Дом жизни. Поэзия. Письма 1836-1881

Дом жизни. Поэзия. Проза Впервые на русском языке представлено литературное наследие выдающегося английского поэта и художника Д. Г. Россетти (1828-1882). В книгу вошел знаменитый цикл сонетов "Дом жизни", который критики сравнивают по значимости с сонетами У. Шекспира, а также стихотворения, баллады и единственное прозаическое произведение поэта "Рука и душа". Том открывает статья известного английского критика У. Патера, принесшая Россетти громкую поэтическую славу. Издание снабжено подробными...

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,8

12 оценок

5
83%
4
8%
3
8%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 13Хотят прочитать 31

Рецензии

Victory8113 ноября 2011 г.
Бытует необоснованное мнение, что Викторианство - это скучная, пресная и чопорная эпоха, в живописной и литературной традиции, которой царил занудный академизм и потакание мещанским вкусам публики. Ну и, конечно же, ничего интересного в повседневной жизни тоже не происходило, одни предрассудки, табу и лондонский сплин. Самое время познакомиться с историей «Братства Прерафаэлитов». Группа молодых, дерзких и талантливых художников (Уильям Холман Хант, Джон Эверетт Миллес, Уильям Моррис и другие) не только воскресила на своих полотнах живописцев эпохи раннего Возрождения и затопила буйными красками и энергией монохромный Лондон. Они изрядно покуролесили и в жизни: бурные романы, модели, которые становились любовницами, и любовницы которые становились моделями, увлечение опиумом, скандальные разводы, ссоры-расставания-примирения. Накал страстей в реальности и на холстах. Искусство в в жизнь, и жизнь в искусство. Откровенный вызов академической традиции, брошенный художниками, которые всегда будут для меня самыми консервативными новаторами в живописи.
И, пожалуй, одной из самых притягательных и эксцентричных фигур этой компании был основатель братства художник и поэт Данте Габриэль Россетти (1828-1882) …
"Я был дитем в ее руках, - мужчиной,
Когда бессильно гибкий стан склоняя,
Она с мольбой глядела на меня;
Я богом был, когда смела лавиной
Обоих страсть - и слились воедино
Два друг от друга вспыхнувших огня.

Данте Габриэль Россетти. Из сонета "Портрет"
… А одной из самых известных и трагических любовных историй викторианского Лондона, были его непростые отношения с главной музой «Братства Прерафаэлитов» мисс Элизабет Сиддал (1829-1862). Красота рыжеволосой модистки из шляпного магазина покорила и Хольмана Ханта, для которого она позировала для «Двенадцатой ночи», и Миллеса, запечатлевшего Лиззи в своей знаменитой «Офелии». Но очень скоро Россетти добивается, чтобы девушка позировала только ему. Элизабет в качестве ученицы и возлюбленной переезжает в дом, которой снял Россетти. Мисс Сиддал и сама оказывается талантливой художницей и становится протеже влиятельного критика Джона Рескина. После нескольких лет расставаний и встреч, ссор и примирений, Россетти, наконец, женится на Элизабет Сидалл, но их брак оказывается далеко не безоблачным: вечная нехватка денег, слабое здоровье Элизабет, измены Россетти, депрессии и столкновения двух сильных личностей. Любовь-вражда. При этом Элизабет остается главной музой Россетти. Он пишет ее наброски и портреты, посвящает ей сонеты. Последней каплей становится появление долгожданного ребенка. Девочка рождается мертвой. Элизабет пытается заглушить потерю опиумом. 11 февраля 1862 года Россетти возвращается домой и находит тело Элизабет. Коронер признает смерть несчастным случаем от передозировки лауданума. По Лондону гуляли слухи, что это было самоубийство, и Лиззи оставила прощальную записку, но Россетти уничтожил ее…
В отчаянии, на кладбище Россетти хоронит в огненных локонах Лиззи единственную тетрадку со своими стихами.… Проходит несколько лет и Россетти совершает поступок, который шокирует лондонское общество. Желая опубликовать свои ранние сонеты, похороненные вместе с Лиззи, Россетти решается на эксгумацию. Сам при этом не присутствует, но его поверенный потом рассказывает, что тело Лиззи осталось нетленным, а ее роскошные рыжие волосы продолжали расти после смерти и заполнили собой весь гроб…Такая вот красивая и мрачная легенда. Но потревоженный призрак Лиззи не отпускал Россетти до самой смерти. Ее черты легко угадывается и во многих картинах и стихах, написанных после ее гибели.
Так история любви Россетти и Лизи Сиддал неразрывно связана с историей создания цикла сонетов «Дом жизни», который включен в этот подарочный двухтомник. Поэзия Россетти похожа на его живопись. Она может отпугнуть буйством ярких образов и невоздержанной красочностью аллегорий. Это жизнелюбие, граничащее с безумством. Это страсть и эротизм в чистом виде. Это любовь всепоглощающая и одержимая. Но, постепенно вчитываясь в сонеты и вглядываясь в полотна, проступает, скрытая за броскими одеждами, тоска и трагедия безгранично одинокого художника, внутри которого пылал яростный огонь, дарящий его творениям свет, но испепеливший жизнь самого творца.
Впоследствии, Данте Габриэль Россетти использовал в качестве моделей многих женщин, которых любил. И многим он посвящал стихи. Но образ Элизабет Сиддал уже после ее смерти, он запечатлел на одной из самых прекрасных и печальных картин “Beata Beatrx” («Беатриче благословенная» 1864-1870). Особо впечатлительные викторианские романтики поговаривали, что первый набросок к этой картине, Россетти сделал в ту самую трагическую ночь с лица мертвой жены…
Поэтому, если вам все еще кажутся скучными пейзажи викторианского Лондона, вглядитесь повнимательнее и, возможно, в серой толпе, пропитанной смогом и сплином, мелькнет огненно рыжая копна волос Лиззи Сиддал.
P.S: Немного о самом двухтомнике. Прекрасно оформленное, небольшого формата издание в подарочной упаковке. Отличные полиграфия и качество печати. Первый том – цикл сонетов «Дом жизни» и стихи разных лет. Сонеты из цикла «Дом жизни» напечатаны и на русском, и на английском языках. К каждому стихотворению приведен подробный комментарий. Второй том – замечательная статья-биография и избранные письма Россетти, адресованные его матери, сестре и брату. В каждом томе по 32 две иллюстрации с рисунками и картинами Данте Габриэля Россетти. Чудесный подарок для всех, кто неравнодушен к викторианской эпохе и живописи «Братства Прерафаэлитов».
Читать далее
45
364
Lucretia6 октября 2011 г.
Говорят, я не уверена насколько это правда, что Россетти посвятил эти стихи своей жене, а когда она умерла, простудившись, позируя для Офелии Миллеса, Россетити бросил этот сборник в гроб, а потом эксгумировал тело и достал сонеты. Стихи хорошие, но слишком... слишком... карамельные
10
359
HeavenlyCastle29 апреля 2015 г.

Прекрасные сонеты талантливого художника, действительно, человек может быть талантлив в нескольких сферах. Я впервые для себя открыла стихотворения Данте Россетти, раньше я знала о нём как о художнике. Книга замечательна тем, что в ней есть сонеты, стихотворения на английском языке, можно прочесть книгу в оригинале, а потом посмотреть русский перевод. Из наиболее понравившихся сонетов, могу выделить Сонет 10. "Портрет":
The Portrait
O Lord of all compassionate control,
O Love! let this my lady’s picture glow
Under my hand to praise her name, and show
Even of her inner self the perfect whole:
That he who seeks her beauty’s furthest goal,
Beyond the light that the sweet glances throw
And refluent wave of the sweet smile, may know
The very sky and sea-line of her soul.
Lo! it is done. Above the enthroning throat
The mouth’s mold testifies of voice and kiss,
The shadowed eyes remember and foresee.
Her face is made her shrine. Let all men note
That in all years (O Love, thy gift is this!)
They that would look on her must come to me.

И Сонет 14. "Весенняя дань юности":
Youth’s Spring-Tribute
On this sweet bank your head thrice sweet and dear
I lay, and spread your hair on either side,
And see the newborn woodflowers bashful-eyed
Look through the golden tresses here and there.
On these debatable borders of the year
Spring’s foor half falters; scarce she yet may know
The leafless blackthorn-blossom from the snow;
And through her bowers the wind’s way still is clear.
But April’s sun strikes down the glades to-day;
So shut your eyes upturned, and feel my kiss
Creep, as the Spring now thrills through every spray,
Up your warm throat to your warm lips: for this
Is even the hour of Love’s sworn suitservice,
With whom cold hearts are counted castaway.
Читать далее
4
535

Все рецензии

Цитаты

swey25 августа 2012 г.
Sonnet XXIV.
Pride of Youth

Even as a child, of sorrow that we give
The dead, but little in his heart can find,
Since without need of thought to his clear mind
Their turn it is to die and his to live: -
Even so the winged New Love smiles to receive
Along his eddying plumes the auroral wind,
Nor, forward glorying, casts one look behind
Where night-rack shrouds the Old Love fugitive.
There is a change in every hour's recall,
And the last cowslip in the fields we see
On the same days with the first corn-poppy.
Alas for hourly change! Alas for all
The loves that from his hand proud Youth lets fall,
Even as the beads of a told rosary!
Сонет XXIV.
Гордость Юности

Чужды печали детскому уму,
В нём скорби по умершим не найдём,
Дитя печётся только о живом,
А мёртвое - зачем оно ему?
Так Новая Любовь дана всему,
Летит она с багряным ветерком,
Не видя в упоении своём,
Как Старая Любовь скользит во тьму.
Меняясь, час прочерчивает круг.
Калужницы рассветный перелив
Нарушит мак, пунцов и горделив.
И бусины воспоминаний вдруг
Уронит Юность из надменных рук,
Навек перебирать их завершив.
Читать далее
4
264
HeavenlyCastle29 апреля 2015 г.
Конечно, ты прекрасна, дорогая.
Но чем твоё чудесней волшебство,
Тем милая возвышенней его.
Иных владений вижу берега я
В шелках твоей одежды: пробегая
Изменчивые горы и моря,
Любовь тебе сказала: "Для царя
Ты жрица, но жена ему другая".
Я вместе встретил вас в один из дней.
Когда вокруг луны мерцает стая
Полночных звёзд, одна ревнует к ней,
Подходит и тускнеет, пропадая
В её лучах – но сфера золотая,
Огонь её вобрав, горит ясней.
3
250
HeavenlyCastle29 апреля 2015 г.
Winter

How large that thrush looks on the bare thorn-tree!
A swarm of such, three little months ago,
Had hidden in the leaves and let none know
Save by the outburst of their minstrelsy.
A white flake here and there—a snow-lily
Of last night's frost—our naked flower-beds hold;
And for a rose-flower on the darkling mould
The redbreast gleams. No bloom, no bee.
The current shudders to its icebound sedge:
Nipped in their bath, the stark reeds one by one
Flash each its clinging diamond in the sun:
'Neath winds which for this winter's sovereign pledge
Shall curb great king-masts to the ocean's edge
And leave memorial forest-kings o'erthrown.
Читать далее
2
186