Цитаты из книги Фальшивка

Наверное, надо ослепнуть, чтобы вообще хоть что-то разглядеть, стать бесчувственным, чтобы вообще хоть что-то ощущать, и сумасшедшим, помешанным, чтобы хотя бы одну мысль выдержать до конца.

Любовь, которая существует лишь для того, чтобы все прочее, все, что не-любовь, распрощалось с тобой, став чудесным и далеким.

А размышления ничего не дают, сколько ни размышляй, ничто не сдвигается с твердой точки, сколько ни размышляй, лишь разбередишь старую рану, расцарапаешь, раздерешь до крови.

В декабре ему показали фотографии убитых детей, там же, в пачке, были снимки этих детей еще живых. Не детские невинные лица - как раз невинности в них не было, тут нигде ни в чем не может быть невинности - потрясли тогда и стерли в кашу все мысли, все чувства, нет, скорее лица выражали неведение, непонимание, неспособность поверить в то, что их бессмертие вдруг внезапно, в один миг, оборвалось.

В человеческой истории всегда как заведенная продолжалась эта рутина, "нормальная жизнь" буквально в немыслимых условиях, об этом рассказывали бывшие узники гитлеровских концлагерей, эта "нормальная жизнь" когда-то шла и в Лондоне во время чумы, о чем здорово написал Дефо. В сообщениях о всех катастрофах, имевших протяженность во времени, неизменно говорится о непрекращающейся "нормальной жизни".

Кругом умирают, но сам ведь никогда не умрешь.

Христианская вера для них - вполне мирской инструмент, распятие - твердая штуковина, которой удобно проламывать черепа палестинцев, а заодно можно и мусульман хорошенько отдубасить.

Если Хофман испугается, снимки получатся несмелыми, а они не должны быть такими, они должны вызывать оторопь, эти снимки, чтобы каждый, кто их увидит, почувствовал, что держит в руках, что рассматривает в своей чистенькой гостиной - грязные картины войны.

В них уже многое заложено, все это - непредсказуемые будущие жизни, крохотные человечки, скоро они вырастут, станут представителями населения мира, одни из них будут голодать, другие - лопаться от жира, и все они будут существовать в вопиюще гнусной системе - обыденной жизни в той или иной точке вселенной.

Да, наверное, это ужасно просто. Ужасно, потому что просто. Ужасно, что оружие так просто, так легко ложится тебе в руку, что оно сделано как раз по руке. Мне кажется, эта легкость меня сразу убедила бы, и я в ту же секунду спустил бы курок.