в год, в заветный праздник. Чтобы полистать альбомы, прислушаться к тому как гремят кастрюльки на кухне. Чтобы увидеть дурынду из прошлого, восседающую за кассой гастронома... Ну и та которая с заглавной - Родина. О которой потом, если это потом будет, с надрывом а она нам нравится, хоть и не красавица. Это уже другие поймут, те которые вырвутся, хлебнут colы и прочего...

Бывает, случайно предложенная книжка вдруг обернется неожиданным удовольствием. И даже ясно видя незначительные авторские несовершенства, ныряешь в нее с головой и читаешь прямо с каким-то трепетом.

Книга представляет собой два связанные между собой повествования, события одного из которых происходят в последние годы брежневского застоя, незадолго до исторического развала страны, а второго – спустя несколько десятилетий от события, с которого современная цивилизация ведет свое начало. Герой первого – Миша Дорохов, советский инженер-химик, пишет свой первый роман, герою которого Севеле Малуку, судя по заглавию книги, суждено остаться в памяти потомков апостолом Павлом.

Жизнь Миши Дорохова - это портрет на фоне эпохи. Многие, чья молодость пришлась на те годы, стремились остаться в Москве после распределения, страдали от недоступности какого-то барахла, брали на ночь почитать у сокурсников интересные книжки, говорили цитатами из Стругацких, ездили в стройотряды и выискивали на черноморских пляжах место для своего полотенчика. И пытались даже что-то писать. Но не у всех была такая дружная и сплоченная компания друзей и любимая работа. Но нашему герою этого мало. Как многие тогдашние московские интеллектуалы, он чувствует себя недооцененным, мечтает развернуться где-нибудь за рубежом, а лучше всего в Соединенных Штатах, ага. Ну, и как обычно, денег, славы….Про бесплатный сыр тогда еще не вколачивали с детства, блаженное было время. А деньги молодому человеку очень нужны - на отдых, на хороший коньяк для посиделок с друзьями, на ухаживание за девушками. И принимается решение добывать золотишко из электронного лома. И даже, вот ведь Кулибин, изобретает для этого новую установку. Было такое развлечение у ИТР-ов того времени, криминальное, скажем так, развлечение. У меня лежит подаренный золотой крестик, умельцами сработанный. Так что герой наш товарищ очень разносторонний. Он еще не соскользнул, он на перепутье и так хочется, чтобы он выбрал правильно.

Но куда больше понравилась мне линия Иудеи. Подтверждая истину, что природа человека не меняется, автор наделяет Севелу Малука такой же, как у его далекого потомка, тоской по яркой и неординарной жизни, страхом, что всю жизнь он будет бежать по тесному коридорчику, как его отец, из дома в контору и обратно. А юноше хочется большего, хочется путешествовать, увидеть мир и найти в нем свое место. Совершать подвиги и получать за них награды. Случай сведет его с соотечественником, работающим на римлян ( кстати, отдельное спасибо автору, что не стал облегчать жизнь читателю и называл народы, города и страны по возможности близко к историческим источникам). И здесь Малуку, как в будущем Дорохову, придется выбирать между своей мечтой и своей совестью. И расплатиться за свой выбор. Финалы в обоих случаях открыты, и автор оставляет читателя в грустных размышлениях о вариантах развития событий.

Другие романы Павла Сутина продолжают современную линию «наших», то есть компании друзей, в которую входил главный герой. Но от исторических параллелей автор отказался. А как жалко-то! Пиши еще, автор :))

Так уж вышло, что три книги Павла Сутина я прочитала в обратном порядке: сначала "9 дней" , потом "Эти двери не для всех" и только потом "Апостола..." .
Оказывается, то главное, на чём построены все книги цикла - понятие «наши» - оно появляется на первой же странице первой из книг. "Наши"... Этот короткий синоним слова "друзья" связывает все книги Сутина.
Объединенные главными героями, мужской компанией из полутора десятка человек, спаянных многолетней дружбой - это три совершенно разные книги: абсолютно реалистичная «Эти двери не для всех», ощутимо мистическая «9 дней».
«Апостол…» же…
Сам автор, не дожидаясь обвинений в плагиате, открыто говорит о её сходстве с "Мастером и Маргаритой" . Представляю, как возмутятся фанаты булгаковского романа: мол, куда замахнулся. Но если не считать, что право использовать библейские сюжеты в русской литературе навеки закреплено за единственным автором, то возмущаться нечем.
Так вот, на близкий к библейскому сюжет в 80-е годы 20-го века «замахнулся» биохимик из Института генетики и селекции промышленных микроорганизмов Миша Дорохов. Он пишет книгу - «интерпретирует раннехристианские коллизии как игру разведки Рима и контрразведки Иудеи». Он придумывает жизнь Севеле Малуку – человеку, которого позже назовут апостолом Павлом.
По вечерам Мишка садится за пишущую машинку и ведет своего героя, офицера тайной службы, по пыльным дорогам римской провинции, где за тридцать лет до этого ступали ноги… Нет, имя того, кого предали и распяли, кто страдал и искупил – это имя не названо. Но слово его живо, и слышат его всё больше и всё чаще, и Севела Малук его слышит, и внемлет этому слову.
А дни у Мишки разделены между наукой, которая из московского НИИ вот-вот уведёт его в заокеанскую лабораторию, и находящимися за гранью УК СССР манипуляциями по извлечению драгметаллов из электротехнического лома. (Ох, сколько народа на это «повелось» тогда даже из числа знакомых, благо лом этот валялся кучами на свалках, хорошо хоть, что все вовремя остановились и не дошли до встреч с правосудием, и вообще – остались живы!).
В лихие, недобрые времена живут и Мишка, и Севела Малук.
Спаслись ли, выжили ли они?

Про Мишку я знаю. Я ведь сначала прочла продолжение…

"Повесть о честной службе и странной гибели офицера Севелы Малука, прозванного много после апостолом Павлом, и о некоторых событиях, случившихся в Сирийской Провинции в правление принсепса божественного Кая Юлия Калигулы".

Конструкция книги: роман в романе. Два слоя.

Внешний слой - события, которые входят в цикл того же автора о компании: московские студенты 80-ых годов, друзья и родственники, химики, врачи, филологи, писатели, горнолыжники. Печали и радости, любови, диссертации, работа, лыжи, постоянное цитирование Стругацких, писательство, приключения… Многое - автобиографично. Главный герой, аспирант-химик, пишет повесть о событиях в Иудее времен Калигулы (37-41 гг. н. э.)

Внутренний слой - как раз вот эта самая повесть. Главный герой - уроженец Иудеи, поступивший в римскую спецслужбу ради интереса/азарта и из принципиальных соображений (важно: это период, когда зелоты все еще действуют, и Элеазар еще вполне жив, но в массовом сознании горечь завоевания уже не так остро ощущается; и люди конструктивные думают о том, как наладить жизнь в новых условиях).

Сюжет развивается параллельно. "Памяти Савла" уже написана, но читатель получает ее кусочками. И эти кусочки удивительным образом совпадают с событиями из жизни аспиранта-автора.

Севела, сын умелого коммерсанта и наследник дела, получивший приличное светское образование (пусть даже не в Риме, а в Яффе), мучается пониманием того, что в своем родном городе он задохнется от тоски. И тут давний знакомый семьи, человек странный, космополитичный и редко появляющийся в городе, приглашает его на службу.

Автор-аспирант наглотался воздуха перестройки и тяготится будущим. Хочется не то чтобы даже красивой жизни, а просто - свободы и возможностей. Чтобы опубликоваться. Чтобы иметь возможность поехать за границу не просто по приглашению на научную конференцию, а просто в отпуск. Ну и материальные блага. Или вернее даже вопрос адекватного вознаграждения. "Мы так играем, как будто у нас за плечами Тринити-колледж. Так вся жизнь пройдет за умными разговорами. И никогда не узнаем, что это такое - махнуть из Парижа в Нью-Йорк на "Конкорде". Или надраться с утра в кафешке в Гринвич Виллидж. У наших предков жизнь украли, и у нас крадут. Я убежать хочу от заурядности, Сеня. Любым способом. Не надо мне "Жигулей", я в метро читаю. Я половину всего, что прочел, в метро прочел… Мой батя - инженер, талантище… Он в каком-нибудь "Дженерал Моторс" звездой мог быть. Председателем совета директоров. … Человек он редкий, а жизнь ему выдала на два с полтиной. … И у нас с мужиками то же самое. Все красавцы, как на подбор. Но получат за свою жизнь два с полтиной".
В общем, молодые и сильные, которых уже подразнили глотком свободы.

В жизни автора-аспиранта появляются две возможности. Сначала - идея добывать золото из отходов техсплавов. Рискованно и уголовно наказуемо, но… А потом - сумасшедшая, недавно совсем нереальная, возможность уехать в Штаты. И продолжать заниматься своей наукой (белки, интерферон, иммунитет, лекарство от рака). И - интрига. Что он выберет и чем все закончится. Не обломают ли крылья-то?

В жизни Севелы появляется новое дело. В Сирийской провинции все больше и больше проповедников странного нового учения. В отличие от Булгакова или Еськова автор благоразумно не касается евангельских событий. "Читатель знает только то, что знает главный герой". Что там было 40 лет назад в Ерошолойме, кого там казнили - не в том дело. Дело в самом новом учении. Тот самый умница-космополит, взявший Севелу на службу, решил, что новое учение, во-первых, скоро станет популярным (ибо оно дает простоту понимания, которой так не хватает Книге, обросшей толкованиями и чудовищной системой запретов), а во-вторых, приведет Провинцию к процветанию (вот тут мысль автора не столь очевидна. Дескать, простое учение, сводящееся к идее добра и прощения, удачно сочетается с духом предпринимательства и техническим прогрессом). А дальше вывод: римляне обратят внимание на такой резкий рывок в развитии и тут же прихлопнут Провинцию, чтобы не высовывалась. А потому - "пусть лучше один человек погибнет, чем…"
Правда, тут речь не об одном человеке, а о всей новой общине.
И Севела перед выбором - убедительны ли для него слова его начальника и друга?
Можно ли преследовать тех, кому ты симпатизируешь? Только из страха перед возможной реакцией Рима…

Восхитившись предыдущей книгой автора - 9 дней , тут же заказала еще одну. Она мне понравилась даже больше мистическо-тревожной доброй истории про компанию верных друзей. Замечательное сочетание затягивающего сюжета и отличного слога. Подробнейшие детали исторической части романа доказали, что солидный список литературных источников, напечатанный на последних страницах издания, не для показной внушительности.
Сюжет любопытен. Конец 80-х годов, начало перестройки. Задули ветра перемен, зашатался железный занавес. Молодой ученый-генетик Михаил Дорохов, на первый взгляд, неплохо устроился в жизни. Провинциал прочно обосновался в столице, работает в крупном НИИ над одним из самых перспективных направлений в науке, есть свое жилье и отличные друзья, хороший наставник в профессии. Только ему этого мало. Все думы направлены на вопросы — как дальше жить и на что поставить? Он твердо убежден, что напиваться в хлам в американском баре в тысячу раз круче и приятнее, чем на квартире с друзьями. Его желания просты и понятны — за свою работу он хочет адекватную зарплату, широкие возможности и все это желательно в дальнем зарубежье. Бери от жизни все, пока молод. А еще у него есть пара секретов. Один из них — он пишет книгу, в которой житель древнего Эфраима, Севела Малук, так же страстно мечтает вырваться из захолустья, не повторить судьбу отца-торговца и вкусить удовольствия активной гражданской позиции вдали от дома, посмотреть мир и быть ему полезным. Как и в реальности, в книжном мире не все так просто. С годами и опытом на многие вопросы, казавшиеся такими легкими и простыми в юности, отвечать все сложнее с каждым днем. Что правильно, кто друг, какую дорогу выбрать? Чем закончатся авантюры Михаила и как сложится судьба его книжного героя?
В кратком предисловии автор предупреждает, что это никакой не исторический роман, а скорее попытка интерпретировать некоторые библейские предания. Ведь кроме истовых фанатиков никто с уверенностью не скажет, как там все было на самом деле в эпоху зарождения христианства. В других отзывах увидела, что есть сравнения и параллели с булгаковским романом, но я не соглашусь. Кроме момента, что герой из настоящего пишет книгу о временах 2000-летней давности и все это дело происходит в Москве, ничего общего. Не почувствовала даже намека на атмосферу из МиМ. Абсолютно другая история. Выскажу крамольнейший факт - часть о судьбе Севелы Малука я читала с гораздо большим удовольствием, чем рассказ об Иешуа Га-Ноцри Булгакова. Сутин гораздо смелее и интереснее спорит с христианским каноном.
Чудесная книга, яркие характеры, размышления о природе возникновения религий и мироустройстве, волшебные диалоги, и никакой мистики) Только реальность совмещенная с богатой фантазией)

Структура романа не может не напомнить "Мастера и Маргариту". Герой пишет книгу о жизни апостола Павла, а сам переживает малопиятные позднесоветские приключения. Только вот без чертовщины и без этого ареола, который со временем окружил роман Булгакова и сделал невозможным его обсуждение со многими людьми.
Герои как-то традиционно для таких книг - подленькие, но действуя в подлой же системе, они себя такими не считают. Как какой-нибудь майор Звягина, налево-направо раздающий взятки.
История Павла очень интересна, потому что не избита.
Можно воспринимать две части книги и как противопоставление. Савл становится Павлом, а в почти современном мире крепко державшийся на ногах Павел становится вдруг преступником.

Итак, роман в романе. Внешняя оболочка: вторая половина восьмидесятых, Москва. Аспирант химик-генетик-биолог Михаил Дорохов тяготится жизнью в Союзе. Вроде бы есть дело, есть друзья, но не хватает чего-то, свободы какой-то не хватает. Поэтому он мечтает об Америке, для материальной свободы придумывает схему добычи золота из деталей списанной электроники, а для свободы душевной - пишет роман. Так, вроде бы для себя, для отдушины, но ведь плох тот солдат, да? И Миша мечтает. Мечтает, что роман окажется хорош, что его напечатают. Мечтает, что всё в конце концов сложится удачно, что удастся сорвать куш, а не горбатится всю жизнь за "два с полтиной". И вот тут я так и не смогла понять своего отношения к нему. С одной стороны всё правильно: хочет человек иметь возможность свободно, спокойно жить, как ему нравится. А с другой: не есть ли это желание получить всё и сразу без особого труда? Иными словами: правильно ли Миша оценивает свои способности. Сказать, что достоин многого всегда легче. Да и потом, за наши подводные рифы и ухабы долго распинаться не стоит, все в курсе, но не поверю я, что есть места, где идеально ровная дорога вымощена желтым кирпичом. Просто о тех проблемах мы не в курсе.

Внутренний же роман, который пишет Миша - о событиях начала нашей эры. О молодом человеке по имени Севела Малук - сыне обеспеченного коммерсанта, задыхающемся в маленьком городке Эфраиме. Он поступает на службу к романцам - разведка-контрразведка - считайте, тайная канцелярия. Он много где бывает, много чего узнает, он доволен своей судьбой и работой, пока не сталкивается с приказом, противоречащим его совести. Пока среди многочисленных сектантов и проповедников не появляются те, чьи толкования выглядят слишком хорошо и слишком убедительно. Они говорят что-то об Искупившем, о том, что спасение мира в доброте. И они имеют существенную материальную поддержку. Всё это вместе некоторым покажется опасностью для Рима или Провинции. И тогда придется решать.
В этой части мне помешало незнание вопроса. Слишком много имен, должностей, сект и прочих понятий, совершенно незнакомых. Вроде общий смысл событий улавливаю, а слова и детали остаются непонятны.

В сущности же, всё вышеперечисленное оказалось бы не существенным. Но здесь мне не хватило того, за что понравились Павел Сутин - 9 дней - "нашести". Мне не хватило компании, этой атмосферы общности, старой дружбы, постоянной поддержки. История о Мише Дорохове как об одном из "наших", но довольно обособленном. Мне не хватило их всех вместе, а не встреч то с Сеней, то с Лободой.

Две повести, разделенные двумя тысячелетиями, модным сегодня словом "менталитетом", географией. Но такие одинаковые.

Главный герой одной из них, современной, - Миша Дорохов, аспирант-химик. Он уехал из своего Сибирска, где его ждала в лучшем случае судьба его отца, главного инженера на крупном заводе, квартира, Жигули, брак с одноклассницей - в общем, все как у людей. Уехал поступать в Москву, да в ней и остался: провинция - мелковатой для него будет. Да и столице Мише тесно: постоянно собираются "салоны", все начитанные, разговаривающие цитатами из Стругацких и Галича, Миша грезит о загранице, идеально - Штаты, тем более вроде как намечается командировка. Миша не привык к роскоши, но хороший коньяк, поездки на море, хорошие книги требуют денег, отсюда - изматывающие стройотряды и изобретение своего способа добычи "рыжья", т.е. золота, из списанной электроники. Но это так, задачка для второкурсников. Главным же делом после науки для Миши является его книга о Савле, позже ставшим святым.
Собственно, именно Севела Малук, известный сегодня как Савл, или Павел, является главным героем второй повести.
Севела, как и его далёкий побратим из страны Советов, родился в тесной для него провинции. И вырвался он из нее тоже благодаря учению и гибкому уму, из-за которого его приняли в Службу (что-то вроде Тайной Канцелярии). Севела был уверен, что вот она, его судьба, мечтавшаяся ему в скучном отцовском доме, пропахшем коммерцией: Севела много ездил по Ойкумене, гонял зелотов, арестовывал смутьянов. Однако стоило немного разговориться с этими смутьянами, галилеянами, как Севела задумался, мысль пошла вперёд, и оказалось, что, Книгу, по чьим канонам живёт из века в век его народ, написали обычные люди, и принимать слепо ее утверждения можно, но не всегда ведёт к добру.

Книга П.Сутина, конечно, понятно сразу, какую книгу интерпретирует, на что опирается и кем вдохновляется. Тем не менее, вариацией булгаковский мотивов ее назвать нельзя - она вполне самостоятельна и имеет свой неповторимый стиль. Это не лёгкое чтиво, и быстро перелистать страницы не получится. Открытые финалы в обеих повестях придают им особую окраску: ходите путями своими, и волос не упадет с головы вашей.

Я долго-долго-долго, долго-долго-бесконечно долго пыталась вчитаться в книгу и понять, чем же таким глубоким восхищаются прочие прочитавшие книгу и рецензенты. Увы, видимо, я не настолько глубока сама и не понимаю слишком многого.
Да, было логично и ожидаемо увидеть отражение стремлений и чувств автора Михаила в описываемом им герое Севеле. И тем горше было увидеть почти синхронное завершение историй каждого из них. Тем более, что истории завершились-то на пике жизни, когда мечты начинают сбываться, а стремления начинают приносить плоды.
Да, действительно, есть глубокие мысли и о природе человека, и о природе религии, и со многими из них я соглашалась, кое-что выписывая в цитаты, а уж письмо о превращении человеколюбивого и рационального учения галилеян в религию в худшем смысле слова можно и вовсе брать в рамочку, учить наизусть и использовать в различных диспутах.
Но! как же это безнадеждо скучно! Я еле продиралась среди всех этих салонов-коньяков-москвичей-золота-рав-галилеян-провинций-зелотов и прочих, и прочих. Была мысль бросить, и не раз. Возможно, стоило, а возможно, ради мудрых строк, стоило и прочитать. Все-так что-то для себя я из книги вынесла.