Гламур

От знаменитого автора "Престижа", "Опрокинутого мира" и "Машины пространства" - психологический триллер "Гламур", головоломная эпопея самопостижения. Телеоператор Ричард Грей оправляется в больнице от ранений, полученных при взрыве машины-бомбы у полицейского участка. Он страдает от амнезии: ничего не помнит ни о теракте, ни о предшествовавших ему неделях. Поэтому приезд в больницу Сьюзен Кьюли, утверждающей, что у них был роман, является для него полным сюрпризом; но под действием сеансов тера...

Жанры

Рейтинг LiveLib

3,5

318 оценок

5
17%
4
38%
3
32%
2
10%
1
3%

Ваша оценка

Прочитали 353Хотят прочитать 547

Рецензии

TibetanFox29 января 2016 г.
У Кристофера Приста совести, мне кажется, вообще нет. Какую книжку у него читаю, а всё в конце остаётся щемящее чувство неудовлетворённости. Так сказать, не даёт он мне катарсиса. Поясняю. Вот бывают такие фильмы (да и книги тоже, только это не так наглядно): ты их смотришь-смотришь, а потом выясняется какая-нибудь тайна или сюжетный твист, так что всё становится с ног на голову. Сидишь несколько секунд с вытаращенными глазами, перевариваешь, потом немедля хочешь смотреть фильм с начала уже с тайным знанием, чтобы увидеть все разбросанные по кадрам и сюжету знаки и признаки этого твиста. В романе "Гламур" на протяжении всего текста кажется, что вот будет что-то такое. И даже признаки раскиданы. Но вот вам огромный и жирный ШПОЙЛЕР, который может уберечь от некислого разочарования — никакого твиста нет. И разгадки нет. Конец романа подвисает в воздухе и неудержимо бесит.
Сразу поясню, что "гламур" по Присту - это способность становиться невидимым, и пусть томная мамзель на обложке не вводит вас в заблуждение.
Почему катарсис меня не настиг? Придётся немного окунуться в сюжет. Главный герой после, скажем так, аварии пережил частичную амнезию и потерял пару месяцев собственных воспоминаний. В больничку к нему приехала дамочка, которая утверждает, что как раз в эти месяцы с ним крутила бурный роман, но они расстались. И нам даётся две версии реальности. Первую версию реальности вспоминает главный герой: они познакомились с дамой во Франции, случилось то-то и то-то, потом появился её бывший любовник Найалл, с которым у дамы какая-то ненормальная психическая связь, в итоге главный герой решил, что никакого Найалла и вовсе не существует, а дама - шизофреничка. Вторая версия, полная гламура, от дамы: познакомились они в баре, обладают волшебными способностями становиться невидимыми, а Найалл, с которым у дамы всё равно ненормальная психическая связь, всячески мешает им жить из своей сраной ещё более глубокой невидимости. Выбрать из этих двух версий лучшую невозможно, потому что дама действительно похожа на шибанутую, подтвердить свои слова не может, в общем, нет ей веры. Но и главному герою веры нет, потому что воспоминания могут оказаться ложными, их тоже ничего не подтверждает, к тому же он вспоминает целую кучу всяких мелочей, которых совершенно точно никогда в природе не было - например, он придумывает какую-то лишнюю комнату в собственной квартире.
Казалось бы, это нам дана изящная загадка, как у Акутагавы, где одно и то же событие подано по-разному и невозможно узнать истину. Закончись на этом роман, я бы ничего против не имела, сказала бы только, что он несколько вторичен. Но автор делает финт ушами и пишет заключительные главы, в которых просто всё к чертям запутывает. И уже становится непонятно, а была ли вообще эта баба, а был ли вообще этот главный герой, а был ли Найалл, не Найалл ли на самом деле герой, что вообще происходит, кто эти люди, где мои вещи? Сумбурно, мутно, бессмысленно. Как по мне - так очень зря, хотя большую часть романа прочитала с удовольствием.
Я, в общем-то, сразу сделала допущение, что я дурак тупой и просто не смогла вкурить, что вообще произошло. Спросила троих знакомых, читающих книги более вдумчиво, чем я. И все трое пришли к разным выводам с финалом книги, что там произошло, причём все трое в этих шатких выводах не уверены.
Перемудрил.
Читать далее
70
1,3K
Anastasia24610 января 2019 г.
"Жизнь неоднозначна. Счастливого конца не бывает. Объяснений никто не дает".
Детектив, плавно перетекающий в любовный роман, который превращается в фантастику. Полное смешение жанров, хаотичное переплетение событий - как в памяти главного героя, 28-летнего Ричарда Грея, который проходит реабилитацию в одной из клиник, чтобы справиться с последствиями террористического взрыва, так и в сюжете книги.
Ричард частично потерял память после чудовищной катастрофы, он помнит свою предыдущую жизнь, но несколько недель до взрыва полностью выветрились из его головы. Однажды к нему в клинику приходит посетительница, Сьюзен, кто-то из сотрудников больницы называет ее хорошенькой, но когда она входит в комнату, Ричард испытывает что-то вроде разочарования: девушке на вид лет 25, она худенькая, даже слишком, с прямыми темными волосами, тонкими руками. В общем, не из тех, что способны (по мысли Ричарда) поразить мужское воображение, слишком уж она неприметная. Невзрачная. Пройдешь и не заметишь (и это относится не только к девушкам, вообще встречаются в жизни такие вот невзрачные люди, слишком тихие, скромные, не создающие никому проблем и никому ничем не запоминающиеся. И это, кстати, ключевой момент романа, не буду спойлерить, но это и есть основная идея романа). Эта девушка почему-то уверяет, что в прошлом они были с Ричардом довольно близки (забегая вперед, скажу, что так и было, Ричарду сносило голову при виде этой девушки).
Пытаясь помочь Ричарду вернуть воспоминания, главврач проводит сеанс гипноза, но что-то пошло не так во время сеанса (и испуганное лицо врача после пробуждения Ричарда тому свидетельство)...Память, правда, удается вернуть...Но вот только чью? Чьи воспоминания он вспомнил? Дело в том, что, выписавшись из клиники, Ричард встречается со Сью, но неожиданно выясняется, что все, что он вспомнил, - неправда, этого не было на самом деле. Было другое, гораздо более страшное и даже фантастичное. То, во что трудно даже поверить...
Значительное место в романе уделено теме воспоминаний и памяти (поэтому во многом книга напомнила мне другое произведение Приста - "Лотерея"): всему ли можно верить? Что есть наши воспоминания? Можем ли мы на них хоть как-то повлиять? (И после этого романа по-другому начинаешь воспринимать фразу "жить здесь и сейчас, жить настоящим" - слишком уж ненадежными оказываются порой наши воспоминания). И есть ли в нашей жизни место необъяснимому, всему ли нужны доказательства или порой просто достаточно поверить?
"Веришь ли ты мне? Насколько хороша твоя память? Можешь ли ты вообще доверять тому, что помнишь, или веришь только тому, что тебе говорят?
Все мы – плоды фантазии: ты одна небылица, Сьюзен – другая, я – тоже фикция, пусть в меньшей степени, чем остальные. Я тебя использовал, заставил говорить вместо себя. Я сотворил тебя, Грей. Если ты сомневаешься в моем существовании, то я не верю в твое гораздо сильнее.
Зачем сопротивляться этой мысли? Все мы творим небылицы. Ни один из нас не тот, кем хочет казаться. Встречаясь с другими людьми, мы пытаемся навязать им некий образ самих себя, надеясь, что он будет им приятен или как-то на них повлияет. Когда мы влюбляемся, то становимся слепы к тому, чего не хотим видеть. Мы выбираем себе стиль одежды, марку автомобиля, поселяемся в том или ином районе, создавая в глазах окружающих некий образ нас самих. Мы просеиваем и сортируем свои воспоминания не с целью осмыслить прошлое, но стремясь подогнать его под нынешнее понимание самих себя.
Стремление непрестанно переписывать себя, придумывать собственный образ для нас и окружающих, присутствует в каждом. Втайне же мы всегда надеемся, что наша истинная сущность останется скрытой от посторонних".
Очень увлекательное произведение с совершенно неожиданными поворотами сюжета и совсем уж неожиданной концовкой (+ красиво написано), конец в большей степени открытый, хэппи-энда здесь нет. 5/5
Читать далее
59
1K
be-free31 марта 2012 г.
А вам никогда не случалось забывать эпизоды своей биографии, причем напрочь? То есть кто-то вам говорит: "Ну, ты че, не помнишь, как мы два года назад классно потусили?" А вы искренне не помните и даже предполагаете такой вариант, что, может, они и классно потусили, но вас-то там точно не было! А вам раз, и показывают фото, где вы всей своей выдающейся персоной на первом плане. И дело даже не в количестве выпитого алкоголя. Вы совершенно не помните ничего об этом факте вашей биографии.
Со мной такое было. Да что там, и теперь бывает. Не конкретно этот случай, а вот например из детства, когда я находилась в возрасте 9-10 лет. У меня была не-разлей-вода подружка (ну как ей не быть в таком возрасте?). И вот однажды она мне говорит: "Опять Вика приехала". Какая такая Вика? Что за Вика? Где Вика? "Так мы ж с ней год назад познакомились и играли всю неделю втроем". "Не может быть!!! Я вообще не помню ни ее, ни той недели!" Допустим, сейчас бы меня не испугала такая ситуация: совершенно нормально не помнить то, что было 15 лет назад. Но в столь юном возрасте не помнить того, что произошло год назад? Причем не кратковременным эпизодом, а довольно-таки затянувшимся отрезком времени! Тогда я испугалась и не могла понять, как такое возможно. То есть у меня вообще нет даже смутных воспоминаний об этой Вике. Вообще никаких. Вообще! Наверное, я особо хорошо помню этот случай, потому что именно тогда впервые столкнулась с такими провалами в моей собственной памяти. Причем на саму память я не жалуюсь: свободно могу выучить 15-20 иностранных слов за 10 минут. А тут такое! Подобные случаи и сейчас происходят со мной, но очень редко и не всегда удается заметить потерю, так как не всегда есть кому напомнить о каком-то эпизоде. Но тем не менее. Надо сказать, что когда обнаруживается очередной такой провал, ощущаешь неприятную пустоту. Ведь это же твоя собственная жизнь, которую ты не помнишь! О том, как ужасно потерять память по-настоящему о нескольких месяцев, а то и годах своей биографии, я могу только представлять. И это, надо думать, действительно очень неприятно. Но благодаря фильмам и книгам все мы в курсе, что это не такая уж и большая редкость. Вот и Прист написал об этом.
Жил-был себе молодой мужчина, по профессии оператор. В его судьбе появляется женщина, к которой он впервые по-настоящему испытывает сильные чувства. Но между ними стоит ее дружок Найалл. И весь этот любовный треугольник всем его членам очень действует на нервы, но разорваться никак не может, потому что все трое гламурны и их тянет друг к другу. Неожиданно оператор становится жертвой террористов и после сильной травмы теряет память о последних месяцах своей жизни. Что станет с его прошлым и будущим? И вернется ли к нему память?
Нет, конечно, у Приста не все так просто, как в моем пересказе, иначе Прист не был бы Пристом. О нет, он много чего там накрутил, смешав множество жанров и поставив бесконечное число вопросов перед читателем. Но вот "4" звезды именно за то, что не на все вопросы даны ответы, и даже те ответы, которые даны, не всегда соответствуют грандиозному замыслу, угадываемому в начале. У Приста с окончаниями вообще, по-моему, беда. В "Престиже" он тоже что-то перемудрил. А в "Гламуре" и того больше - запутал читателя до невозможности. Но все равно книга потрясающая. Все равно буду читать его и дальше.
А вы гламурны?
Читать далее
33
143

Все рецензии

Цитаты

be-free30 марта 2012 г.
Ни один из нас не тот, кем хочет казаться. Встречаясь с другими людьми, мы пытаемся навязать им некий образ самих себя, надеясь, что он будет им приятен или как-то на них повлияет.
9
298
yanewegi25 июля 2009 г.
Все мы творим небылицы. Ни один из нас не тот, кем хочет казаться. Встречаясь с другими людьми, мы пытаемся навязать им некий образ самих себя, надеясь, что он будет им приятен или как-то на них повлияет. Когда мы влюбляемся, то становимся слепы к тому, чего не хотим видеть. Мы выбираем себе стиль одежды, марку автомобиля, поселяемся в том или ином районе, создавая в глазах окружающих некий образ нас самих. Мы просеиваем и сортируем свои воспоминания не с целью осмыслить прошлое, но стремясь подогнать его под нынешнее понимание самих себя.

Стремление непрестанно переписывать себя, придумывать собственный образ для нас и окружающих, присутствует в каждом. Втайне же мы всегда надеемся, что наша истинная сущность останется скрытой от посторонних.
Читать далее
5
266
annafollet28 января 2025 г.
— Люди видят, не замечая, смотрят, не видя. Никто не видит всего, что доступно взору. Вообрази, что тебя пригласили на вечеринку, где ты почти никого не знаешь. Никто не здоровается, не обращает на тебя внимания, и ты чувствуешь себя незаметным. Ты берешь бокал и останавливаешься на пороге, в надежде увидеть знакомое лицо. Разглядывая присутствующих, ты постепенно начинаешь кое-кого замечать. Ты бегло оцениваешь их внешность. Если это женщина, задаешься вопросом, свободна ли она. Если она со спутником, заодно обращаешь внимание на него. Постепенно лед тает: ты вступаешь в разговор с кем-то из гостей, они становятся объектом твоего внимания один за другим, по мере знакомства. Вечеринка продолжается, и, хотя ты больше не чувствуешь себя совершенно посторонним, остается еще немало людей, с которыми ты так и не заговоришь. Возможно, ты заметишь мужчину, который много выпил, или молодую женщину в платье с глубоким вырезом, возможно, того, кто слишком громко смеялся. Остальные — всего лишь фон, они остаются на периферии восприятия. Ты можешь видеть любого из них, но есть определенный порядок: ты обнаруживаешь одного, потом другого. И на любой вечеринке кого-нибудь ты не заметишь никогда.
— Откуда ты это знаешь?
— А откуда ты знаешь, что это не так? Теперь предположим, — продолжала я, — что ты на другой вечеринке. В комнате десять мужчин и одна женщина. Ты входишь, и в этот момент женщина, которая красива и сладострастна, начинает танцевать, и во время танца она постепенно раздевается. Когда она снимает с себя всю одежду и остается обнаженной, ты уходишь. Скольких из этих мужчин ты сможешь потом описать? Сможешь ли ты уверенно сказать, что их было десять, а не девять? А может, был одиннадцатый, которого ты не заметил вовсе?
Ты промолчал.
— Ричард, — продолжала я, — представь: ты идешь по улице, а навстречу тебе — две женщины. Одна из них молода, хороша собой, одета со вкусом, другая — в возрасте, к примеру, ее мамаша средних лет, и одета просто, в бесформенное пальто. Ты поравнялся с ними, обе улыбаются тебе. Какую ты заметишь первой?
— Это не аргумент! — сказал ты. — Это примитивный зов пола!
— Пол тоже важен, — сказала я, — но не всегда. Возьмем десять человек: пять мужчин и пять женщин. К ним подходит шестая. В первую очередь она замечает других женщин. Она посмотрит сначала на женщин и только потом — на мужчин. Женщины сперва замечают женщин, точь-в-точь как мужчины. Ребенок заметит других детей прежде, чем взрослых. Есть женщины, которые замечают сначала детей, а потом взрослых. Большинство мужчин видят женщин раньше детей и только затем начинают замечать других мужчин. Существует иерархия зрительного восприятия. В любой группе людей кого-то всегда замечают в последнюю очередь.
— Ну, допустим.
— Тебе звонит один из твоих друзей, и вы договариваетесь о встрече. Вы не виделись — пусть на сей раз это будет мужчина, — вы не виделись пять лет. Вы назначили свидание на оживленной улице, которой проходит множество людей. Ты никого из них не знаешь, но они толпятся вокруг, и ты вынужден вглядываться в их лица, потому что стараешься узнать своего приятеля. Ты смотришь на них — и на женщин, и на мужчин — и через некоторое время начинаешь спрашивать себя: а помнишь ли ты внешность твоего друга? Ты начинаешь всматриваться в лица прохожих более пристально. Но вот наконец появляется твой знакомый. Он немного опоздал, но вы встретились, и теперь все в порядке. Ты мгновенно забываешь все свои опасения насчет того, что мог его не узнать. Потом, если ты задумаешься, то вспомнишь, что в ожидании встречи внимательно разглядывал сотни лиц и видел мельком тысячи других. Ты смотрел на всех этих прохожих, но, в сущности, ни один из них не оставил следа в твоей памяти. Ты не вспомнишь человека, которого видел пару секунд назад.
— Здесь нет ничего необычного. Что же, по-твоему, это доказывает?
— Если говорить о вас двоих — ровно ничего, если говорить о восприятии людьми друг друга — довольно много. Для нас совершенно нормально не замечать основную массу окружающих. Мы видим только то, что сами хотим, только то, что нас интересует. Возможно, изредка замечаем то, что случайно привлекло внимание. Я просто пытаюсь сказать, что существуют люди, которых мы не видим никогда. Правда, их совсем немного. Они занимают самые низшие ступени в иерархии зрительного восприятия, поэтому их замечают в последнюю очередь или не замечают вовсе. Обыкновенные люди вообще не умеют их видеть. Они совершенно незаметны. Они невидимы от природы — люди-невидимки.
Читать далее
4
43