Священное путешествие мирного воина

Это как в истории про трех преподавателей, которые собрались в рекреации колледжа, когда к ним с небес спустился ангел и сказал старшему из них: «Ты посвятил свою жизнь просвещению бесчисленного количества молодых людей, благодаря тебе их жизни стали богаче, и за это я выполню твое желание. Выбирай между большим богатством, великой мудростью и неземной красотой».
«Я выбираю мудрость», — ответил преподаватель, который тут же начал мерцать благородным светом, как только ангел испарился.
Изумленные коллеги пробормотали в унисон: «Скажи что-нибудь».
С сияющими светом озарения и возвышенного сознания глазами учитель повернулся к ним и проговорил: «Надо было брать деньги».

Воин, подобно ребёнку, полностью открыт.

Поступай соответственно тому, чему учишь других, и учи только тому, что сам воплотил в жизнь.

Приведи в порядок свои подвалы, прежде чем отдыхать на верхнем этаже.

Прежде чем увидеть Свет, необходимо познать тьму.

Когда кажется, что двигаться вперед невозможно, нужно сосредоточиться лишь на нескольких миллиметрах, на нескольких секундах, на следующем моменте движения...
***
Как река, энергия приносит с собой жизнь, но, непокорная, она способна стать источником неистового наводнения и разрушения.

...Однажды в феодальной Японии мастер чайных церемоний был по делам на рынке и случайно толкнул самурая, славившегося дурным характером. Самурай немедленно потребовал извинений за оскорбление, в форме дуэли.

Мастер чайных церемоний не имел возможности отказать, хотя в фехтовании не разбирался. Он спросил, может ли закончить намеченные на день дела прежде, чем встретиться на дуэли. Решили, что встретятся в ближайшем саду завтра.

Мастер чайных церемоний закончил дела и остановился заглянуть в дом Миямото Мусаси, известного художника и мастера меча. Мастер чайных церемоний рассказал мастеру Миямото о своем затруднительном положении и спросил, не мог бы тот научить его, как вести себя так, чтобы умереть с честью.

«Это необычная просьба, — ответил Миямото, — но я помогу, если смогу». Почувствовав ауру безмятежного спокойствия вокруг этого маленького человека, стоящего перед ним, Миямото спросил его, каким искусством тот занимается. «Я подношу чай», — ответил тот. «Превосходно! Тогда сделай мне чаю», — сказал Миямото.

Без промедления мастер чайных церемоний вынул свои принадлежности из сумки и начал с предельной безмятежностью и концентрацией выполнять изящную медитативную церемонию приготовления, подношения и наслаждения «о-ча», зеленым чаем.

Миямото был впечатлен очевидным спокойствием человека в день предполагаемой смерти. Мастера чайных церемоний явно не волновали мысли о судьбе, которая его ждала. Игнорируя любые мысли о страхе, он сконцентрировал внимание на нынешнем мгновении красоты.

«Ты уже знаешь, как умереть с честью, — сказал Миямото, — но ты можешь сделать это...» Затем Миямото рассказал, как умереть без позора, сделав заключение: «Возможно, это закончится смертью для вас обоих».

Мастер чайных церемоний поклонился и поблагодарил самурая. Он аккуратно завернул чайные принадлежности и пошел на дуэль.

Когда он пришел в сад, то увидел нетерпеливого самурая, жаждущего покончить с пустячным убийством. Мастер чайных церемоний подошел к самураю, сложил свои принадлежности так осторожно, как можно посадить на землю ребенка. Будто бы он собирался забрать их через несколько мгновений. Затем, как предложил Миямото, изящно поклонился самураю — настолько спокойно, как будто собирался вот-вот подать чай. Затем, не задумываясь, поднял меч — чтобы поразить самурая, в любом случае.

Пока он стоял с поднятым мечом и был сосредоточен, глаза самурая расширились от удивления, недоумения, уважения, а затем от страха. Он больше не видел безропотного маленького человечка, перед ним возник бесстрашный воин, несокрушимый соперник, победивший страх смерти. Самурай увидел над головой мастера свою смерть, сверкающую кроваво-красным цветом в последних лучах заходящего солнца.

Самурай замешкался на мгновение, опустил меч, а потом и голову. Он умолял о прощении какого-то крошечного мастера чайных церемоний, который позже стал учить его, как жить без страха.

Выйдя из кустов, где он прятался, Миямото с удовольствием потянулся, зевая как кот. Улыбаясь, он почесал шею, развернулся и пошел домой — к теплой ванне, миске риса и мирным снам.

Мастера могли овладеть не одним, а многими искусствами, потому что владели собой. Владея и разумом, и мускулами, они демонстрируют силу, безмятежность и решительность. У них не только есть талант к спорту, их способности распространяются на всю жизнь. Чемпионы блистают на арене соревнований; мастера блистают везде.

...На тропе к совершенному владению телом и разумом физические умения отражают внутреннее развитие. Спортсмены-мастера могут оставаться незамеченными, потому что их таланты видны только для тех, кто понимает. Так как они делают все естественно, то не выделяются. Рассматривая их ближе, можно заметить определенную степень расслабленности, легкость и своеобразный, спокойный юмор. У них нет нужды играть роль святого. Они изучили жизнь вдоль и поперек, и им больше нечего отстаивать или доказывать. Они несокрушимы, потому что ни с чем не борются.

Чем бы ни занимались, они тренируются и этому отдают все внимание. Они излучают уверенность. Другие следуют за ними, хотя у мастеров нет особого желания вести кого-то. Когда моют посуду, они просто моют посуду; их умы становятся губкой. Когда гуляют, их умы гуляют вместе с ними; когда готовят, их умы — еда на огне; когда подметают, их умы очищают мир.

Спортсмены занимаются спортом, поэты — поэзией, музыканты — музыкой. Мастера, в совершенстве владеющие телом и разумом, занимаются всем и создают ритуал из каждого мгновения. Они складывают одежду, едят, умываются, стоят или сидят, выкладываясь так же, как участвуя в соревнованиях. Их решения трехмерны, они балансируют между рациональностью, интуицией и тем, что подсказывает внутренняя сущность. Следовательно, их решения всегда приводят к естественному и уместному результату. Обычные, но полные энергии, силы и решимости, они воплощают дух мирного воина.

Тело движется естественно, автоматически, без личного вмешательства.

Если думаешь слишком много, твои действия становятся медлительными и нерешительными.

Когда встает вопрос, разум делает попытки; сознание колеблется и колышется, как пламя свечи на ветру.

Тайсен Дешимару, мастер меча.

Мастера служат свидетельством, что все занятия подчиняются тому, чем мы занимаемся в жизни. Используйте природные законы, чтобы было легче тренироваться; используйте тренировки, чтобы воплотить в жизнь законы природы.

Представьте, что подходите к вершине горы, чувствуя, как внутри нарастает согласованность с ритмами природы.

Вы поворачиваете на последнем повороте на тропинке в состояние сатори, в состоянии внутреннего подъема, в «зоне» и видите вершину перед собой. Затем замечаете, что там кто- то стоит, улыбаясь ясными чистыми глазами, — вы видите мастера повседневной жизни. Вы подходите к мастеру, полный благодарности. Когда видите лицо, понимаете, что мастер — вы.