Москва слезам не верит

- Напор и уверенность - напутствовал Еровшин. - В таких ситуациях аргументы не так уж и важны. Действуи по принципу «сам дурак!».

• Не понял, - удивился Николай.
• Поясняю. Он говорит, что его обманули. Ты говоришь - сам обманулся.
• Такие факты есть, - подтвердил Николай.
• А главный довод - поехали, там разберемся.
• А если не поедет?
• Тогда звони Катерине, пусть приезжает сама.
• А если попытается скрыться!
• Попытайся остановить.
• А если он применит силу?
• И ты примени тоже.
• А если нас заберут в милицию за драку.
• Очень хорошо. Катерина приедет его выручать.А тебя Антонина.
• Ладно. Попытаюсь обойтись без драки.

В зале с иконами почти никто не задержался. Катерина тоже осмотрела иконы мельком. Святые на иконах лишь отдаленно напоминали живых людей, и Катерина подумала – то ли иконописцам запрещали рисовать святых похожими на людей, то ли тогда еще не умели рисовать. Иконы ей напоминали детские рисунки: вроде бы и похоже, но очень уж неумело. И цвета были без полутонов, в основном золотое, синее и красное.
Залы с картинами восемнадцатого века она прошла, почти не задерживаясь. Лица на портретах отличались от сегодняшних спокойствием и невозмутимостью. Им-то о чем было беспокоиться? И деньги не надо рассчитывать от получки до получки, и откладывать не нужно целый год, чтобы купить пальто.
Катерина задерживалась у картин, которые она знала по репродукциям. Она долго рассматривала «Утро в сосновом бору» Шишкина. Красногородск окружали леса, и всегда жители боялись медведя-шатуна. В рассказах медведь всегда был один. В то, что собралось такое количество медведей в одном месте, Катерине поверить было трудно, но художники, как и писатели, тоже имеют право на вымысел, на преувеличение – так говорила им учительница литературы.

Катерине все это еще предстоит узнать, когда она начнет обставлять мебелью собственную квартиру. Правда, к тому времени все станет проще. Появятся готовые гарнитуры: «гостиная», «спальня», «кухня».
Их бросятся покупать, и во многих квартирах будут стоять стандартные стенки, стандартные кресла, ножки от которых выпадали уже через год. Функционально задуманные диван-кровати раскладывались с трудом, основательность и прочность исчезали из жизни. У Тихомирова и через двадцать лет стояла прежняя мебель, и она не выходила из моды, а новая - с ее геометрическими резкими пропорциями - устаревала, ломалась, и при жизни человек менял ее несколько раз. А ведь мебель, как и дома, должны служить, и когда-то служили, нескольким поколениям. Получая в наследство комод или шкаф, человек знал, что ему не надо будет беспокоиться о новом комоде или шкафе всю оставшуюся жизнь. И мебель даже перейдет к его детям и внукам.

- Наши введут войска? - предположила Людмила. Как раньше - в Венгрию и Чехословакию.

• Не введут, - успокоил Еровшин. - Мы уже запутались в Афганистане. Против нас весь мир. Наша империя должна распасться, как распались Римская, Британская. Если бы не революция семнадцатого года, Российская империя уже расчленилась бы. Она уже начала распадаться. Сталин задержал этот распад. Поэтому и Латвия, и Эстония, и Литва уйдут из империи.

• Украина - никогда, - не согласилась Людмила. - Мы же одинаковые - что русские, что белорусы, что украинцы.
• Мы очень разные, - ответил Еровшин.

- А что, заметно, что в доме нет мужчины? - улыбнулась Катерина.

• Конечно, когда в доме мужчина, всегда есть такой псиный запах.
• Правда? - удивилась Катерина.
• Конечно правда, - подтвердил Гога. - У меня есть одна особенность: я всегда говорю правду. ты в этом убедишься. Раньше было такое дело - привирал по мелочи, потом пришел к выводу - невыгодно, голову забивает, все время нужно помнить, что сказал этому, что не сказал.
• А этой? - вставила Катерина.
• С женщинами особенно, - согласился Гога. -Они приметливые и все запоминают.