Собрание сочинений. Том 10. Труп в библиотеке. Отравленное перо. Пять поросят. Час зеро

Девушку эту убили – задушили то есть. И мне кажется, что если в твоем доме кого-то убили, то из этого факта надлежит извлечь максимум удовольствия… надеюсь, вы правильно понимаете меня.

• Чем могу быть полезен, сэр? Простите, не расслышал. Вы, сказали, труп? Очень хорошо. Неизвестная нам женщина? Отлично.

Смерть не докладывает о своем приближении.

— Истину,— заметил Эркюль Пуаро,— никогда не оценить только из судебных протоколов. Многое остается за пределами этих документов и в то же время имеет большое значение. Это ощущения, чувства, характеры участников состоявшейся драмы, смягчающие вину обстоятельства…

Мисс Эмили прошептала, что пути Господни неисповедимы.

• Нет, - сказал я. - Слишком уж сильна в нас склонность приписывать Господу то зло, которое человек творит по своей воле. Я смогу еще допустить, что это дьявол. Богу нет необходимости наказывать нас, мисс Бэртон. Мы так часто наказываем себя сами.

«Я никогда не понимала, почему человеку со способностями художника обычно прощается, что он не умеет держать себя в границах пристойности».

Смешно, что запоминаются совершенно несущественные детали.

Как обычно бывает стыдно мужчинам, когда женщины загоняют их в угол.

Никто не причиняет нам столько зла, сколько люди, пытающиеся заслонить нас от реальности.

"Она не замечала ничего и никого, не знала сомнений, ни в чём себя не упрекала и ни в чём не раскаивалась. Да и можно ли этого ждать от жизнерадостной молодости? Раскаяние - это чувство, которое приходит с возрастом, вместе с мудростью."