Снобы

Я здесь – дома, даже если вы – нет.

Очень легко забыть, что даже у таких людей, как Саймон, бывают матери.

Артистическое сообщество очень любит притязать на бесклассовость, но, по правде говоря, в этом бизнесе существует жесткое классовое разграничение. И бесклассовость заключается только в том, что система базируется на иных ценностях, нежели в остальном мире. Происхождение может ничего не значить, но успех – это все. И не просто успех, а успех правильного толка.

— Как бы там ни было, – она посмотрела на меня с выражением настоящей мольбы, и я немного смягчился, – с этим ничего не поделаешь – я его люблю. Я не знаю, стоит ли он этого. Очень может быть, что никем он не станет, но я ничего не могу изменить. Вот и все.

Как правило, такие люди хорошо дружат на своих условиях, но не любят делать что-то на ваших.

Саймон любил поговорить о своих романах, несмотря на почти непрерывные, и с большой любовью, упоминания детей и жены, тоскующей дома.

Он был бы великолепной моделью для статуи, символизирующей отчаяние.

Если бы она перестала ждать от него, что он будет ее развлекать, она смогла бы ждать от него того, что он мог ей дать в полной мере – верность, преданность, надежность, даже любовь, пусть и в его неизобретательной манере.

Ирония заключалась в том, что она видела в нем способ сбежать из жизни Бротон-Холла, а он, наоборот, видел в ней возможность туда проникнуть. Но на этом этапе все эти соображения пока оставались для них тайной.

Чарльз посмотрел на него, и на несколько секунд, можно сказать, их взгляды скрестились, как клинки.

Дальше мы попали в громоздкий, нескладный холл. Здесь располагалось множество толстых, приземистых викторианских колонн, но при перестройке было принято решение не увеличивать оригинальную высоту старого дома, отчего помещение теперь напоминало среднегерманский склеп и заставляло чувствовать себя кариатидой.

Если бы он хотел жениться именно на такой девушке, он бы на ней и женился. Видит бог, ему было из кого выбирать.

Все было вполне благопристойно, я предоставлял ей свою комнату, а сам отправлялся спать на диван в гостиной, чем очень развеселил Беллу.

Такова жизнь. Или, по крайней мере, таковы ее ценности.

Если человек хочет прийти, он принимает приглашение. Если нет – не принимает.

Даже среди этих шаблонных принципов оставалось немного места живым чувствам.

Она говорила полушепотом, как будто чтобы разбудить в собеседнике любопытство, но так, чтобы ему было слышно.

Мое инкогнито, если оно у меня еще оставалось, разлетелось в прах.

Если всерьез задаться целью найти у него хоть один недостаток, то можно было бы заключить, что ноги у него были слегка коротковаты для его роста. Позже я узнал, что эта незначительная деталь, эта пылинка на радуге, стоит ему многих часов болезненных ежедневных размышлений, что показывает, насколько паранойя и неблагодарность свойственны роду человеческому.

Странно представить, сколько ходит по улицам Лондона людей, которые знают о вас значительно больше, чем ваши ближайшие родственники.