Цитаты из книги Три товарища

А ведь, собственно говоря, очень стыдно ходить по земле и почти ничего не знать о ней.

Ты гораздо прочнее, чем тебе кажется. Ты вообще не знаешь, какой ты. Я редко встречала людей, которые бы так сильно заблуждались относительно себя, как ты.

Но всё же лучше было не раздумывать слишком много. Особенно наедине с собой. И по вечерам. Не то внезапно возникало прошлое и таращило мёртвые глаза.

"Этот пошлый двадцатипятилетний червяк знает все на свете", - подумал я с досадой.

1921.Я припоминал. И не мог уже вспомнить. Этот год просто выпал из памяти. В 1922-м я работал на строительстве дороги в Тюрингии. В 1923-м заведовал рекламой на фабрике резиновых изделий. То было время инфляции. В месяц я зарабатывал двести миллиардов марок. Деньги выдавали два раза в день, и каждый раз делали на полчаса перерыв, чтобы сбегать в магазины и успеть купить хоть что-нибудь до очередного объявления курса доллара, так как после этого деньги снова наполовину обесценивались.

О эта жалкая потребность человека в крупице тепла. И разве этим теплом не могут быть пара рук и склоненное над тобой лицо?

"Для оскорблённого чувства правда почти всегда груба и почти невыносима."

"Человек никогда не бывает слишком молодым. Напротив, он всегда слишком стар."

В наш деловой век нужно уметь быть романтиком.

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.

Подробности великолепны, но целое лишено всякого смысла. Словно оно было создано каким-то существом, которое при виде чудесного многообразия жизни не додумалось ни до чего лучше, как попросту уничтожить эту жизнь.

Я поверхностная и глупая женщина - не желаю быть уродливой, когда ты видишь меня.

-Ты меня любишь? -Нет. А ты меня? -Нет. Вот счастье, правда? -Большое счастье. -Значит с нами ничего не может случиться? -Решительно ничего.

Давай выпьем за наивность, за глупость и все, что к ним относится, - за любовь, за веру в будущее, за мечты о счастье - за божественную глупость, за потерянный рай...

..у этих русских всегда есть чай.

Жизнь пестра, но несовершенна.

Я вышел и окунулся в шумное движение улицы, как в теплую ванну.

Он не знает, что ему делать со своей жизнью, и поэтому просто радуется тому, что всё еще жив.

Уже зажглись фонари, но окончательно еще не стемнело, и казалось, фонарям зябко.