Шмелиный мед

Удивительное дело: книгу прочитала чуть больше года назад, но если бы не наткнулась на нее совершенно случайно, как и в момент знакомства, то так и не вспомнила о факте ее существования.

Она такая медленная, бело-серая, как слипвшиеся комья крахмала, вязкая и топкая, поглощала всю мою отрицательную энергию в тот момент.
Сюжет перестал волновать едва ли дошла до середины, отвратительные моменты, вплоть до помощи в рукоблудии дряхлому старцу с последующими серо-зелеными (протухшими что ли?!) выделениями и подобными не имеющими отношение к сюжету моментами, а так же убийство домашней любимицы ( вот это конечно зря, без кота и жизнь не та!) не вызывали должного эффекта, но оторваться было совершенно невозможно, какая то гипнотическая, затягивающая атмосфера.

Бесконечное наблюдение за таким же бесконечным умиранием двух враждующих братьев. У одного рак, у другого сердечко шалит. Вдыхает жизнь в этих старых развалин лишь взаимная ненависть, прошлые обиды, а так же мелкое пакостничество друг другу. За этой возней двух пауков в банке, наблюдает писательница с юга, которая вроде бы хочет уехать и собирается это сделать почти нон-стоп, но что то ее удерживает, видимо братское болото затянуло и ее.
Чтобы не терять время даром, она делает заметки, общается по очереди с каждым, иногда помогает выше упомянутой ручонкой, но больше обращена вслух. Идея собрать материал для новой книги, кажется очень уж привлекательной.
Истории, воспоминания из жизни двух братьев довольны интересны, как и высказываемые мысли.
Снег расчистили, дорога свободна, можно уезжать, но как и писательнице, хотелось пробыть с героями до конца. Даже после прочтения последней страницы.

Тем не менее рекомендовать книгу кому либо не буду, в том числе и себе, знакомиться с творчеством автора нет никакого желания. Но она, хоть и почти забылась за столь короткий срок, все же оставила некий след и познакомила с современной скандинавской литературой.

Он разложился на плесень и на липовый мёд

Книга посвящена смерти и умиранию в самой неприглядной форме, поэтому я бы поставил ей рейтинг 16+. В аннотации книгу Торгни Линдгрена сравнивают со "Смертью Ивана Ильича" Толстого и, чтобы понять разницу, я прочел и нашего классика. В сравнении с ним, я бы сказал, что Линдгрен пишет о совсем другом. В его книге больше символизма. Толстой дотошно исследует процесс болезни и медленного умирания - все эти "Отрицание - гнев - торговля - депрессия - принятие" он описал очень точно и достоверно. У Линдгрена процесс умирания не главное, у старичков никаких проблем с их повседневной жизнью, ну где-то ослабели, где-то поболело чего-то, на этом внимание не концентрируется - основная боль глубже и лежит в области отношений.
Здесь многое зашифровано каким-то мрачным шифром, скрыто холодным снегом...

Дальше... попытки расшифровки

Возможны спойлеры
Реализм произведения под большим-большим вопросом, сама тема про шмелиный мёд очень интересна, сладость в земле, покойники в земле, один дед ест только соленую свинину, другой только сладости, потом начинает выдавливать нарывы на своем теле алюминиевой ложкой и кушать выдавленный гной, утверждая, что он сладкий - это что обычная нормальная жизнь? Как по мне, так эти старички-братья уже умерли и находятся в чистилище (в пользу их смерти говорит такой символический акт - когда Катарина рукой удовлетворяет Хадара, он кончает зеленой слизью) и страдают за свои грехи: обжорство, жестокость, насилие, вина... К ним приходит Катарина (возможно ангел? Еще одна версия Катарина - это Минна - жена Улофа, после того, как она умерла, она вернулась к ним, чтобы помочь им закончить их испытания в чистилище), она ухаживает за ними, как юродивый Кристофер про которого она пишет книгу,
Кристофер, обычно брал самых тяжелых больных на руки, чтобы они могли умереть в чьих-нибудь объятиях, ... с удовольствием опорожнял бочки с нечистотами бедняков и приговоренных к смерти в реку Морава. ... он жил вместе с прокаженными, ногтями соскребал с них грязь, промывал и перевязывал их язвы, кормил их со своей громадной деревянной ложки.
Как Кристофер она выслушивает их тяжелые истории, каждый видит их двойственную судьбу по-своему, их исповедь закончена, они готовы идти дальше, а дальше их ждет только смерть, смерть, как освобождение, они уже достаточно отстрадали и пережили, их держит только взаимная любовь-ненависть и смерть одного из них, представляемая каждым как путь к улучшению своей жизни, приводит к смерти обоих.
Но это однобокий взгляд, можно сказать и по-другому. Катарина "земную жизнь прошла до половины и очутилась в сумрачном лесу" ей был показан ад, один из его кругов... Для нее это своего рода испытание, и она, понимая это, не спешит уехать, даже когда дорога чиста, она решила пройти путь Кристофера до конца, возможно без этого ее книга не была бы закончена.
Ну и третий взгляд, тут я вспомнил про другого нашего классика Н.В. Гоголя и его книгу про смерть "Старосветские помещики", там кстати кошечка тоже сыграла роковую роль, и когда кошка Минна была убита, я понял, что рядом со стариками ходит Смерть, и Смерть - это Катарина.
Некоторые символические моменты сделаны как будто, просто чтобы было, ну, например, вот этот ров-стена, который копает-насыпает общий сын. Или дед, который провалился в яму с псом. Или как Хадар резал Минну. Шмелиные медки... вот да, это несомненно символ рая, счастья, детства, с такой надеждой говорят они про них.
Что книга дала лично мне? Книга успокаивает и пытается дать понять, что смерть это не самое страшное - иногда жизнь страшнее смерти, если то что показал Линдгрен, называть жизнью. Я не хотел бы так жить. Хотя обыденность такого умирания наверно может быть успокаивающей...
Вполне хорошо

И тут у нее между ног в дом проскользнула кошка:
— Значит, у тебя все-таки есть кошка, — сказала она.
— Она у меня всегда была, — отозвался он. — Ее зовут Минна. Она обычно спит у меня на коленях. А писает в меховую шапку за дверью. Я, пожалуй, ее убью.

Зима, горы, хутор на два дома. Два брата. У одного — рак, у другого — больное сердце. Оба при смерти, держатся только чтобы посмотреть как первым умрет другой, питаясь взаимной неприязнью. Между ними — южанка-писательница Катарина, застрявшая на хуторе из-за снегопада. Она постепенно узнает историю их жизни и взаимоотношений, живя у одного и ежедневно наведываясь в гости к другому. Ждет снегоочистителя. Пишет заметочки к новой книге. И даже когда дорога расчищена — все равно остается с ними до самого конца.

Есть притчевость в этой книге: два брата, которые держатся в этом мире на ниточке взаимной ненависти. Финал логичен и вполне ожидаем. Катарина — абсолютно безэмоциональная особа, что и хорошо, она оттеняет братьев.
Скупое повествование, невыразительное, камерное, оно оставляет многое додумывать. Я даже сейчас испытываю смешанные чувства. В книге всего 3 героя, но столько ниточек тянется к ним! Книга о святом, которую пишет Катарина, попутно записывая заметки о братьях. Сын братьев, которого они не смогли поделить и тем самым погубили. Жена одного, ставшая любовницей другого, помеченная и исчезнувшая. Жизнь и смерть братьев. Какие-то двести страничек — а столько мыслей...

Ворнинг: (не читать, чтобы не испортить впечатление)
выдавливание ложечкой волдырей и распитие сего сладкого нектара;
«помощь мужчине рукой» с последующими серо-зелеными выделениями;
отрубленная кошачья голова в подарочной коробочке с бантиком — 1 шт.

Ага-ага... зачитывала своему мужчине особо вкусные куски текста, такие чтобы передергивало как следует xD Я к этому непотребству отношусь спокойно, если книжка хорошая — то не буду бросать из-за каких-то мерзких описаний.

"Шмелиный мед" для разгруза головушки не годится, скорее наоборот. Сказать, что книга очень понравилась — не могу. Она меня задумала. Почитала бы еще Торгни Линдгрена, чтобы прочувствовать получше.

Странная книга. В ней всего трое действующих лиц, и еще двое виртуальных – из воспоминаний.
Писательница Катарина, прочитав лекцию в норвежском городке, согласилась переночевать у одного больного раком мужчины – Хадара. Но, поехав туда всего на ночь, она осталась до весны. Рядом с Ходаром жил его больной на сердце брат – Улоф. Они враждуют уже очень давно и непримиримо. И собственно и живут они только потому, что никто из них не хочет умереть (сдаться) первым. Но разве это жизнь? Это существование, сопряженное со страданиями и болью. Катарина мечется между домами братьев, стараясь облегчить их страдания, многое от них узнает, а вечерами пишет книгу. Но сюжет резко обрывается, остается только пустота – ничто.

спробуй заячий помет,
он - ядреный, он - проймет
и куды целебней меду,
хоть по вкусу и не мед....(с)

Всем пла(з)меннннный прррривет, присоединяйтесь и заплывайте на нашу радио-волну "Криволпые Горгульи" 66 и 6 эф эм! Мы вещаем в круглосуточном диапазоне с ароматом серы и ладана из самых глубин вашего персонального ада!
Настало время рубрики, рассказывающей о том, как попасть во все мировые тренды, избегая при этом попадания в местные сводки новостей, это рубрика "Таким быть фу"! Здесь вам весело, задорно и с блуждающим огоньком расскажут, что значит: стильно, модно, молодежно в рамках бюджета! И зачем. И как.

Итак, дамы и господа, и прочие горгульи болезные, недовольные своим обменом веществ и расплывчатой формой, (при том забившие на содержание), на правах рекламы сегодня ведущие диетологи мира рекомендуют "Шмелиный мед"!
Чудодейственное средство, дешевое и практичное, многоразового использования, не вызывает привыкания. О незначительных побочных эффектах будет сообщено позднее. Употребляться может любой поло - возрастной категорией, обученной грамоте!
Его не требуется принимать внутрь организма посредством рта, а исключительно путем чтения, в мозг, посредством глаз, что не повысит уровень сахара в вашей крови и особенно актуально для следящих за своими формами и прочих болезных. А также не потребует выведения каких-либо химикатов из вас, кроме тех, которыми вы регулярно питаетесь!

Впервые в нашей студии книга - как радикальное средство для похудения отдельно взятого организма!

Исследователи от литературы говорят, что это Роман-Парабола, что с одной стороны там одно, а с другой другое, вместе им тесно, а врозь хоть брось. Но сейчас не об этом.
Два главных героя, два брата единоутробных помогут посредством нехитрого знакомства с их житием-бытием похудеть качественно и надолго, может даже насовсем. Как две половинки одной таблетки: Хадар вызовет у вас должные спазмы и тошноту, а Улоф напомнит вам - во что вы превратитесь, если не прекратите бесконтрольно жрать, особенно сладости и не отдаваться яростному физическому труду при этом всем организмом.

Кроме того книга содержит рецепт относительно долгой и совершенно нездоровой при этом жизни потраченной на всякую херню: ни тебе в космос слетать, ни на полюс пешком сбегать : если нет любви, то можно продержаться на ненависти.
Отличное топливо, доступная ценовая категория.
Объект ненависти не вызывает таких беспокойств, как: а что если завтра я вдруг перестану его ненавидеть? Или он меня? Что, если я недостаточно хорош, чтобы ненавидеть и быть ненавидимым?
Никакой рефлексии - только чистая и незамутненная ненависть с ритуальным восседанием на противоположных берегах Реки, где уже восходят, несмотря на шведскую зиму, первые бледные асфодели. Если вам нравится описанное в книге, то можете практиковать ожидание плывущих трупов врАг врАга (ну не друг друга же). Этот водный спорт древнее рыбалки и дает не меньше различных ощущений. Но может привести к вырабатыванию ментального плоскопопия, поэтому духовные гуру рекомендуют предаваться качественному ожиданию трупа врага не более 10 минут в день!

Единственный, клянусь неразборчивой в любви горгульей мамой, побочный эффект романа в том, что, на какое-то время после прочтения (от недели до бесконечности) у вас пропадает всякое желание предаваться простым радостям жизни, как-то есть, пить и трахаццо. Можно воспользоваться сим благоприятным моментом и ускользнуть в буддийский монастырь, индийский ашрам или просто воссесть фикусом в лотос, номосом в космос и просветлиться уже по самое нимагу на почве отключения от социума и торжественных похорон телевизора в огороде!

Звоните и заказывайте «Шмелиный мед» оптом и в розницу, со скидками и не очень, будьте прекрасны хотя бы внешне! Стандартизируйтесь под общественное мнение и обретайте нирвану за недорого!

Пы.Эс.
Если проводить параллели и перпендикуляры, высчитывая эф от икс с библейскими сюжетами, то... СПОЙЛЕРЫ:

книга про то, как если бы Авель выжил...И отомстил.

книга про то, как к соломону пришли два мужчины и попросили сказать:
чей это ребенок?
чья это жена?
чья это кошка?
а соломон им - а давайте принесем в жертву? (ну проверить хотел по старой схеме, значит, кто скажет - а давайте, тот и горгулья, случайно зачатая торопливыми родителями )
а они и рады.
соломон и ойкнуть не успел: всех принесли в жертву своему эгоизму да мелочному тщеславию.
офигел соломон.
и читатель тоже офигел.
Да что там, даже главные герои офигели и жена, и сын, и кошка...
Кошка-гермафродошка больше всех, наверное. И мышей ловила, и пузы им грела и в шапку сцала исправно, как на работу ходила. И тут на тебе.

только Катарина спокойная, отсвечивает чистым вечным разумом.
тут нет игривого Петруччио, вот и спокойная, никто не выбешивает, никто не щекочет.
Катарина -Вергилий. Некромант-некрофил. Пишет про трупы, общается с трупами, помогая отмереть их органике, безнадежно не успевающей за их душой. Великий Жнец отдыхает. А Катарина трудится. Щастье в труде.

читаешь книгу, и пазл не складывается: вроде тут тебе бог Отец, вроде и бог сын, и намек на дево-марийность какую-никакую, а пазл не складывается, потому что святой Дух не того. И не этого. Нет его в принципе, не планировалось. не лежало тут. А без духа что получается? Правильно, знатоки, беЗдуховность. Вечная дихотомия между труселями и крестиком. Поиск Бога там, где не прятали.

Пы Пы Эс
Эмоции от книги противоречивые: то ли блевать и креститься, то ли обнять и плакать.
Поссорившимся родственникам читать обязательно, познавательное чтиво, хоть и не без местного колорита.

Долгая Прогулка-2016 команда МинистерВство Самообразования им. ТЕЛКи.

Ветхие Каин и Авель, одержимые взаимной ненавистью (коей они принесли в жертву общего сына, если только тот не был плодом их воображения) и занятые расчесыванием болячек души и тела, встречают Катарину, атеистку-интровертку, которая писала себе книги о святых и юродивых, и тут на пятом десятке сподобилась такого знакомства...

Два крайне ненадежных рассказчика нашли себе бесстрастную слушательницу и сиделку. Что она испытывает к обоим братьям -- сострадание или чувство сродни интересу энтомолога, обнаружившего новый вид, понять невозможно:

То ли трагедия, то ли комедия (аннотация к английскому переводу (Sweetness) безапелляционно заявляет, что комедия). Таки да, черный юмор тут повсюду -- чего стоят одни похороны телевизора в знак прощания с внешним миром, но от этого юмора вкупе с философствованиями и массой малоаппетитных физиологических подробностей оторопь берет.

(Любители читать с кружкой чая или кофе да будут осторожны)

Конец предсказуем, потому что у одного их братьев -- рак в терминальной стадии, а у другого -- ожирение и больное сердце, но Хадар ухитряется напоследок сделать сюрприз и Катарине и читателю, вообразив себя то ли Одином, то ли Христом, то ли раскаявшимся разбойником...

Вся история производит очень тягостное впечатление, а перевод вызывает массу вопросов. Что ещё за святой Кристофер -- знакомый Джона Баптиста? Как можно не знать про Христофора-великана-кинокефала?.. Или имя в оригинале тоже искажено?..

____________________________________________________________

Кстати, английский переводчик как минимум упростил название: "Сладость" -- взгляд только с одной стороны. "Шмелиный мед" для каждого из братьев означал что-то свое. Для одного -- божественный вкус сродни райскому блаженству, для другого, может быть, искус , из-за которого их дед угодил в заброшенный колодец вместе со своим псом, где один из них сожрал другого .

Сегодня он читал лекцию в местном университете. Лекция была посвящена этической проблематике теории Эйнштейна, нравственном дуализме природных законов относительности и отображении суперпозиционной философии Шрёдингера в человеческих отношениях. Речь в общем шла о психологии и философии, поэтому целый зал студентов факультета естественных наук являл собой море светлых и очень озадаченных глаз. Доктор Обриц не ждал понимания, поэтому отчитав оплаченные университетом полтора часа, он не получив вопросов спокойно сложил свои бумаги в портфель. Студенты встали и ушли, оставив обсуждение бесполезной для них лекции на потом. В пустой аудитории на самом верхнем ряду остался спать один единственный студент, это был пёс. Обриц сразу понял кто это, так как об этом псе ему уже говорил декан факультета. Доктору надлежало забрать его к себе в клинику. Он поднялся на последний ряд и толкнул спящего в бок, от пса резко несло перегаром.

• Ты едешь со мной.

В клинике Обриц доверил пса санитару, чтобы тот показал ему палату и помог разместиться. Вещей у пациента не было.

- Вы собираетесь меня вылечить, док? - пёс называл д-ра Обрица, просто док, - вы же из центра, док, верно? Люди в центре привыкли, к почестям и регалиям. У вас много времени для произношения множества слов. Здесь, на периферии, у нас нет столько свободного времени, поэтому мы называем друг друга короткими именами: я - пёс, в

• Вы Аарон Цукерман.
• Так назвал меня отец. Ему вдруг захотелось, чтобы я был непременно Аарон.

  Обриц хотел, чтобы пёс остался еще на один день, потому что требовалось сделать очень важные анализы. Пёс останется на второй день, раз этого требуется, ещё только на один день, а потом сразу уедет, прямо с утренним автобусом.

  - Что случилось с этой пандой из палаты напротив? Я слышал он ест бамбук без остановки и от этого умирает, - сказал он однажды.