
Ваша оценкаЖанры
Рейтинг LiveLib
- 5100%
- 40%
- 30%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаРецензии
AndrejGorovenko25 ноября 2023Много цитат, мало воспоминаний
Читать далееЖурналистка Анна Берзер (1917—1994), много лет работавшая рядовым редактором в журнале «Новый мир», была хорошо знакома с Василием Гроссманом и написала о нём что-то вроде воспоминаний (см. сборник: Липкин С.И. Жизнь и судьба Василия Гроссмана. Берзер А.С. Прощание.–– М.: Книга, 1990. –– с. 121––270). Почему «что-то вроде»? Потому что в тексте слишком уж большой массив цитат, перемежающихся с комментариями. А роль мемуарной составляющей совсем незначительна.
Текст разделён на 7 глав, очень разного объёма. Названия их нам не нужны, обратимся сразу к содержанию.
В первой главе (с. 121-136) обильно цитируется Гроссман, и эти страницы напоминают литературоведческую статью. Но здесь вкраплен небольшой мемуарный фрагмент: рассказ о первой встрече с писателем. Оказывается, в январе 1945 г. начинающая журналистка Анна Берзер беседовала с ним по заданию редакции «Литературной газеты».
Анна Берзер. Вторая половина 1940-х годов.
Во второй главе (с. 137-146) нам кратенько рассказывают о политической обстановке и литературной жизни в конце 1952 — начале 1953 г. Речь идёт преимущественно о Твардовском и Фадееве.
Третья глава (с. 147-152) посвящена обсуждению романа Гроссмана «За правое дело» 13 октября 1952 г. на секции прозы Союза писателей. Обильно цитируются выступавшие.
Основное содержание четвёртой главы (с. 153-164) — обильное цитирование стенограммы обсуждения романа Гроссмана «За правое дело» 16 января 1953 г. на редакционном совете издательства «Советский писатель». Цитаты перемежаются комментариями Берзер.
Пятая глава (с. 165-182) построена точно так же, как четвёртая: её основное содержание — обильное цитирование стенограммы обсуждения романа Гроссмана «За правое дело» 2 февраля 1953 г. на совещании, организованном редакцией журнала «Новый мир». Цитаты перемежаются комментариями Берзер.
Далее следует огромная шестая глава (с. 183-244), где после небольшого предисловия Берзер (три с половиной странички) следует перепечатка стенограммы обсуждения романа Гроссмана «За правое дело» 24 марта 1953 г. на совместном заседании Президиума Союза писателей и «писательского актива». Здесь суждения Берзер вынесены в подстраничные примечания. Ценность их, мягко говоря, невелика. Есть, например, такой вот антисталинский пассаж:
... накануне задуманного Сталиным массового уничтожения евреев (курсив мой. — А.Г.) он включил в том (из Собрания сочинений. — А.Г.) собственные слова о том, что антисемитизм — большое зло и за антисемитизм надо расстреливать.
(с. 107, *)Не думаю, что это надо комментировать...
Наполняя свой текст документами, Берзер хотела показать нам, как Гроссмана сначала хвалили, а потом душили. Да, это было. И нет сомнений в том, что советские литераторы, во второй фазе много чего лишнего наговорившие, критиковали роман Гроссмана по команде сверху. Но при этом отнюдь не все высказанные претензии были надуманными; под огонь критики попали и вполне реальные недостатки романа. Даже сегодня, 70 лет спустя, некоторые суждения выступавших представляются вполне справедливыми. Не буду мучить вас длинным рядом цитат, ограничусь одной:
В романе В. Гроссмана характерно то, что человек подвёрстывается под события. Нужны ему героические усилия тыла — появляется шахтёр, нужно показать такой-то эпизод — и появляется нужный человек, иллюстрирующий событие. Это, надо сказать, довольно-таки редкое явление, когда человек берётся как иллюстрация к событиям. А сквозные персонажи,которые проходят через весь роман, — это всё люди ничтожные. И в результате здесь нет ни одного сильного характера, который прошёл бы через все тяжести и трудности войны.
(с. 223)Как говорится — не в бровь, а в глаз. Сделавший эти наблюдения литературовед, Владимир Владимирович Ермилов (1904—1965), был персонаж крайне одиозный, но в уме и наблюдательности ему не откажешь.
Последняя, седьмая по счёту глава в книжке Берзер (с. 245-270) представляет собой истинные воспоминания: это рассказ о болезни и смерти Гроссмана (не цельный, с экскурсами в прошлое). В финале весь текст книжки приобретает законченность: мучили, мучили хорошего человека — и умучили наконец: заболел и умер.
Впрочем, последние дни Василия Гроссмана описаны очень трогательно. Здесь — личные наблюдения, которые и представляют собой главную ценность в этой небольшой и тенденциозной книжке.
27 понравилось
264
AndrejGorovenko24 ноября 2023Липкий Липкин
Читать далееПервое издание этой мемуарной книги –– заграничное, выпущенное знаменитым издательством американского слависта Карла Проффера:
Липкин С.И. Сталинград Василия Гроссмана. –– [Ann Arbor]: Ardis, 1986.
Второе издание появилось в СССР, четыре года спустя и под другим названием, в сборнике:
Липкин С.И. Жизнь и судьба Василия Гроссмана. Берзер А.С. Прощание. –– М.: Книга, 1990. –– 272 с. –– Тираж 100.000 экз.
Здесь добавлено краткое послесловие автора (с. 118-120), где он раскрывает свою роль в передаче за границу «в конце 1974 года» рукописи романа Василия Гроссмана «Жизнь и судьба».
Липкин и Гроссман. Кажется, это единственная фотография, где они вместе.
Книга Липкина удивительная.
Удивляет, прежде всего, её малый объём: 118 страниц. Между тем это воспоминания о лучшем друге, очень интересном человеке. Любопытно, что автор предчувствует удивление читателя и пытается хоть как-то оправдаться:
В этих записках я хочу прежде всего рассказать о некоторых событиях, связанных со сталинградской дилогией «За правое дело» и «Жизнь и судьба». <...> Мне бы полагалось написать не только о том неизмеримо тяжком, что выпало на долю этих романов и свело преждевременно в могилу их создателя, но написать портрет одного из самых крупных русских писателей нашего столетия, поскольку я единственный оставшийся в живых из его друзей, могу сказать, самый близкий его друг на протяжении двадцати с лишним лет. Однако я не чувствую себя сейчас достаточно готовым выполнить эту задачу полностью.
(с. 5-6)Ну не удивительно ли? Достаточно готовым он себя не чувствует! Можно подумать, что в будущем, на фоне прогрессирующего атеросклероза сосудов головного мозга, у него есть шанс почувствовать себя более готовым:)
И ещё один момент в этой цитате удивляет: «... о том неизмеримо тяжком, что выпало на долю этих романов и свело преждевременно в могилу их создателя». Нас хотят убедить, что Гроссман умер от душевных терзаний. На самом деле он умер от банального рака почки, осложнённого метастазами в лёгкие. В США более 10.000 человек умирает ежегодно от рака почки; связь всех этих смертей с душевными терзаниями не прослеживается.
Ещё удивляет в этих воспоминаниях большое количество свидетельств, мягко говоря, сомнительных.
«Вася, ты же Х р и с т о с» , — говорил ему при мне Андрей Платонов.
(с. 5)Сказать такое еврею из Бердичева, пусть даже еврею «секуляризованному» –– по-моему, изрядная бестактность. Секуляризованный еврей ––это всё-таки совсем не то, что секуляризованный христианин. Но вдруг Платонов этого не понимал? Или это я чего-то не понимаю?
Но вот ещё интересное, с той же страницы:
Славу Василию Гроссману принес его первый небольшой рассказ «В городе Бердичеве», напечатанный в апреле 1934 года в «Литературной газете». Лучшие наши писатели открыли в Гроссмане человека оригинального таланта, подлинного художника. С похвалой о рассказе говорил мне Бабель: «Новыми глазами увидена наша жидовская столица». А Булгаков сказал: «Как прикажете понимать, неужели кое-что путное удаётся всё-таки напечатать?»
(с. 5)В 1934 г. 23-летний Липкин был начинающим поэтом, не опубликовавшим ни одной книжки стихов и зарабатывавшим на жизнь переводами. Он знаком-то был вообще с Бабелем и Булгаковым? Или просто рисуется перед нами, липнет задним числом к знаменитостям 1930-х годов?
В данном случае проверка невозможна. Зато жизнь Василия Гроссмана, главного героя мемуаров, задокументирована достаточно хорошо. Нашлись люди, не поленившиеся изучить архивные материалы и на их основе написавшие весьма содержательную книгу:
Бит-Юнан Ю.Г., Фельдман Д.М. Василий Гроссман в зеркале литературных интриг. — М.: ФОРУМ/НЕОЛИТ, 2016.
Мемуары Липкина здесь разобраны «по косточкам». Обнаружилось, что его известия –– только двух сортов:
1. Не подтверждаемые документами (то есть сомнительные).
2. Опровергаемые документами (то есть заведомо ложные).
Примеры известий первого рода уже были выше. А вот и пример известия второго рода:
... Твардовский отправил роман (рукопись романа «За правое дело». – А.Г.) члену редколлегии «Нового мира» Шолохову, надеясь, что великого писателя земли советской не могут не привлечь художественные достоинства романа и Шолохов, если он даже почему-то не терпит Гроссмана (был такой слух), всё-таки поддержит его своим огромным авторитетом.
Ответ Шолохова был краток. Несколько машинописных строк. Я их видел. Главная мысль, помнится, такая: «Кому вы поручили писать о Сталинграде? В своем ли вы уме? Я против».
Гроссмана и меня особенно поразила фраза: «Кому вы поручили?» Дикое, департаментское отношение к литературе.
(с. 23)Внимательный читатель споткнётся на упоминании «нескольких машинописных строк», которые Липкин якобы видел собственными глазами. Возникает вопрос: где и при каких обстоятельствах? К редакции журнала «Новый мир» он никакого отношения не имел, в редакционный архив не мог быть допущен, в обсуждениях романа "За правое дело" не участвовал. Что здесь Липкин заврался, достаточно очевидно. Но это ещё и не главное. Липкин не знал, бедняга, что в архиве (РГАЛИ. Ф. 1710. Оп. 2. Ед. хр. 1) лежит и ждёт своего часа «Дневник прохождения романа «За правое дело» в издательствах», который вёл сам Гроссман. Здесь Шолохову приписывается, со слов Твардовского, совсем другой отзыв: «Писать о Сталинграде не буду, т. к. хуже Гроссмана не положено, а лучше не смогу» (Бит-Юнан Ю.Г., Фельдман Д.М. Василий Гроссман в зеркале литературных интриг. — С. 334).
Исследователи установили, что Липкин в своей мемуарной книге сплошь и рядом сознательно искажал факты, выстраивая мифологизированный образ покойного друга. Цель хорошо видна, и даже открыто декларируется в финальной фразе мемуаров:
... я прошу у Господа простить меня, если скажу, что Гроссман был святым.
(с. 118)Святость, конечно, чисто советская: Липкин изображает Гроссмана писателем-нонкомформистом, погибшим в неравной борьбе с недостойным его обществом. В реальной жизни всё было много сложнее. И оттого интереснее.
Любопытные известия в книге Липкина есть. Но теперь все они, к сожалению, под сомнением. И никто, кроме самого мемуариста, в этом не виноват.
26 понравилось
500
Цитаты
_Yurgen_21 марта 20182 понравилось
577
Подборки с этой книгой

"... вот-вот замечено сами-знаете-где"
russischergeist
- 39 918 книг

Мемуарно-биографическая литература
izyuminka
- 704 книги

Время и судьбы
XAPOH
- 14 книг
9 мая
WichmanAppals
- 76 книг
"Осознанное чтение" CWS
reader-6497284
- 39 книг

























