Мертвые души. Ревизор. Повести

Там я тебе дал на чай, так вот еще сверх того на баранки.

Я, признаюсь, сам люблю иногда заумствоваться, иной раз прозой, а в другой и стишки выкинуться.

Я люблю поесть. Ведь на то живешь, чтобы срывать цветы удовольствия.

Давай их, щи, кашу и пироги! ничего, всё будем есть.

Скверная комната, и клопы такие, каких я нигде не видывал: как собаки, кусают.

Да вам чего бояться. Колпаки чистые надел на больных, да и концы в воду.

Не приведи бог служить по ученой части, всего боишься. Всякий мешается, всякому хочется показать, что он тоже умный человек.

Высокий, пророческий смысл гоголевской комедии — отнюдь не «привнесенное», не «дополнительное» значение пьесы, но, согласно авторскому замыслу, единственно возможное и необходимое ее прочтение.

В начале прошлого века известный духовный писатель иерей Александр Клитин указывал: «В комедии "Ревизор" разве не слышится вам отголосок истории Страшного суда? Эта заключительная немая сцена разве не иллюстрация известных слов Спасителя: Бдите, яко не весте дне, ни часа, в оньже Сын человеческий приидет (Мф. XXXV, 13)».