В водовороте рецензий на небезызвестное Лето в пионерском галстуке можно наткнуться на в достаточной степени популярное мнение, дескать пошлятина, мракобесие и оскорбление чувств давно умерших советских героев. Когда я натыкаюсь на подобного рода заявления, я радуюсь за этих несчастных, вечно чем-нибудь оскорблённых человечков: они явно не читали Илюшечку Масодова.

Масодов, кем бы он ни был на самом деле, совершил невозможное, он совершил гениальное. Казалось бы, что может связывать оккультизм и коммунизм? Наверняка ничего хорошего. При жизни они отдалены друг от друга как два полюса магнита и никогда не переплетаются. Стало быть, смерть связывает воедино эти темы, протыкая иглой, сшивая стежками кровавых жил.

Смерть безграничная царит в Мраке твоих глаз . Психоделический мир, где творится чернуха на любой вкус и практикуется бесовщина. Мёртвые не в силах упокоиться, они продолжают жить вне жизни, будучи при этом более живыми, чем бездушные мешки мяса - обыватели. Сказочный фольклор удачно вписывается в здешний апофеоз комсомола, красных звёзд и вождя пролетариата: русалки в озере, оборотни в лесу, призрак Неизвестного Солдата на вечном посту...

Пионерка Соня, убитая вожатым в пионерлагере, возвращается на землю с великой миссией - найти и разбудить Ленина от мёртвого сна, не дать угаснуть огню коммунизма под снежной бурей забвения. Соне помогают кровь и плоть. Она ведь не какой-то там грязный вампиришка, она - волшебница, призывающая пламя Вечного огня на головы неверным!

След из крови и трупов оставляет за собой Соня, покуда ищет страшные талисманы или отбивается от исступлённо ярящихся взрослых. Всё вокруг наполнено постсоветской апатией и тоской. Усталостью от предательства святых идеалов. В чёрном-чёрном лесу, на чёрной-чёрной площади стоит чёрная-чёрная пирамида. Нужно только добраться туда, и этот мир станет возможным спасти!

Не пугайтесь сюрреализма и отражений в кривых зеркалах. Отдайте себя на милость хтонического течения, позвольте показать себе ирреальные картины агонии безумия. И, может быть, утопая в чёрной-чёрной трясине, вы заметите, как похоже это всё на наше всамделишное существование.

«Было установлено, что в книге описываются убийства, глумления над трупами, непристойные сцены, провоцирующие низменные инстинкты. В тексте книги встречаются неприличные слова и ненормативная лексика. Главными героями являются дети, поступки которых основываются на жестокости и насилии. Имеет место вымысел, касающийся литературных героев Гражданской и Великой Отечественной войн, им приписываются акты насилия и жестокости». Министерство печати России, выдержка из предупреждения издателю. Кто не спрятался — оно не виновато.

Будем применять математику. Нет, не в сложении фамилии мифического автора (Мамлеев + Сорокин + Радов = Масодов, Мамлеев + Сорокин + довесок (разные авторы) = Масодов, Мазох + де Сад = Масодов, Манипуляция + Совместительство + Доверенность = Масодов).

Итак, нам дано:

Герой А будет симпатичен, светловолос и лоялен к существующему в мире порядку. Герой Б будет не так симпатичен, а главному герою будет по непонятным причинам гадить. Герой А понимает, что существующий в мире порядок находится под угрозой тления по разным причинам. Для того, чтобы всё снова стало мимими, герою А требуется помощь Великого героя В. Великий герой В сможет помочь только при исполнении некоего условия Икс, для которого требуется предмет Игрек. Герой А идёт через тысячи препятствий, встречая героев Г, Д, Ж, З и, возможно, Ф, которые щедро делятся информацией и побочными предметами, которые постепенно ведут Героя А к Игреку. Герой Б собирает героев И, Й, К, Л и, возможно, Н, которые Герою А вредят. Также есть загадочные Персонажи Ы, Ь и Ъ, которые просто возникают из ниоткуда, творят рандомные вещи и пропадают в никуда. Потом Герой Б понимает, что плохо быть злюкой, просветляется, а Герой А при помощи добытой вещи Игрек творит Икс, Великий герой В творит мимими и убивает неизвестно откуда взявшегося Босса Зет, существующий порядок снова цветёт и пахнет, все танцуют индийские танцы в порыве вселенской любви.

Вместо этих условных героев и ситуаций с буквами можно подставить что угодно. Прекрасного рыцаря, который хочет убить волшебным мечом дракона, а для этого идёт за ним через тридевять земель к чародею, отбиваясь от Чёрного Рыцаря и его приспешников, принимая дары прекрасных феечек и писающих кипятком при виде настоящего сэра деревенских жителей. Колхозного работягу Ивана, который ратует за родное хозяйство и идёт в сельсовет правды искать, а некий гнусный Антип или Назар ставит ему палки в колёса. Краснопопую обезьянку, которая бредёт к царю зверей, чтобы разрешить спор, а хитрая змея ползёт по её следам. Неважно, что мы получим в итоге: притчу, сказку, лакировочную прозу или приключенческий роман, но если все элементы будут традиционными, то никого подобное произведение не смутит. Даже если вступить на скользкую почву религиозной притчи и руководствоваться, например, христианскими элементами в данной схеме (что особенно подчёркивается у самого Масодова, потому что «ненастоящими» христианами и сатанистами в тексте как раз будут те, кто кажутся настоящими — плюющиеся в церкви подобия Эмили Роуз, в то время как трушным христианским добром была бы пионерка Сонечка, а антагонистом была бы та самая, что ярко красится и курит по подъездам), ничего особенно не изменится. Масодов же наполняет эту схему элементами, которые, казалось бы, друг другу не соответствуют, перемешивая сразу несколько эстетических шаблонов: советский глянец, героизм и наивный пафос, мистическую «тёмную» составляющую из всяких упырей и зомбяков… И просто случайные элементы, которые создают всеобщую атмосферу трэша и угара. Радиоактивность, например.

И вроде как-то после этого не хочется упрекать Масодова в трэшовости и стёбе. Это не стёб получается, а очень даже продуманное постмодернистское совмещение элементов, которое наряду с общим эффектом создаёт и такой — несерьёзный, комический, выносящий мозг. Но стоит вглядеться в прекрасно написанный текст, как понимаешь, что не для развлечения это писалось. В конце концов, можно просто представлять себе на месте Сонечки Прекрасного Рыцаря, а на месте каннибала-педофила — хитрющего хозяина таверны, суть от этого не изменится. Потому что зреть в любой литературе надо не на внешнюю сторону, а во внутреннюю.

Попалось мне на глаза это прелестное произведение совершенно случайно. Девочка какая-то в пионерском галстуке на обложке на фоне пентаграммы, таак думаю интересненько. Открываю, а там... «Мрак твоих глаз» — безумная повесть о приключениях белокурой девочки-вампирши Сони, которая хотела стать комсомолкой, и которой было предначертано найти Первый Страшный Талисман и разбудить от вечного сна Ленина. История ее чистой дружбы с полуразложившимися детишками с химической фабрики и противостояния злобным вампирам, одиннадцати мертвым партизанам и дочери Сатаны, а также хроника великой битвы на улицах Черной Москвы с полчищами мертвых коммунистов и матросов, во главе которых стоял громадный матрос-партизан Железняк… Ну делаа.. Короче говоря книжка конечно на любителя, ценителям высокой морали наверное не понравится. Лично я порой люблю почитать какой- нибудь трэшовчик в этом духе, так-что книга пришлась мне вполне по вкусу. Одна только сцена с бабками сатанистками и горбуньей Машей чего стоит.