В первой главе автор раскрывает цепочку превращения примата в прямоходящего плотоядного охотника или, по-другому, голую обезьяну. Тем, кто ранее не знакомился более детально с эволюционной цепочкой первопредков человека, будет интересно. Но по большей части здесь повторяются базовые вещи про начало употребления мяса, необходимость прямохождения и коллективного труда.
Небольшое предостережение - аккуратнее читайте вторую главу в общественном месте, потому что на каждой странице речь про пенисы, влагалища и соски. По крайней мере, в первой половине главы. Тем не менее, в этой главе много интересных наблюдений про эволюцию человека, заданную, по мнению Десмонда Морриса, ни чем иным как стремлением человека укрепить брак, а для этого разнообразить сексуальную близость.
Можно сказать, что не столько развитие цивилизации изменило наше современное сексуальное поведение, сколько сексуальное поведение определило формы, которые приняла цивилизация.
Среди прочих приводится такой пример - женская грудь не самой удобной формы для кормления младенцев, тем не менее эволюционно она такова, так как нужна в первую очередь не для репродуктивной функции, а для сексуальной привлекательности человеческой самки (автор - зоолог и рассматривает в данной работе людей как отдельный вид приматов, поэтому, да - самцы и самки). К слову, это самая объемная глава книги.
Моррис подробно показывает формирование отношений между ребенком и матерью, как младенец учится зрительному контакту, узнавать родное лицо среди прочих и первым активным действиям вроде бросания маленьких игрушек, качания больших, дерганий и крепких хватаний.
Помимо размышлений об эволюции автор и по другим темам даёт свое мнение, с которым не всегда можно согласиться. Благо, эти размышления даны преимущественно в конце книги. Например, так он говорит о войнах:
Разве не забавно, что эволюция глубоко укоренившегося в нас стремления помочь своему ближнему стала главной причиной всех ужасов войны? Именно это стремление подталкивало нас к созданию несущих смерть банд, толп, орд и армий. Без него они были бы лишены связующей силы, и агрессивность снова приобрела бы «персонифицированный» характер.
Как будто насилием занимаются те, кто хочет помочь другим, а не себе. Как будто войны начинаются заботой солдат, а не хищными интересами правящих элит.
Да и в целом у автора много идеализма. То он пишет, что надо вести войны только голыми руками, и тогда никаких войн не будет, потому что солдаты на поле боя всегда будут видеть противника лично, а не бездушной точкой где-то на карте, куда можно послать ракету. Хотя армиям в древности ни что не мешало вырезать целые народы лично без всяких дальнобойных орудий. Наверное, всё таки дело не в том как воевать, а в том почему нам до сих пор приходится это делать и в чьих интересах.
Или в другом месте автор сетует на перенаселение планеты и нехватку еды. Нет никакой проблемы в нехватке еды, мировой голод - это иллюзия. Но, конечно, не потому, что нет голодающих людей, а потому, что проблема в неравном перераспределении ресурсов - воды, еды, медикаментов и прочего. Когда в богатых странах во время кризисов перепроизводства продукты питания закапываются в землю, в то время как в другой точке планеты люди умирают от голода, о какой проблеме мы продолжаем говорить? Это уже не проблема голода, которую давно могли решить, а катастрофа экономической политики. Но про это автор конечно писать не будет.
Зато он пишет следующее:
Мы должны тем или иным образом улучшать качество, а не количество (людей). Если мы это сделаем, то сможем развивать технический прогресс самым неожиданным и удивительным образом, не отказываясь от своей эволюционной наследственности.
Автор не говорит в чем измерять качество. Но и без этого данные пассажи походят на евгенические. То есть не предлагается ничего менять в мире, а надо изменить человека. Хотя в этой же самой книге автор пишет, что многие животные, попав в неволю, зоопарки или т.п. начинают вести себя не так как в дикой природе, у них проявляется стресс, их повадки и даже отношения с другими особями меняются часто меняются. Так не изменится ли необратимым образом человек попав в неволю прогресса?
Сам Моррис призывает вернуться к войнам на голых руках, откатиться в прошлое, но в вопросах селекции людей почему то мы должны шагать семимильными шагами. И плюс это очень удобная позиция - не надо ничего менять вокруг, не надо улучшать жизнь для людей, просто людишки какие-то не такие, вот в чем корень зла.
И ещё к вопросу о "качестве". Какие качества для общества положительные, а какие отрицательные? Кто это будет определять? Сегодня нежелательными качествами мы назовем низкий уровень интеллекта и преступные наклонности, а завтра ими могут стать твои политические взгляды или этническая принадлежность. Где-то мы такое уже видели? Помимо нацисткой Германии, принудительная стерилизация проводилась во многих штатах благословенного оплота демократии до 1950-х, а расовые законы всё в той же Америке действовали ещё дольше. Или возьмём к примеру толерантную Швецию, где до середины 1970-х действовали законы о принудительной стерилизации, мотивированной в том числе и учёными подобно Десмонду Моррису, переживающими за качество голых обезьян.
Да и какой смысл генетически создавать более умного, умелого, честного человека, если в течение жизни его окружают отупляющие его СМИ, реклама, кино и музыка. Надо менять общественные условия жизни, и тогда уже они сами по себе породят человека нового типа.
Невзирая на такие политические и социал-дарвинистские суждения автора, его работа продолжает быть интересным анализом человеческого вида.
55 понравилось
