Дело о прокурорше в постели

... на столе стояла початая бутылка кизлярского коньяка. - Ну как ты? - дохнула она на меня ароматом дагестанских виноградников.

Я выбралась из-под одеяла, краем глаза успев заметить в зеркале, что в этот эпохальный вечер я удивительно похожу на собственную бабушку с фотографии на ее пенсионном удостоверении.

Впрочем, Ковальчуку доказать причастность Сухарева пока не удалось. Поэтому опера Ковальчука мучила изжога, а журналиста Модестова - альтруистское желание избавить друга-оперативника от этих неприятных физиологических проявлений.

Ковальчук старше меня на каких-то три месяца, но всегда снисходителен к моему житейскому опыту. "Пока я тут постигал тяготы жизни, ты вел три месяца безоблачной внутриутробной жизни", - любит повторять Ковальчук.

Я, Оксана, вообще никогда не шучу. В детстве мне по ошибке удалили чувство юмора. Хотели гланды, а получилось - чувство юмора

Как говорят, после сорока лет в жизни появляется много плюсов. Один из них, в виде двух с половиной диоптрий, я смело могу записать себе в актив.