Что же сказала эта странная женщина? Какое произнесла слово, смысл которого он не уловил? Узнать бы, – он почувствовал, что ему это необходимо, и начал искать ту старую женщину. После долгих скитаний и лишений он нашел ее – в уединенном лесу, ночью (или, как рассказывают по-другому, на кладбище). Она сидела одна, ее «красные[79] глаза сияли, как два угля, в темноте». В завязавшемся разговоре Тилопа получил наставления – пойти в земли, где живут даки, и встретиться с их королевой. По дороге его поджидали всевозможные опасности: пропасти, бурные потоки, хищные животные, коварные миражи, призраки и голодные демоны. Позволь он страху охватить себя полностью или потеряй узкую, как нитка, тропинку, ведущую его по жутким местам, – стать бы ему добычей чудовищ. Попытайся от голода и жажды испить чистой воды или съесть висящие на деревьях у дороги фрукты; поддайся чарам девушек, манящих его своими прелестями, – заблудился бы и не нашел потом свой путь. Чтобы защитить его, старая женщина сказала ему магическое заклинание: он должен повторять его всю дорогу, сосредоточив мысли только на нем, не произнося больше ни слова и не слушая ничего. Одни верят, что Тилопа на самом деле совершил это фантасмагорическое путешествие. Другие, более сведущие в том, какие ощущения испытываешь, впав в подобный транс, считают его поход явлением чисто психическим. Как бы там ни было, Тилопа видел неисчислимое количество устрашающих или возбуждающих сцен, пробирался по отвесным скалам, переправлялся через бурные реки, замерзал среди снегов, его палило солнце среди песчаных степей, но никогда не переставал он повторять свои волшебные слова, сосредоточившись на них. Наконец дошел он до замка, бронзовые его стены пылали жаром. Чудовищные женщины – великаны открывали рот, чтобы проглотить его. Деревья, державшие в своих ветвях оружие, преграждали ему путь. Но он все же сумел войти в заколдованный замок. Бесконечная вереница роскошных комнат образовала лабиринт. Тилопа нашел из него выход и достиг покоев королевы. На троне, украшенном драгоценными камнями, восседала красавица фея; она улыбнулась отважному пилигриму, едва он переступил порог. Но он, не соблазненный ее прелестями, поднялся к трону и, продолжая повторять мантру, сорвал с нее драгоценности, растоптал цветочные гирлянды, разорвал дорогие одежды из шелка и золота. А когда осталась она нагой на сломанном троне, овладел ею. Такое завоевание дакини, с помощью простого насилия либо магических приемов, – распространенная тема в тибетской мистической литературе. Это аллегория, связанная с пониманием истины и некоторыми психологическими процессами духовного саморазвития.
Читать далее