Леонид Леонов. Избранное

...небо было безветренное, безжалостной красоты и какого-то кроткого цвета, только нижний край его... пылал и плавился, как цыганский платок у костра.

Старик давно переступил рубеж, за которым стирается разница возрастов. То была немногословная дружба старого и малого, без боязни разлуки, но и без фальшивого обоюдного ласкательства. Один примиренно прощался со всем, что принимал в свои руки другой. О себе Калина рассказывал скупо, но можно было понять между слов, что чарку своей жизни выпил он, не поморщась, и было бы совсем славно, кабы толченого стекла щепотка не оказалась на донышке.

Ввиду того, что англичане никогда не разлучаются со своей страной, владея чудесной способностью привозить ее с собою на новое местожительство, они, по слухам, почти не болеют тоской по родине в русском ее пониманье.

Домашние шутили, что со временем Варя обзаведется семьей в тридцать восемь человек, причем все будут обшиты, обмыты и накормлены; более умеренные представления о семейном благополучии как-то не вязались ни с расточительной щедростью её сердца, ни с самим обликом ее. Варя была крупновата, а большое, сильное тело требовало и соответственной нагрузки.

Отсюда ещё убедительней становилась старая истина, что и самое незыблемое на свете — те же изменчивые облака, что бежали сейчас в досиня промытом небе, но лишь формируемые иным, тугим и властным ветром времени.

в том и заключается долговечная сила музыки, что всякий, соразмерно собственному опыту, вписывает своё содержание в нотную линейку...

посоветуйте ей при встрече учиться и утолять жажду из первичных источников жизни, а не из книг: на мой взгляд, самые лучшие из них выражают лишь частные точки зрения и рассматривают обособленные участки бытия. А ещё не бывало такого зеркала, чтобы мир полностью отразился в нем...

Детям свойственно понимать поведение старших в пределах своего собственного опыта.

...но всякое суждение неминуемо является источником противоречий и, кроме того, носит отпечаток места, где оно высказано.

Обычно маршрут повторялся, но в лесу, как в хорошей книге, всегда найдется непрочитанная страница.