Чародеи

Нужно, чтобы каждый придумывал другого со всею силой своего воображения, не уступая реальности ни пяди...

Отец уже объяснил мне, что злоба и жестокость, насилие и бессердечие часто принимают человеческий облик, чтобы проскользнуть незамеченными, и что нельзя полагаться на носы, уши, лица и руки, воображая, будто имеешь дело с людьми.

...антипод смерти не жизнь, но любовь.

сегодня почести в искусстве воздаются тем, кто умеет быть неприятным

единственная настоящая волшебная палочка - это взгляд

Так устроено, что живешь всегда за чей-то счет

Мне понадобилось много лет, чтобы понять, что Арлекин – это не только ярмарочный плут, но дитя народа, персонаж, который возник из самого глубокого страдания и своими выходками отвечал на многовековой гнет первородного греха, готического искусства, прославляющего боль, гвозди и шипы, – да, что он вышел из народа, чтобы одним пинком разорвать покров мрака и посмеяться над всем, что требует от человека покорности и смирения.

Воспоминания - песня, которую поют, когда теряют голос...

В минуту отчаяния ценится не правда и ложь, но то, что помогает жить.

Итак, мой отец ошибся. Детство меня не покинуло. Просто оно затаилось, чтобы мне было легче притвориться взрослым. Таким способом оно по-матерински заботливо хотело дать мне окрепнуть, потому что невозможно жить среди людей и не защитить твёрдой оболочкой этот мечтательный и уязвимый тростник, которых хранится внутри. Нет, люди не так уж злы и жестоки, они не стремятся сделать больно, а просто не знают, куда ставят ноги.

Я думаю, вы согласитесь со мной: любить женщину — значит любить единожды. В жизни существует лишь одна пара, остальное не в счет. Когда вы теряете вашу партнершу, века и годы, секунды, вечность, часы, зимы и весны выпадают из хода Времени и более не поддаются исчислению: я думаю, всякий, любя, проживает тысячи лет. А чтобы вырваться из этого застывшего потока, достаточно звука аккордеона, пианино, скрипки…

Я прожил так долго потому, что несу бремя любви.

В новом возрасте — новые иллюзии

Сатана - лишь выдумка литераторов, а подлинным могуществом обладает лишь банальность...

Счастье - на поверхности, оно боится толщины, тайна не манит его, это - касание, шелест, шорох.

Пленять, обольщать, поддерживать веру и давать надежду, волновать, но не тревожить, возвышать душу и разум, одним словом – очаровывать, – вот предназначение нашего древнего рода, сынок... Поэтому лишь недалекие умы, которые ни в чем не видят ни капли скрытого смысла и ни малейшей искры надежды, называют нас шарлатанами.

Я всегда умел быть благодарным женщинам: они обладают в момент близости даром отсутствия.

Это книга, - сказал он. - Очень хорошая книга, а внутри - только несколько чистых листов. Каждая из этих пустых страниц преподает нам замечательный урок и дарит ключ к самой глубокой истине...[...] Белые страницы означают, что еще ничего не сказано, что ничего не потеряно, что все можно еще создать и осуществить. Они полны надежды. Они учат доверять будущему.

она ни о чем не сожалела, кроме, конечно, смерти того... ох, нет, она не сожалела даже об этом: стоит начать сожалеть, и конца этому не будет видно, и это не жизнь.