Риверсайд Драйв. Пьесы

Сэм. Браво. А теперь, когда ты выставила себя полной дурой, я скажу тебе, крошка...
Филлис. Не смей называть меня крошкой.
Сэм. Я скажу тебе, Годзилла, что я пальцем не тронул твою сестру.

Потому что мы люди, Ховард! Мы ошибаемся, делаем глупости, но мы не такие уж и плохие, вовсе нет, - мы смешные романтики…

…Люди могут не разговаривать друг с другом, а при этом у них потрясающий секс.

Филлис. Мужайся, Сэм. Она пальнула тебе в задницу. Это значит - прощай.

Ховард. Кэрол считает, что не нашла себя.
Филлис. А в серпентарии она искала?

Филлис. Господи, ты совсем белая. То белая, то рвотная.
Кэрол. Совершенно не могу пить. Сразу тошнить начинает.
Филлис. Это от внутренней чистоты.

Кэрол. Ты что, хотела его ударить?
Филлис. Но промахнулась. Я метнула в него Диониса. В отчаянной надежде остаться вдовой.

Я понял, что символизируют гуси. Неотвратимость. Ведь их крик - брачный призыв, а это, считай, катастрофа.

Дэвид. ...всех нас ждет старость и распад. Собственно, об этом она <природа> твердит нам постоянно.
Дженни. То же самое он говорит своим пациентам. Ему хорошо рассуждать - он пластический хирург.

Шейла (глядя в окно; задумчиво). Смотри, Норман: гуси вернулись.
Норман. Похоже на реплику трагической героини в русской пьесе.
Дженни. Терпеть не могу русские пьесы. Ничего не происходит, а деньги дерут, как за мюзикл.

Не умеешь ходить налево - не ходи...

Я понимаю, что меня ждет, но за свои поступки надо отвечать...

Ты говоришь "убивал" таким тоном, будто это что-то немыслимое. Для истинно творческих умов вроде моего, - это лишь одна из возможностей.

Фред. А что говорит твой психиатр?
Джим. Он говорит, заканчивайте.
Фред. А ты?
Джим. А я закончил. Закончил ходить к психиатру.

... А я, в свою очередь, настоящий оригинал - как Ставинский или как лицензионная копия на видео.

Ну кто же знает, что реально, что нет? Мы волны или частицы? Мир расширяется или сжимается? Если мы окажемся в черной дыре, где законы физики отменяются, будет мне нужен мой гимнастический пояс или нет?

...Я не так уж давно перестал пить таблетки и вполне держу себя в руках. По крайней мере, мне так кажется.

Я писатель. Во всяком случае, был писателем. Пока управлял своими фантазиями, а не они мной.

Последнее дело звать полицию, когда пришел на рандеву.