Как я стал шевалье

«Интересное разбросано буквально на каждом шагу, оно у нас под ногами, пред глазами, над головой, но мы его просто не замечаем. Не замечаем потому, видите ли, что мы люди дела, люди занятые и на пустяки терять время не хотим. Поэтому мы не знаем, как выглядит фасад дома, в котором мы живём, что изображено на барельефе над правым входом в МХАТ или стенах Казанского вокзала. А ведь сделано это для вас, серьёзные, занятые люди, именно для вас, и именно для вас я, зевака, и написал эти записки».

А я люблю, выйдя из дома и не задавая себе маршрута, пойти «куда глаза глядят» и куда ведут ноги. Просто бесцельно бродить по городу (не обязательно любимому родному), а любому, где застанет подобное — лирически-ностальгически-пытливое — настроение и выдастся свободное времечко. На такие прогулки я выхожу по двум причинам или с двумя целями: наблюдать жизнь или — с совершенно противоположной — от этой жизни отстраниться, погрузившись в собственное сознание, порефлексировать, подумать, оставшись наедине с собой и природой, убежав от постоянных отвлеканий и окликов, резко, на бегу останавливающих мысль, словно за руку ее схвативши. Как зевака? Да.

Поэтому мне понятен и близок подобный некрасовский настрой, да и манера, стиль, жанр выражения его мыслей нравятся. Это монолог, путешествие по Киеву, Парижу, Москве, прерывающееся, нет, точнее сопровождающееся, дополняющееся размышлениями, воспоминаниями.

«Записки зеваки» составляет автобиографическая, мемуарная проза Виктора Некрасова, охватывающая полвека — 1930-1980 годы. Многое он создал в период вынужденной эмиграции, и это делает понятным ностальгическую грусть, наполняющую книгу.

Она возвращает нас в прошлое, наше прошлое, и это путешествие во времени и пространстве и увлекательно, и грустно. Некрасов очень хорошо понимает то время, но описывает его без злобы, с неодобрением, с сожалением, порой насмешливо, но добро.

И непреходящая боль, и грусть, и радость — всё в этой книге. Она — как признание в любви родному городу из далёка.

Примерно такими были и эмоции во время прочтения.
Вот зря не написала рецензию сразу, помню, что хотела что-то сказать, а теперь уже как-то ничего не вспоминается. Не могу сказать, что книга сильно впечатлила. Было интересно, да, но не более. Возможно, дело в малом объеме: отвыкла читать малые формы, не успела вжиться в историю. И не сопереживала главному герою, хотя нет, был один момент во время встречи со Сталиным.
И еще помню раздражение по поводу этой вечной "показухи". Она и сейчас существует, привычка делать вид, что все в порядке, когда хочется заорать "да что вы в самом деле?! давайте рубить правду в глаза! давайте жить всерьез, по-настоящему! кому нужно это дурацкое притворство?"

Это было моё первое знакомство с Виктором Некрасовым, оказывается, знаменитым писателем, удостоившимся Сталинской премии.
Пишут, что эти очерки о путешествии по Италии и Франции стали поворотным событием в жизни автора, обвинённого в прозападных симпатиях, и не когда-нибудь а в 1960х. Кажется, что иногда идеологическая машина перегибала палку, потому что нельзя же хаять величайшие произведения искусства и гостеприимных хозяев только за то, что они не в СССР?
Виктор Платонович описывает как читал лекции и ходил на встречи со знаменитостями своего времени, как его возили по достопримечательностям и прочее. Но с особой любовью он вспоминает о встречах с обычными людьми, о минутах свободы вне культурной программы. Ещё он много рассуждает об искусстве: с занудностью искуствоведа рассуждает о конфликте стенных росписей и архитектурных форм, о композиции скульптуры и окружающих домов - видно, учился в архитектурном.
Лично мне не хватило художественной составляющей. Путевые заметки без прикрас - это скучно. Там, где хочется действия, живых характеров, только описания и обобщенные характеристики. Знаете, бывают заметки с юмором, пусть и приукрашенные, но интересные, а здесь, пусть написанный красивым языком, всё-таки отчёт о поездке: был, видел, впечатлился, кушал хорошо.

Воспоминания о матери автора (а сам он актер, архитектор, писатель). Начинаются воспоминания художественно: "Сейчас бы ей исполнилось 104 года". Необычное начало. А потом текст про маму очень простой, что и подкупило. А потом воспоминания по нарастающей, и благодаря этому шквалу любви, нежности, они выросли уже до настоящего шедевра. Я вспомнила Ромэна Гари "Обещание на заре".

"Любимым ее занятием было писание писем. И первым вопросом, протерев утром глаза: "Письма есть?". "Больше всего в жизни З. Н. любит письма, потом уже тебя", - смеялись мои друзья. Я сделал фотоальбомчик "Мать за работой". Дома, на даче, на пляже (он был на третьем месте после писем и меня), в поезде, на пароходе, в самолете, на скамейке в скверике в ожидании чего-то. В сумочке у нее всегда хранился почтовый набор - бумага, конверты, открытки - и как только подворачивалась свободная минута, садилась и начинала строчить. Во все концы света".

А вот целый абзац: "Можно ли назвать мамину жизнь счастливой? Думаю, что да. Учитывая ее характер".

Так мы смотрим на своих родителей и не представляем, что есть кто-то лучше них. "Сейчас... веселых куда меньше. Думаю, что самой веселой, окажись она здесь, была б именно она". Она не удивлялась, когда удивлялись плохому другие. Она не ругала, только недоумевала: "И почему вы всегда уроки оттягиваете до последней минуты? У меня всё с субботы было готово, воскресенье гуляла".

На хорошей учебе не настаивала:
"Никогда не поучала, не учила уму-разуму. Наоборот. Понятия "отличник" в мои годы не было. Тем более, идиотского "хорошист". Был "уд" и "неуд". Эти вторые не часто, но всё же иногда появлявшиеся в дневнике, в отчаяние ее не приводили, напротив - "Не будь только первым учеником, - уговаривала она, - в наше время это считалось неприличным...".

Думаю, каждый мог бы подумать, сказать или написать о неповторимости своих родителей. Каждый мог бы... Но не все могут.

Поэтому так прекрасен этот рассказ. После его прочтения, а также романа Ромэна Гари, я всерьез подумала, что есть какой-то определенный "материнский" жанр (думаю, что "отцовский" жанр был бы таким же). В этих произведениях - несмотря на всю непохожесть людей, звучат определенные струны какого-то редкого таинственного инструмента, который наполняет сердца слушателей до края, не боясь расплескать, пресытить.

Бывает так: читаешь книгу и ловишь себя на мысли, что если бы довелось написать какой-нибудь опус, сделал бы именно так, как этот автор. Подобное чувство возникло с книгой Виктора Платоновича "Записки зеваки". Как просто написано, и в то же время как глубоко...

"...если ты, читатель, любитель крепко сколоченного сюжета, завлекательной интриги, интересных, со сложными характерами героев, если ты любишь длинные, подробные, сотканные из деталей романы или, наоборот, сжатые, как пружина, новеллы — сразу предостерегаю: отложи эти страницы. Ничего подобного ты здесь не найдёшь.
Но если ты, кроме чтения и других полезных или даже бесполезных занятий, не прочь просто так, без дела, походить по улицам, руки в брюки, папиросу в зубы, задирая голову на верхние этажи домов, которых никто никогда не видит, так как смотрят только вперёд (или направо, налево, витрины, киоски), присаживаясь у столика кафе или на скамеечке в скверике среди мам, бабушек, ребятишек и пенсионеров, если ты любишь заводить случайные, обычно тут же обрывающиеся, но запоминающиеся знакомства, если тебе без плана нравится бродить по улицам незнакомого города, предпочитая их шум или тишину — тишине прославленных музеев, — если ты такой, то, может быть, ты найдёшь кое-что близкое, переворачивая эти странички."

Вот так по-дружески, как будто сотню лет знакомы, автор приглашает совершить с ним неторопливую прогулку в прошлое, заглянуть в тихие уголки будничной жизни, рассмотреть прекрасное в столь привычном для глаз, задуматься о грядущем. И ты веришь автору, идёшь за ним, не сомневаясь, внимательно слушаешь, пытаешься не пропустить ни единого слова, запомнить каждый дом с его захватывающей историей. Ведь писатель не просто с любительским интересом рассказывает о зданиях - за его плечами профессия архитектора. Вы многое узнаете и о Москве, и о Петербурге. Просто переворачивайте неспеша страницы.
Отдельное место в этой книге отведено Киеву. Славному, древнему, единственному во всем мире. И пусть писатель убеждает, что Киев он разлюбил, ухмыляешься себе тихонько "А как же..." Город, в котором вырос, жил, работал. Город, которому отдал свое сердце. А горечь в сердце от того, что не добился взаимного чувства. От родины, от людей, которых любил и которым доверял. Не получилось как у всех. Не вышло. Все оказалось намного сложней.
О чем же все-таки эта книга?.. В первую очередь о верности. Во всех ее проявлениях - верности родному краю, верности дорогим тебе людям, верности самому себе. О правде и нелегкой борьбе за нее. О подлости и ее всесильности, тупой, пробивающей любые стены, лжи. И, конечно же, о победе. Победе маленького человека, верившего в справедливость.

Непосредственно "Записки зеваки" я читал ранее. Меня в этой книги в первую очередь интересовало эссе "Взгляд и нечто". Давненько я мечтал его прочитать. И вот это случилось...
Разочарован не был, но и в полный восторг тоже не пришёл. Наверное, это - самая антисоветская вещь Виктора Платоновича. Читать её и интересно, и тяжело. С одной стороны понимаю, что автор пишет правду, а с другой стороны - читать её (эту правду) уж очень больно... В каких-то моментах автор, на мой взгляд, всё же "перегибает палку". Но... всем свойственно ошибаться.
Поэтому именно эссе "Взгляд и нечто" я бы поставил "четвёрку", но "Записки зеваки" и маленькие очерки в конце книги - это явная "пятёрка"!
В любом случае книгу стоит прочитать полностью. Хотя бы ради того, чтобы ещё раз подумать о прошлом своей страны...

Однозначно, в ходе работы над дипломом, я поняла, что Виктор Платонович Некрасов - мой любимый писатель. Никогда не любила литературу советского периода, но, как оказалось, и среди пучины соцреалистического бумагомарательства можно найти достойных авторов, шедших наперекор системе.
Безусловно, мне нравится повесть "В окопах Сталинграда", а также военные рассказы Некрасова и последующие повести, но очерки - это настоящая моя любовь. Казалось бы, автор рассказывает о своих путешествиях и наблюдениях.. Что в этом может быть интересного? Но нет! Это по-настоящему интересно и захватывающе! Как мне кажется, очерк - это именно жанр Некрасова. Умел он так рассказать о стране, месте или музее, что туда хочется непременно попасть, пройти по некрасовским маршрутам, остановиться во всех "его" кафе, взглянуть его взором на Сикстинскую капеллу и облазить весь Париж.
Это такой талант! Это гений - заставить читателя попасть (хоть и мысленно) в то место, которое ты исходил вдоль и поперёк.
И, кроме того, отличительной чертой книг Некрасова является стиль письма автора. Немного с иронией, с сарказмом, шутками и прибаутками рассказывает писатель обо всём, что видел, чувствовал и знал. И даже самое страшное - изгнание из страны - описывает он с усмешкой, горькой, наполненной трагизма, но усмешкой.
Как же жаль, что Некрасов так мало успел, так мало сказал. И как же жаль, что Советский Союз ценил только подхалимов, конформистов и приспособленцев.