Чудесные превращения

Быть документоведом и не побывать при этом в самом знаменитом архиве? Немыслимо...

Архив, впрочем, больше напоминал донельзя роскошную библиотеку, большую, просторную и чертовски мрачную. Приспущенные плотные занавески на окнах, стеллажи из темного дерева от пола до потолка, свитки, папки и книги на полках. Здесь действительно хватало всего.

Архивохранилище было в высшей степени необычным, ведь собирали здесь не просто книжные издания или документы, этим в принципе может похвастаться любое учреждение или структурное подразделение организации, осуществляющие хранение, комплектование, учет и использование архивных документов. Необычным оно было не из-за своего месторасположения или названия, внешнего вида или чего-то еще. Все было куда проще и сложнее одновременно. Здесь, в мрачных залах архива-библиотеки, находили свое пристанище самые необычные соглашения мира, самые удивительные договоры, когда-либо существовавшие. Научно-справочный аппарат к архивному фонду отсутствовал: зачем он, если вам на помощь всегда придет услужливый сотрудник, по циркулировавшим слухам бессмертный. Да и знакомиться с фондом в компании образованного, эрудированного специалиста своего дела и просто блестящего собеседника было куда интереснее, чем копаться в описях, справках, каталогах... К вашим услугам был, кстати сказать, и не менее обширный читальный зал - вот где бы душа разгулялась!

Да, чего здесь только не было! Глаза жадно выхватывали с полок названия, сама тем временем внимательно прислушивалась к лекции архивариуса, вздумавшего провести для очередной посетительницы познавательно-образовательную экскурсию.

Путь в архивохранилище поначалу пролегал через самые кровавые и жестокие договоры: продать душу, красоту, лучшие годы жизни в обмен на... Здесь недостатка в вариантах не было. Обменивали на все что угодно, чаще всего - талант, славу, признание или любовь совершенно равнодушного к тебе человека...

Увлеченный библиотекарь с восторгом рассказывал о подобных соглашениях.

- Вы, конечно, помните бессмертную книгу Гете? - О, разумеется, но есть у вас что-то более... необычное? Неожиданное? Нетривиальное? Из предмета договора, разумеется... - Есть, конечно... - сотрудник выглядел несколько разочарованным: что вообще может быть круче истории о залоге души! Однако вслух своей досады не высказал: деликатный и утонченный, тихий и скромный, сосредоточенный исключительно на своих рабочих обязанностях, как все специалисты его профессии, он никогда не ставил людей в неудобное положение. Лишь молча провел посетительницу к следующему стеллажу. - Я знаю, что может Вас заинтересовать. Хотя, впрочем, Вы, возможно, как и все мы, уже слышали эту замечательную историю от Джеймса Крюса в детстве... - Впервые слышу это имя... - удивление на лице было неподдельным: она действительно не знала ни этой книги, ни этого автора. - Как же так? - настал черед удивляться старенькому архивариусу. Он смотрел на нее уже не с изумлением, скорее с жалостью. "Да было ли у Вас в таком случае вообще детство, милая леди!" - пронеслось вихрем в его мыслях не совсем лестное замечание. Вслух он, однако, снова не произнес ничего могущего обидеть посетителя. - Что же Вы в таком случае читали? - "Энциклопедию профессора Фортрана", "Облако с крылечком", "Ведьмы и все прочие"... - она живо перечисляла названия, которые совершенно ни о чем не говорили седому мужчине, казалось всю жизнь проработавшему в стенах то ли библиотеки, то ли архива... - М-да... "С Вами все ясно, сеньорина". Готовое было сорваться с уст "Вам можно только посочувствовать" (за годы безупречной службы он уже успел устать сдерживать свои порывы говорить людям нелицеприятное в лицо, а ведь так хотелось!..) было тут заменено на "Вам можно только позавидовать, мисс! Открыть для себя эту потрясающую историю о мальчике, продавшем смех в обмен на богатство! Да это же прелестно и здорово! Я уверен, Вам безумно понравится трогательная история о Тиме, рано потерявшем родителей, но не опустившим руки..." Написанная в 60-е, она воспитала своим примером не одно поколение ребятишек. Она показывала примеры стойкости и любви к людям, настоящей дружбы и, конечно, демонстрировала во всей красе ценность самого дорогого, что у нас есть, - веры в лучшее, оптимизма, улыбки... Детская история, которая...

- Детская?.. - разочарованно протянула она. - Вы уверены, что во взрослом возрасте я останусь так же восхищена этой книжной историей, как и десятилетние ребятишки, только-только открывающие ее для себя? - Фройляйн, я в этом даже не сомневаюсь! Вас ждут невероятные, временами фантастические приключения, пронзительная история мальчишки-сироты, доведенного однажды до отчаяния, раз он решился отдать странному господину свой смех... - Смех? Кому и зачем нужно покупать его? - Прочтете и узнаете. А хотя... намекну сейчас... Вот представьте себе такую картину: Вам идет навстречу человек, такой же, как и Вы, обычный, ничем не примечательный гражданин, за одним исключением - ему позарез нужна инъекция душевного тепла. Такое не продают в аптеках, и даже из-за рубежа привезти контрабандой не получится. А Вы знаете, что можете спасти чью-то жизнь или здоровье, для этого порою не нужно слишком многого, достаточно обыкновенной... улыбки, чтобы другой почувствовал, что он не одинок на свете со своей болью, что есть люди, которые ему рады и находят его привлекательным/хорошим/добрым... Вам бы не захотелось ему помочь?

Смех - заливистый, от всего сердца, звонкий - исцеляет не только его владельца. Мы можем посмеяться над неудачами и смело пойти вперед навстречу новому. Мы можем подарить тепло улыбки прохожему или другу. Простые вещи порою самое бесценное, чем мы на самом деле обладаем... Вот только понимание этого приходит, как обычно, лишь с годами. Юный Тим, заключая свой судьбоносный договор, об этом тогда даже не догадывался, - при этих словах архивариус ловко раскрыл свиток-соглашение, по которому Тим Талер действительно обменял свой смех на способность выигрывать любые споры!

Удивлению ее не было предела.

- Это действительно самый странный и неожиданный договор, о которых мне когда-либо вообще приходилось слышать (тут она невзначай вспомнила свою дипломную работу, посвященную различным видам договорных документов...) Вы были правы... "Я всегда прав, на то я и главный архивариус", - улыбнулся про себя мужчина. Ему приятно было не только послушать искреннюю похвалу из уст этой необычайно внимательной слушательницы (такие все же редко сюда захаживали). Он был рад, что сумел заразить этой захватывающей книжной историей еще одного читателя. Он действительно был уверен, что ей понравится - не может не понравиться! - Очень рекомендую. Достойная прочтения книга наверняка надолго останется в Вашем сердце, особенно если будете читать внимательно (это у Вас, думаю, тоже отлично получается) и между строк. История, конечно, детская, которая на многое в жизни откроет глаза и взрослым. Мы совершенно не ценим простых вещей. Не деньги приносят истинное счастье, а любовь, дружба, призвание (найденное дело в жизни), здоровье свое и близких и, конечно, то самое умение посмеяться от души - от радости или над неудачами, которые не вечны... - Так я выписываю Вам экземпляр? - осторожно и с надеждой спросил он, аккуратно возвращая свиток-соглашение на свое законное место. - С удовольствием прочитаю, спасибо.

Через неделю, возвращая уже книгу, она от всей души благодарила за такой неожиданный книжный совет. Как же здорово было вместе с героями этой чудесной книжечки окунуться в вихрь тех самых эмоций из ушедшего детства, оказаться в мире приключений, с невероятным напряжением следить за злоключениями несчастного мальчишки, который слишком рано познал весь смысл понятия "обездоленность", восхищаться его смекалкой и деловой сметкой - о, из мальчика точно вырастет классный бизнесмен! С нетерпением ожидать счастливой развязкой и радостно выдыхать, когда понимаешь, что добро все же вознаграждается, а зло наказывается...

Дезориентирующее неврологическое состояние, которое затрагивает визуальное восприятие человека так, что субъект воспринимает объекты существенно меньшего размера, чем они есть в действительности, а объект кажется далёким или чрезвычайно близким в то же самое время, получило название Синдром Алисы в Стране Чудес. © Википедия.

Когда-то давно-давно мне рассказывали, что есть две великие сказки, которые помогают определить, что у вашего ребёнка побеждает в извечной борьбе разума и чувств. Если ему больше нравится "Маленький принц" Экзюпери, то эмоции почти всегда побеждают его рассудок. Ну, а если ему нравится безумная и сумасшедшая "Алиса в стране чудес", то, как ни странно, он более склонен к логическому мышлению. Может быть, это действительно так. В конце концов, кто если не логики могут наиболее глубоко проникнуть в природу абсурда и сюрреализма? Льюис Кэрролл, математик, логик, уж он точно знает, где в уравнении нашей реальности надо поставить минус или скобки, чтобы обыденность сменила своё значение на прямо противоположное.

Можно любить или не любить "Алису...", но признать, что это великое произведение придётся. А это именно великое произведение, потому что оно смогло за относительно небольшой промежуток времени обрасти вокруг себя такой мифологией и дать мировой культуре столько устойчивых архетипичных образов, что многие куда более плодовитые и гениальные классики детской литературы могут только позавидовать. Посудите сами: все мы прекрасно знаем и воспроизводим в памяти образы и эпизоды с Чеширским котом, Королевой, Белым кроликом, Гусеницей, Мартовским Зайцем и Безумным Шляпником примерно одинаково, даже если в том переводе, который мы читали, они назывались по-другому. Образы до того разбухли, что контуры обычных персонажей сказки лопнули, и все эти диковинные сознания ещё "при жизни" мифологизировались во что-то устойчивое. Так и путешествуют из произведения в произведение, как древние мифы или библейские товарищи. "Алиса в стране чудес" — культовая вещь, как ни крути.

Я читала три или четыре перевода "Алисы..." (неточное число, потому что я всё раздумываю, стоит ли включать сюда набоковский пересказ. Наверное, стоит). И точно могу сказать, какой из них нравится мне больше всего: однозначно, это Заходер. Во-первых, он сразу оговаривается, что это "пересказ", а не перевод, хотя и идёт очень-очень близко к тексту. Во-вторых, именно для ребёнка он понятнее всего, так как там куча смешных отступлений и диалогов с читателем, которых нет в оригинальном тексте, но которые очень к месту. В-третьих, он именно "атмосферный", шутливый, смешной и живой. Перевод Демуровой я не люблю, она так зацикливалась на оригинале текста, что большую часть шуток постаралась перевести дословно, и получилась сухая академическая ерунда, пособие для переводчиков, но никак не обаятельная детская книжка. Именно Демурову я читала в издании безумной красоты, но даже это не спасло меня от грозного рычания в её адрес. Нельзя забывать, что книжка детская и переводится для детей! Дети не будут читать пятьдесят страниц комментариев и объяснений в конце книги, им подавай живую Алису из плоти и крови, которая бегает по своим снам, задрав подол и вытаращив глаза. Взрослые пусть учат английский и читают в оригинале, в конце концов. Кстати, набоковский пересказ тоже очень неплохой, а вот, кажется, щербаковский посредственный и незапоминающийся. Единственное, что у Заходера мне не понравилось, так это то, что он обрезал конец. Конечно, слова "..сон, который, наверное, никогда не забудешь" — идеальное завершение и итог всей книжки, но я просто жадина в отношении печатного текста, и мне искренне жалко пропавшей пары абзацев. А ещё у Заходера прекрасно и смешно переведены стихи, адаптированы именно для узнавания "отечественным" ребёнком, а не калька английского текста. "Кто зовётся Второпяхом? <...> Второпях зовут отца!" Это же гениально!

Кстати, с детства почему-то терпеть не могу сцену с Грифоном и Рыбным деликатесом (Квази-Черепахой или как там её только не обозвали). Всегда пропускала раньше эти страницы.

И последняя чисто субъективная заметка. Я совершенно не люблю все экранизации "Алисы..." и все мультики, снятые по ней, даже если они очень хорошие. Фильм Тима Бёртона вообще чистой воды эксплуатация мифологем из книжки, но никак не экранизация оригинала. В моём понимании, "Алиса..." — это бурный катализатор личного потаённого процесса воображения, каждый должен воссоздать для себя эту реальность сна и игры сам. Это же игра, в конце концов! Чем ворон похож на письменный стол?

Согласно моему школьному читательскому дневнику, чудом дожившему до эпохи компьютеризации, и пережившему оцифровку, книжку Кэрролла я читал в феврале 1979 года, то есть, 40 лет назад. Был это перевод Заходера, чаще других издававшийся в СССР. За сорок лет из памяти выветрился почти весь событийный ряд, сохранилось лишь общее впечатление.

"Алису" очень любят другие писатели, особенно философского и эзотерического направления, частенько используя цитаты из неё в качестве эпиграфов. Во многих художественных произведениях присутствуют отсылки к книге. Поэтому я чувствовал некую свою неполноценность из-за того, что почти не помнил сюжета. И вот настал тот день, когда я сказал себе: "Пора перечитать и обновить впечатления!" Тут, как нельзя кстати, подвернулась игра "Назад в прошлое", и я отправился в прошлое, правда, выбрав для нового прочтения классический вариант перевода Нины Демуровой со стихами, переведенными нашим главным специалистом по инглиш - Маршаком.

Помню, впечатления при знакомстве с книгой отличались спонтанностью и диким смехом, это было блистательно и виртуозно. Сегодняшнее прочтение уже другое, с попыткой понять, что же это за литературный парадокс такой - культовая книга Льюиса Кэрролла.

Так вот мне показалось, что эта книга - игра, и это "книга-игра", и книга об игре - во всех возможных аспектах. Тут вспоминается строка из оперы "Пиковая дама" - "Вся наша жизнь - игра!", она точнее всего отражает суть "Алисы".

Вся цепочка её приключений в "Стране Чудес" - одна непрекращающаяся игра с миром, где новые входящие ассоциации меняют направление и характер событий, порождают в свою очередь новые ассоциативные ряды. Так и происходит с детьми, когда осваивая окружающий мир, они спонтанно переходят от одного сюжета к другому, используя в качестве игрушек любые подворачивающиеся предметы и слова.

А, поскольку, любая игра есть попытка моделирования реального мира, она служит цели - постижению этого мира во всем его многообразии. Поэтому книга переполнена каламбурами, аллюзиями и двусмысленностями, которые лучше всего иллюстрируют природу зарождающихся связей и ассоциаций. Выбор же возможного решения из возникающих вариантов, Алиса всякий раз совершает не столько осознанно, сколько, руководствуясь интуицией

Вы никогда не задумывались, почему автор выбрал в качестве главного героя не мальчика, а именно девочку? Мне кажется потому, что образное интуитивное восприятие мира, так сказать "правополушарное", считается прерогативой слабого пола, Алиса здесь выглядит более естественной, чем, к примеру, Джонни.

"Игровое" направление книги усиливает и внедрение в её структуру карточной игры - действующими лицами становятся игральные карты. В "зазеркальном" продолжении вместо карт будут введены шахматные фигуры - сменится тип игры, но сохранится главный принцип.

Но и то, что приключения Алисы оказываются сном, тоже вполне закономерно, наигравшиеся вволю дети тоже вынуждены возвращаться в реальную жизнь, обогащенными опытом, приобретенным в играх, хотя сами игры после их окончания утрачивают свою реальную составляющую, превращаясь в некое подобие сладкого увлекательного сна.