Лачуга должника

Помянем этого трепача Шефнера, который при своей жизни втравил меня в нынешнее путешествие…

Ведь Шефнер писал даже не научную фантастику, а не разбери-бери что, смешивал бред и быт.

Кто часто присягает,
Клянясь до хрипоты, —
При случае сигает
В ближайшие кусты.

Шагая по шпалам, не будь бессердечным,
Будь добрым, будь мальчиком-пай, —
Дорогу экспрессам попутным и встречным
Из вежливости уступай!

Порой умолчание равняется лжи, а порой оно хуже лжи.

У лисицы красота
Начинается с хвоста, —
А у девушек она
На лице отражена.

Друг не со зла порой обидит нас —
И другом быть перестаёт тотчас;
Но как легко прощаем мы друзьям
Обиды, причинённые не нам!

Умереть бы, не веря в прогнозы,
Второпях не расчухав беду, —
Так столкнувшиеся паровозы
Умирают на полном ходу.

Всё это кончается просто —
Не взлётом в небесную высь,
А сонным молчаньем погоста,
Где травы корнями сплелись.

Гении не растекались по вечности — они были сосудами, вместившими в себя Вечность.

Нацепили на быка
Золотой венок, —
Только всё же молока
Выдать он не мог.

От сочувствия рыдая,
Отказавшись от конфет,
Челюстей не покладая,
Кушал друга людоед.

На кладбище загадочный уют,
Здесь каждый метр навеки кем-то занят.
Живые знали, что они умрут,
Но мёртвые, что умерли, — не знают.

В Бога не верю, но богохульства на своей жилплощади не допущу...

— Во головизна-то у Валика работает!

Безалкогольные напитки
На стол поставила жена,
И муж, при виде этой пытки,
Вскричал: «Изыди, Сатана!»

Говорят, что грядущие события бросают перед собой тень; говорят, что накануне важных, поворотных в их судьбе дней люди часто видят сны, по которым можно расшифровать будущее.

Устав сидеть на шатком троне,
Разбив торжественный бокал,
Король в пластмассовой короне,
Кряхтя, садится в самосвал.

Вы гадаете, вы ждёте,
Будет эдак или так…
Шар земной застыл в полёте,
Как подброшенный пятак.

У критиков — дубовый вкус,
А ты стоишь, как Иисус,
И слышишь — пень толкует с пнём:
«Распнём, распнём его, распнём!»