
Ваша оценкаЖанры
Рейтинг LiveLib
- 520%
- 480%
- 30%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаРецензии
Krysty-Krysty10 января 2022Проблемы читателя итальянского Возрождения
Машины и орудия, силы и материя - вот анатомия Леонардо, которая постепенно становится оптикой, общей механикой, физическим истолкованием мироздания. Она открывает под кожей движение крови по каналам, приливы и отливы, канаты, рычаги, тяжесть, первичные и вторичные двигатели, перемещения и изменения сил.Читать далееКнига была разочарована. Она ожидала более образованного, ну чума с ним, образованием, по крайней мере, более эрудированного читателя. Чтобы хотя бы не искал в единственно доступной pdf-версии активные сноски на общеизвестные термины. Чтобы был в курсе, что такое Кватроченто, и желательно не только по обложке когда-то подаренного художественного альбома (даритель, как и книга, тоже сильно переоценил читателя). Чтобы не нужно было вводить в политический контекст непростых отношений итальянских регионов, расписывать биографии известных (конечно известных!) исторических личностей и подробно описывать каждую картину / скульптуру / фреску. Книга была разочарована. Ей попалась я.
Я была разочарована. Не книгой. Собой. Мне нужен контекст. Мне нужны сноски. Мне нужно немного больше образования. Проблема итальянского Возрождения стала проблемой читателя итальянского Возрождения.
Это сборник статей для погруженных в тему. Не для дилетанта, разбалованного экшном и современным нон-фикшном для чайников. Гарэн совсем не для чайников. Обзора по пунктикам не будет: общие вехи эпохи, география явления, главные действующие лица, искусство. Не будет удобной схемы: введение, тезисы, аргументы, заключение. (Не поможет и предисловие, оно знакомит с автором, пересказывает содержание статей и пытается убедить советского читателя, чтобы при чтении слово "христианство" автоматически подменял "гуманизмом", что много говорит о христианстве как явлении.) Общие гуманитарные рассуждения? Нет, слишком специфические, узкие, полные отсылок к нечитаным текстам незнакомых авторов.
Гарэн не охарактеризует даже самыми общими словами этапы итальянского Ренессанса Треченто (Проторенессанс, хотя "Ренессанс" - это формально французский термин), Кватроченто (раннее Возрождение), Квинченто (высокое)... Гарэн не расскажет о политической системе и сложных воинственных отношениях городов-государств Венеции, Пизы, Генуи, особенно Флоренции и др. Это значит, что читателю всё это известно, это общие места, база, константа, из которой разворачиваются все теоремы. И даже если самоуверенный читатель, сотрясши все извилины, вспомнит о падении Константинополя и возможной связи подъема итальянской художественной мысли благодаря образованным греческим беженцам, автор безжалостно оспорит такое дилетантское мнение, утверждая, что "мусульманский потоп", "не Византия, а Рим породил Возрождение".
Счастливчик автор не знаком с суетным веком дилетантства Википедии и поверхностных диссертаций, пересказывающих друг друга, написанных по такой хитрой схеме, что одна настоящая мысль (еще не факт, что оригинальная) содержится в одном абзаце, остальное введение и окантовка. Мысль Гарэна свободна в жонглировании нужными ему именами (словно это его современники - Фичино, Пико, Савонарола, Ландино, Вазари) и цитатами (подозреваю, наизусть). Читатель, уже взявшийся за эту книгу, должен знать, кто все эти люди и что они делают в итальянском Возрождении.
Отсутствие простой структуры статей - это стиль и высота авторских эссеистических рассуждений, но всё же - осмелюсь это сказать - минус текстов Гарена. Слишком стремительно мы ныряем в проблему, в стихию чужих мыслей, большая часть которых - пересказ и цитирование текстов рассматриваемого периода. Это очень, очень некрепко держит внимание и не обобщается простым выводом. И как сборник книга также пестра, не создает впечатления законченного произведения, пронизанного вектором, идущим к цели.
Всё же выделю основные направления мысли Гарэна, не совпадающие с границами статей.
Преемственность Средневековья в эпоху Возрождения. Да, не разрыв, а наследственность. Возрождение должно было осмыслить недалекое прошлое, чтобы провести определенную линию, отличить новое от старого, без анализа это невозможно. Кроме того, святые отцы также цитировали Платона и Аристотеля, просто более свободно обращались с авторизацией этих цитат.
Что вообще возрождает Возрождение? Античность. То есть оно ее переосмысливает, перечитывает, заново переводит и перетолковывает, исходя из собственных потребностей и открытий. Гарэн приводит как прямые, так и очень косвенные, то есть туманные, аллюзии на Платона и Аристотеля у итальянских мыслителей.
Платонизм как характерная особенность философии мыслителей Возрождения. Некоторые цитаты и их анализ показались мне притянутыми к платонизму за несуществующие уши.
Город как важное явление, надприродное место человеческого существования, созданное человеком (который благодаря такому акту создания нового, еще несуществовавшего становится богоподобным) пространство. Отсюда важность архитектуры. И одна из мало акцентированных черт Леонардо да Винчи - архитектор, теоретик идеального города.
(Ну наконец-то что-то знакомое, что было вбито в голову еще в школе) На первый план выходит важность человека, личности, а также отношения между человеком и обществом. Идеальный человек социален, утопия - гармония активных, деятельных, творческих личностей. (Но у Петрарки: дистанцирование, одиночество как возвращение к себе, самопознание. ) И "человек есть результат его собственных усилий".
Прогресс науки. Универсальность творцов (каждый из них - философ, медик, оптик, механик, химик, архитектор — и венцом филолог). В сети гуляет изображение небольшого фрагмента скульптуры Моисея работы Микеланджело. Откуда художник так хорошо знал анатомию? Так он много часов провел в морге, собственноручно препарируя мертвецов
Самой яркой для меня, самой эмоционально отозвавшейся оказалась статья под конец книги "Образ мышления Микеланджело". (Это название в целом хорошо передает суть всего издания - образ мышления Возрождения.) Здесь нет последовательной биографии, жизненных этапов, обзора творчества - и есть всё это между прочим вскользь, для уже знающих. Но текст Гарэна вырывается из сонной объективности, расцветает неожиданными яркими сравнениями и метафорами, становится художественным и... влюбленным. Конечно, читатель должен иметь большой багаж "насмотренности" произведений Микеланджело, Гарэн упоминает их, разумеется, но только для того, чтобы подтвердить свою точку зрения на необыкновенную (по крайней мере, по сравнению с Леонардо) драматичность художника.
Важный тезис Гарэна звучит так: "Философия есть филология". Книга об итальянском Возрождении приводит только два случайных (?!) изображения (портрет и храм). Да и сам Гарэн анализирует не изобразительное искусство (мало его анализирует), а тексты, дневники, письма Леонардо, стихи Микеланджело - Гарэн и сам человек текста! Для того чтобы культура Возрождения состоялась, ей нужно было оценивать предшествующие эпохи, цитировать, опираться на прежние приобретения - но если смотреть на такие важные моменты, как цитирование, значимость словесности, переосмысление и свержение с престолов "отцов" жанров, можно утверждать, что уже в эпоху Возрождения были заложены основы постмодернизма 20 века. Всё прожитое - фундамент будущего, будущее - всегда отражение прошедшего.
История человечества — это история информации, а прогресс человечества связан с прогрессом средств коммуникации. Устно. Визуально пиктографично. Письменно. Типографски. Сегодня - цифрой. Каждый век говорит о том, что он более прогрессивен, чем предыдущий. Но по спирали времени трудно сказать, в какую условную эпоху мы живем - новое Средневековье или новое Возрождение? Мне нравится брать в качестве проверочного слово "человек". Значение человека как уникального, богоподобного творца позиционируется как наследие философии Возрождения. По отношению к ценности личности можем мы судить, каков наш век...
_______________________________
Па-беларуску...Кніга пачувалася расчараванай. Яна чакала больш адукаванага, ну, чума з ёй, адукацыяй, хоць бы больш дасведчанага чытача. Каб прынамсі не шукаў у адзіна даступным пэдээф варыянце актыўныя зноскі на агульнавядомыя тэрміны. Каб ведаў, што такое Квадрачэнта не толькі з вокладкі падоранага некалі мастацкага альбома (дарыльнік, як і кніга, таксама некалі моцна пераацаніў чытача). Каб не трэба было ўводзіць няздару ў гістарычны кантэкст складаных дачыненняў італьянскіх рэгіёнаў, распісваць біяграфіі ды стасункі вядомых (канечне вядомых!) асобаў. Кніга пачувалася расчараванай. Ёй выпала я.
Я была расчараваная. Не кнігай. Сабой. Мне трэба кантэкст. Мне трэба зноскі. Мне трэба крыху больш адукацыі. Праблема італьянскага Адраджэння стала праблемай чытача італьянскага Адраджэння.
Гэта зборнік артыкулаў для абазнанага. Не для дылетанта. Не для распешчанага экшнам і нон-фікшнам для чайнікаў сучасніка. Ані не для чайніка. Тут не будзе раскладзенага па палічках агляду: агульныя вехі эпохі, геаграфія з'явы, галоўныя дзейныя асобы, галіны мастацтва. Не будзе і схемы: уводзіны, тэзіс, аргументы, выснова. (Не дапаможа і прадмова, яна апавядае пра аўтара, пераказвае змест артыкулаў і спрабуе пераканаць савецкага чытача ў тым, каб "хрысціянства" аўтаматычна ў думках замяняў "гуманізмам", што нямала кажа пра хрысціянства як з'яву.) Агульнагуманітарныя развагі? Занадта спецыфічныя, вузкія, поўныя адсылак на ніколі не чытаныя тэксты першы раз чутых аўтараў.
Ніхто не акрэсліць нават самымі агульнымі словамі этапы італьянскага Адраджэння Трэчэнта (протарэнесанс, хоць Рэнесанс - гэта фармальна французскі тэрмін), Кватрачэнта (ранняе Адраджэнне), Квінчэнта (высокае)... Ніхто не апавядзе пра палітычнае ўладкаванне і складаныя ваяўнічыя дачыненні гарадоў-дзяржаваў Мілана, Венецыі, Пізы, Генуі, асабліва Фларэнцыі і інш. Маецца на ўвазе, што ўсё гэта чытач ведае, гэта агульнае месца, база, канстанта, з якой разгортваюцца ўсе тэарэмы. І нават калі самаўпэўнены чытач скалануўшы ўсе звіліны ўспомніць пра падзенне Канстанцінопаля і магчымую сувязь узлёту мастацкай думкі Італіі дзякуючы адукаваным грэцкім бежанцам, аўтар бязлітасна аспрэчыць такое дылетанцкае меркаванне, сцвярджаючы, што "мусульманскі патоп", "не Візантыя, а Рым спарадзіў Адраджэнне".
Шчасліўчык аўтар не зведаў мітуслівы век царавання дылетантызму Вікіпедыі, ані павярхоўных дысертацый, што пераказваюць адна адну, напісаныя па такой хітрай схеме, што сапраўдная думка (і не факт, што арыгінальная) змяшчаецца ў адным абзацы, астатняе ўводзіны да яе ды акантоўка. Ягоная думка вольная ў жангляванні патрэбнымі яму імёнамі (так, нібы яны яго калегі-сучаснікі - Фічына, Піко, Саванарола, Ландзіна, Вазары) і цытатамі (падазраю, на памяць). Чытач, раз ужо ўзяўся за гэтую кнігу, мусіць сходу ведаць, хто ўсе гэтыя людзі і што яны робяць у італьянскім Адраджэнні.
Адсутнасць простай структуры артыкулаў - гэта стыль-вышыня эсэістычных разваг аўтара, але ўсё ж - дазволю сабе гэта прамовіць - мінус тэкстаў Гарэна. Занадта імкліва мы даем нырца ў праблему, у вольныя хвалі чужой думкі, большая частка якіх - пераказ і цытацыя тэкстаў разгляданага перыяду. Гэта вельмі, вельмі цяжка трымае ўвагу і не завяршаецца простай высновай-кропкай. І як зборнік кніга таксама пярэстая, не складае цэльнага твора.
І ўсё ж вылучу асноўныя сферы разважанняў Гарэна, што не супадаюць з межамі артыкулаў.
Спадкаемнасць Сярэднявечча ў Адраджэнні. Так, не разрыў, а спадкаемнасць. Адраджэнне павінна было асэнсаваць блізка мінулае, каб правесці пэўную рысу. Да ўсяго святыя айцы таксама цытавалі Платона і Арыстоцеля, проста больш вольна абыходзіліся з аўтарызацыяй прыведзеных цытатаў.
Што ўласна адраджае Адраджэнне? Антычнасць. То-бок пераасэнсоўвае яе, перачытвае, перакладае нанова і ператлумачвае зыходзячы з уласных патрэбаў і адкрыццяў. Гарэн прыводзіць прамыя і вельмі, вельмі ўскосныя, што значыць цьмяныя алюзіі на працы Платона і Арыстоцеля ў італьянскіх мысляроў.
Горад - як важная з'ява, надпрыроднае месца існавання чалавека, створаная чалавекам (які праз такі акт стварэння новага, няіснага дагэтуль робіцца богападобным) прастора. Адсюль значнасць архітэктуры. І адна з мала акцэнтаваных рысаў Леанарда да Вінчы - архітэктар, тэарэтык ідэальнага горада.
(Ну нарэшце нешта знаёмае, што ўбілі ў галаву яшчэ ў школе) Значнасць чалавека, асобы выходзіць на першы план (і "хрысціянства" не замінае гэтаму, насуперак камуністычным ідэалагічным міфам, італьянскія мысляры, напрыклад, гэта добра бачаць). Суадносіны чалавека і грамадства. Ідэальны чалавек - сацыяльны, гармонія актыўнай, дзейснай, стваральнай асобы. Але ў Петраркі: дыстанцыяванне, самота як вяртанне да сябе, спазнанне сябе. І "чалавек ёсць вынік уласных намаганняў".
Прагрэсаванне навукі. Універсальнасць творцаў (філосаф, медык, оптык, механік, хімік, архітэктар - і вянцом філолаг - кожны! з знакавых). У сучасным свеце выклікае захапленне выява малога фрагмента скульптуры Майсея аўтарства Мікеланджэла. Адкуль жа мастак ведаў так добра анатомію? Бо шмат гадзінаў правёў у трупярні, уласнаручна прэпаруючы мерцвякоў.
Найбольш жывым для мяне, найбольш эмацыйным стаў артыкул з канца кнігі "Вобраз мышлення Мікеланджэла". (Гэтая назва ўвогуле добра перадае сутнасць кнігі - вобраз мышлення Адраджэння, не эпоха, не асобы, не сферы мастацтва, а вобраз.) Там таксама не будзе паслядоўнай біяграфіі, жыццёвых этапаў, агляду творчасці. Але тэкст Гарэна вырываецца з соннай аб'ектыўнасці, расцвітае ў нечаканыя яркія параўнанні і метафары, робіцца мастацкім і... закаханым. Вядома ж, чытач мусіць мець добры багаж "нагледжанасці" твораў Мікеланджэла, бо Гарэн згадвае іх паміж іншым, гэта само сабой, толькі каб давесці сваю думку пра надзвычайную (прынамсі ў параўнанні з Леанарда) драматычнасць.
Важны тэзіс Гарэна "Філасофія гэта філалогія". У кнізе пра італьянскае Адраджэнне даюцца толькі дзве выпадковыя (?!) выявы. І сам Гарэн аналізуе менавіта тэксты, у малой ступені малюнкі, але дзённікі, лісты Леанарда, вершы Мікеланджэла - Гарэн таксама чалавек тэксту! Культура Адраджэння, каб адбыцца як такая, мела патрэбу ў ацэнцы папярэдніх ёй эпох, у цытаванні, у залучэнні на новай стадыі папярэдніх набыткаў - але калі паглядзець на такія важныя пункты, як цытацыя, значнасць тэксту, пераасэнсаванне і скіданне з пасадаў "айцоў жанраў", можна выказаць меркаванне, што ўжо ў эпоху Адраджэння закладваўся падмурак постмадэрнізму 20 стагоддзя.
Гісторыя чалавецтва - гэта гісторыя інфармацыі, і прагрэс чалавецтва звязаны з прагрэсам сродкай перадачы камунікацыі. Вуснай. Візуальна-піктаграфічнай. Пісьмовай. Друкаванай. Сёння - лічбавай. Кожны век мяркуе, што ён больш прагрэсіўны за папярэдні. Але ў спіралі часу цяжка сказаць, у якую ўмоўную эпоху мы жывем - новае Сярэднявечча ці новае Адраджэнне? Мне падабаецца браць як праверачнае слова "асоба". Значнасць чалавека як унікума, богападобнага - бо творца, пазіцыянуецца як здабытак філасофіі Адраджэння. Які наш век?..
44 понравилось
311
Цитаты
Еще не добавлена ни одна цитата из книги. Ваша может стать первой.
Подборки с этой книгой

100 книг non-fiction от The Prime Russian Magazine
Nightwalker
- 99 книг
Долгая прогулка 2014-2023
Shurka80
- 5 734 книги

На снарков!
Krysty-Krysty
- 41 книга
Долгая прогулка-2022
bastanall
- 70 книг
Г, ИСТОРИЯ, ЕВРОПА, ВОЗРОЖДЕНИЕ ЕВРОпы
sturm82
- 94 книги
Другие издания






























