Прозак

Весьма любопытный сборник современных прозаических рассказов, вроде даже не объединенных общей темой. Кажется, каждый сможет найти здесь что-то на свой вкус, вопрос: многие ли согласятся читать почти 400 страниц творчества 20 авторов ради 2-5 зацепивших произведений?
Лично я взялась за эту книгу только ради Макса Фрая и Линор Горалик. Не прогадала - очередной эстетический оргазм. Но, как оказалось, это не всё: Дмитрий Брисенко и Виктория Райхер не оставили меня равнодушной, а "Антология чужих судеб" Н. Крайнер перечитываю который раз - неописуемый восторг вызывают эти отрывки, пробирают до дрожи, до слёз, до улыбки на всё лицо.
Несколько авторов прошли совершенно мимо меня, но всё же большая часть книги понравилась. Следовательно - крепкая 4.

Читала в рамках игры "Дайте две! Третья волна." из собственного вишлиста по выбору Greza .

Меня смутили непонятливые рецензенты на эту книгу. Ну КАК можно не получить нирвану и божественный нектар на голову от этой книги?
Конечно, это театр абсурда, но какого!! какого абсурда! - тонкого, ироничного, умного.
До того порой лукавого и подмечающего, что я, когда читала, хотела вскакивать и танцевать от "ай да автор, ай да сукин сын" (и неважно, что сукина дочь).

Все, кто не понял, просто не изучал ни восточных культур, ни массовых истерий на тему эзотерики. Вам не понять, о чем книга.
Но жаль, что при этом вы можете писать рецензии.

О рассказах

Рой Аксенов
«Тринадцать романов» - слишком форма ради формы, как по мне.
«Шандор» - такой милый контраст между фашистом и русским мужЫком. Забавное. Но как-то нейтрально.

Владимир Березин
«Путешествие Свистунова» - видимо, слишком глубокая для моего понимания сатира. Не люблю.

Грант Бородин
«Мышка бежала», «Большие уши» - фигня, мимо.

Дмитрий Борисенко
«Город» - прекрасный рассказ про то, как больной город ушел от людей умирать подобно кошке.
«Следят» - отличная зарисовка про паранойю, сначала свою, потом чужую.

Линор Горалик – как обычно, это читательский оргазм. Особенно чудесное про Москву («Господи, я не могу больше, во мне зима») и вот эта последняя почти молитва, как будто мы дети все, а бог наш единственный взрослый.

Ольга Гребнева
«Подслушанные разговоры» - уютное, хотя и проходит мимо.

Дмитрий Дейч – все не понравилось

Ростислав Клубков
«История дурака» - как-то нет, не пошло.

Владимир Коробов
«Начало. Remake» - рассказ про умственно отсталого от первого лица. От него становится страшно и грустно.
«Второе письмо» - собственно письмо – тот текст, ради которого весь рассказ можно почитать.

Н. Крайнер
«Про весну…» - да, я пишу о том же, когда плохая погода.
«Антология чужих судеб» - отрывки из, собственно, чужих судеб, чьи-то истории, такая карусель добычи накхов. Понравилось.

Сергей Кузнецов
Из цикла «Тексты Рената Ишмухаметова» - во-первых, это красивый текст про секс, уже редкость. Во-вторых, здорово, как сквозь такую нехитрую призму вся жизнь одного человека рассказана, считай. Я сейчас даже перечитала, пока писала заметки. Хорошо.
И отдельно маленькая история про какой-то странный треугольник из образа, плоти и мужчины. Тоже ничего.

Станислав Львовский
«Триады» - ну, красиво.

Маргарита Меклина
«Слайды» - нет, не понравилось, слишком видна игра в форму.

Марина Москвина
«Мусорная корзина из алмазной сутры» - нет, мимо-мимо-мимо.

Виктория Райхер
«Зеленое небо, небо, небо» - Райхер люблю в том числе вот за такие странные рассказы, какие-то больные, непонятные, но магнитные.
«Лицевая вязка» - ох, очень сильно. Про детскую травму и помешательство.
«Неправильный глагол» - забавно, но как-то слишком несерьезно по сравнению с.
«PTSD» - тоже забавно, но уже отлично. Про Семенова, который очень боялся, что жена уйдет к Коровкину, до абсурда.
«Господин Робербам» - а вот это отличное про извороты логики извращенцев, уверенных, что они делают благо и добро.
«Комплементарная пара» - а вот если есть двое таких, что когда одному везет, со вторым случается несчастье, и наоборот? А вот если они любят друг друга? И даже женятся? Хорошая такая история.
«Облом» - одна тетка очень хотела суши, и оказалось, они дома есть, в холодильнике. А их муж сожрал. Гхм.
«Молитва о моей дочке Кате и внучке Соне» - пронзительно и жутко. Потому что нет никакой Кати и Сони. И могил их на самом деле нет. Они придуманы обе, чтобы не думать о…

Алексей Смирнов
«Плод» - а вполне красиво. Один врач как-то чуть не умер и в коме почти познал запретный плод. Пришлось еще несколько раз почти умереть, чтобы рассказать, как оно, но понятное дело, он не успел толком.
«Вечернее замужество Греты Гансель» - ух, жестко. Про одного гея, которых хотел всем отомстить и так и сделал, подставив насильников.

Макс Фрай
«Подвижные игры на свежем воздухе» - все эти воистину страшные сказки про то, как если бы сказка и игра стала действительно былью, не понарошку, а ворвалась в настоящую реальную реальность. Очень жутко и сильно.

Александр Шуйский
«Сон» - Шуйский очень умеет писать о таком, о человеческом, очень
«С натуры» - внезапно очень смешное и трогательное, про девочку, которая напугала маму, но все кончилось хорошо.
«Кинематограф» и «В автобусе» - см. п.1

Лена Элтанг
«Genio y figura», «Eidolon» - малая проза любимой Элтанг пошла тяжело, мне нужен контекст и сюжет, чтобы наслаждаться ее языком.

Денис Яцутко
«Пустой город» - хорошее.

Наверное, стыдно во времена постмодерна не любить постмодерн, но я редко сталкиваюсь с такими скучными книгами.
Вы пытались когда-нибудь есть незрелую хурму? Вот и эта книга вяжет настолько, что меня аж затошнило от пресности и скуки. Я уснула на пятой, пятнадцатой, двадцать пятой, сороковой, семидесятой и сто двадцать пятой страницах. От скуки. От того, что "раз уж взялась -- так надо дочитывать".
Казалось бы: что может быть проще и интереснее, чем собрать воедино несколько коротких, но интересных рассказов? Но нет, тут составителю удалось невозможное: в сборник попали два (или три) хороших рассказа. Видимо, для того, чтобы проиллюстрировать поговорку про жемчуг в помойной яме.

Первым делом в этой тоненькой книжке удивляют иллюстрации — коллажи из черно-белых ретро-фотографий (из архива автора) и акварелей Леонида Тишкова. Скажем, стоит на фоне черноморского пейзажа группа отдыхающих, а на первом плане, прямо перед присевшей на корточки малышней — русалка. Или — под столом у пролетариев Москвы прячется чудище (а один гегемон в косоворотке задумчиво так, между делом, его хвост гладит)... Очень правильные иллюстрации, поскольку короткий роман Москвиной построен по тому же принципу: семейная сага (время действия — от Октябрьской революции до Великой Отечественной) смело перемешана с буддийскими притчами. Переходов — не разглядеть, ибо нет их.

Дед Москвиной Степан Захаров — прототип главного героя “Сутры” Степана Гудкова, политкаторжанина и великого мастера дзэн, уверяющего окружающих: “Вы Боги, товарищи!”. И не врущего: ведь и правда, Боги — все, как один! Не зря неграмотную хулиганку бабу Грушу, гения счета и стихийного мастера аюрведы, спасать от суда является сам архангел Гавриил. Тетя Света Бронштейн, отсидевшая за политические анекдоты, и вовсе оказывается земным воплощением богини Дэви. А вторая жена Степана, красавица Матильда, которой посвятил свое лучшее стихотворение поэт Северянин, — жрицей вечной молодости поселка Старых Большевиков... И все, кто со Степаном ни столкнется, мигом просветляются (даже кот Пушок ненадолго), а потом вспоминают Гудкова добрым словом, письма ему пишут: “А ваша фотография, Степан Степанович, стоит у нас на комоде. К нам с Пашей часто приходят друзья и всегда спрашивают: “Что это за баба в платке?” А Паша им отвечает: “Это наш с Лушей учитель, известный просветитель и мастер дзэн”.

Такой вот сюр в духе Хармса — только очень нежный по интонации: все же герои автору не чужие! Родные предки. Местами — смешно до хохота!
Конечно, книжка на любителя — строго для людей с чувством юмора и любящих вещи “дурацкие”, странные, гротесковые. Чересчур серьезным гражданам “Сутру” читать не стоит: пугаются и начинают возмущаться: “Как же так, разве можно о страшном — вроде сталинских репрессий — писать с усмешками! Кощунство; видимо, не любит Москвина своих бедных родственников!..” Хотя лично мне такая реакция удивительна: как можно не заметить обратного? Редко встретишь людей, настолько щедрых на эмоции, как Марина Москвина. Не боясь показаться смешной, она с порога заявляет: “Я с ума схожу от людей этого мира. Я так их люблю, причем всех без разбору!” Любит, любит — по книжкам видно. Причем не слепо, ясно видя все недостатки объектов обожания. Но ведь по-настоящему так и любят — не за что-то, а “несмотря на...”

В ЖЖ

• И что это за вопросы ?-заинтересовался вахтер.
• Ну вот тебе хороший вопрос,- сказал Степан Степанович. – Очень важный и нужный :»В чем смысл прибытия Бодхидхармы в Китай?».

  По-своему… очень и очень даже подходящая книга , если вам впору смешение гротескного черного юмора, буддизма, генеалогии, народных сказок Лескова на тему «как жили и выживали при советском строе» в стиле городских побасенок. Автор - молодец, ни разу не сбилась, ни в излишнюю мистику, ни в полный сюр – так, балансировала посередине. И весьма удачно! Диалоги сочные и хлесткие. И если классика кажется вам монотонной , а современная проза приторной, пошлой и предсказуемой - возьмите эту книгу. Как такогового твердого «понравилось» у меня нет,однако...