Мешок с костями

Мы считаем птиц в небе и не отворачиваемся от окна, если слышим шаги в коридоре у себя за спиной; мы говорим, да, я согласен, облака часто на что-то похожи: рыб, единорогов, всадников, - но на самом деле это всего лишь облака, и мы переключаем наше внимание на очередное блюдо, очередную боль, очередной вдох, очередную страницу. Так уж мы устроены.

Лучше быть жирным голубем, чем пластмассовой совой.

Верность читателей не идет ни в какое сравнение с верностью почитателей поп-звезды. Вот почему так много книг, авторы которых уже не способны выдать на-гора что нибудь новенькое, вновь и вновь попадают в списки бестселлеров исключительно благодаря магической надписи на обложке: "АВТОР ..."

Ярлыки приклеиваются намертво.

"Деревенского идиота здесь нет, мы по очереди исполняем его обязанности."

То, что до смерти пугает глубокой ночью, да еще в грозу, солнечным летним утром вызывает немалый интерес.

... Девочки из трейлеров, как правило, в колледж не попадают, за исключением, конечно, вундеркиндов.

- Я выкарабкаюсь.
Он кивнул.

• Мы все говорим, не так ли?
• Мы?
• Мужчины. "Я выкарабкаюсь". А если нет, то постараюсь, чтобы никто об этом не узнал.

Уже на кассе прикупила маленького шоколадного мышонка с начинкой из маршмэллоу[5]. Я нашел мышонка позже, в ее сумочке. Развернул и съел, сидя у кухонного стола, куда вывалил содержимое ее красной сумки, которую она обычно носила на плече. Все равно что принял причастие. А когда во рту и горле остался только привкус шоколада, у меня из глаз хлынули слезы. Я сидел, склонившись над ее салфетками, косметикой, ключами, и плакал, закрыв лицо руками. Как ребенок.