Бездна Голодных глаз. Том 1. Сумерки мира

Цикл "Бездна голодных глаз"-1/9 Композиционно переусложненный роман начинающего на тот момент дуэта харьковских писателей. Целых три линии: Мир, похожий на Древний Рим; с гладиаторскими боями, концепцией Порчи, смертью как благом и бессмертными, низведенными до уровня неприкасаемых. Сборник рассказов, на живую нитку сшитых в повествование о Бунте Вещей (актуальненько в эпоху ИИ).

• Фантасмагоричные события в Отростке Некросферы.

Условности и правила мира Порчи чем-то напомнили Чистую Землю "Карпа и Дракона"; у рассказов сильный вайб Кинга; фантасмагория Отростка — чисто авторская. Красотам стиля, свойственного для Олди, было особо негде развернуться, но они все равно нашли место для литературных изысков. Каждая из глав про Беса Марцелла завершается от имени самых неожиданных сущностей. Алармисткая по сути своей вещь — искусственный разум чужд человечество. Интересное начало самого раннего и, пожалуй, самого недооцененного цикла авторов. 8(ОЧЕНЬ ХОРОШО)https://s.livelib.ru/img/stars2/r80-x-green.png">

За цикл "Бездна голодных глаз" взялась основательно, решив прочитать (перечитать, конечно, но после огромного перерыва - первый раз читала по мере выхода книг) всё, но в том порядке, какой предлагает FantLab, как-то привыкла им доверять. Тем более повесть входила в разные сборники, помещаясь не всегда в одном и том же месте, а по времени написания обгоняет и "Дорогу" и "Сумерки мира". Поскольку, кроме общего восторженного состояния при первом прочтении, в голове мало что сохранилось, читаю как в первый раз. И вот какое впечатление вызвал у меня "Живущий": Ощущение недособранной мозаики... Осколков, в которых отражается мир Бездны... Множества размытых фигур вокруг главного - истории любви Девятикратного, родившегося с единственным браслетом, а попросту смертного, и Не-Живущей. Всё, что происходит в книге, включая несчастья и безумие, - поиск третьей дороги, которая позволит сохранить любовь. Вообще-то довольно непривычно для Олди, обычно любовные линии не главное в их произведениях. Но, к примеру, вот стихи, принадлежащие тому же перу:

На последнем суде, где на фоне заката, Как засохшее дерево, высится крест, Есть у ненависти сорок два адвоката, У любви на защиту не сыщется средств. Не помогут друзья, не зачтутся рыданья, Не свезет, если раньше никак не везло, Есть у ненависти сорок два оправданья, У любви оправдаться не сыщется слов, Прокурорская мантия вся в позументах, Молоток у судьи: это гром или треск? Есть у ненависти сорок два аргумента, У любви только крест.

Так на вторых ли ролях любовь?

Всю "Бездну голодных глаз" читала в те самые давние времена, когда она выходила. Это было моё первое знакомство с Олди, и я осталась с ними навсегда. В тот момент мне казалось, что текста умопомрачительнее быть не может. Сегодня могу сказать: может. Повзрослевшие Олди пишут произведения, переросшие их первых "деток" на голову или даже больше. Но... Иногда ведь берёшь альбом, где твои дети пускают пузыри в коляске или сосредоточенно строят замок на песке, и такая чудесная волна светлой грусти накатывает... Вот и эти книги для мена - как тот альбом. У меня вот такое издание: , здесь я что-то его не нашла, или терпения не хватило искать.))) Но достаточно о моих мотивах, давайте о произведении. "Дорога" многослойна. Здесь мир состоит из сообщающихся сосудов, каждый из которых - мир. Объединяют их Пустотники, и в каждом из миров их боятся, не понимают и вовсе не считают спасителями, хотя на самом деле они реально пытаются спасти людей, пусть и довольно своеобразным способом: с Земли, вокруг которой образовалась Некросфера, отправляют их в мир, где смерть возведена в ранг великой награды, а эти эмигранты там становятся бесами - нет, не маленькими чертями, а бес-смертными. Если уж я всё это время так и держала в голове, что данная книга - один из первых "деток" писателей, не могу не сказать, что через столько лет перечитывая её, увидела некие параллели, возможно, даже в какой-то степени ученичество (не в обиду будь сказано, это ведь было так давно!). Что я вспоминала, пока читала: Аркадий и Борис Стругацкие - Хищные вещи века , фантастику Крапивина, Андрей Валентинов - Сфера Генри Лайон Олди - Ойкумена (комплект из 3 книг) ( не из поединков ли бесов на арене выросло действо под шелухой?) Но удовольствия всё равно получила море. Что ж, дети растут, но разве мы не меняемся?