Томминокеры

У Хэнка волосы зашевелились. С треском захлопал воротник, словно кто-то лупил из автомата с глушителем. Весь мусор, что лежал на асфальте, — конфетные фантики, пачки от сигарет, пара пакетиков от чипсов "Шалтай-болтай", пронесся по тротуару и нырнул в дыру. Хлам затянуло в безвоздушное пространство чужого мира. Часть мусора пронеслась между ног Питца, другая часть будто прошла сквозь него.
Но тут и самого Барфилда подхватило и понесло в бездну, словно он стал легким, как мусор, валявшийся на мощеном тротуаре. Следом шурша листами, порхнул журнал — ни дать ни взять летучая мышь, и Хэнк подумал: "Вот и славно. Чтивом ты обеспечен". Перевернулся и заскреб по асфальту стул, на котором совсем недавно восседал Питц. Полетел в дыру и застрял в разверстой пучине. А меж тем ветер крепчал, подобравшись и к Хэнку. Тот склонился к магнитофону и хотел было нажать кнопку "Стоп", как вдруг до него
крик, который исходил из того, другого места. Голос был тонкий и принадлежать Питцу явно не мог.
Крик вновь повторился:
— Хилли...
Хэнк недоуменно нахмурился. Кричал ребенок, и голос был смутно знаком, как будто...

С девяти утра чужаки, знавшие Рут Маккосланд или когда-либо работавшие с ней, начали стягиваться в Хейвен-Виллидж. Вскоре практически все парковки вдоль Мэйн-стрит были заняты.
В "Хейвен-ленче" дым стоял коромыслом. Бич едва успевал подавать омлеты, бекон, сосиски и жареную картошку, наливать один кофе за другим. Конгрессмен Бреннан так и не прибыл, но прислал своего помощника. "Мог бы и сам появиться, Джо, — думал Джерниган с кислой улыбкой. — Сразу столько новых идей получил бы насчет работы в правительстве..."
День выдался ясный и свежий, больше напоминающий конец сентября, нежели июля. В ярко-синем небе — ни облачка, температура — шестьдесят восемь градусов, западный ветер — миль двадцать в час. В очередной раз Хейвен принимал чужаков, и снова им повезло с прекрасной погодой. Впрочем, вскоре удача уже не будет иметь никакого значения. Так думали, перемигиваться между собой, горожане. Вскоре они приручат судьбу.
Отличный денек, сказали бы вы. Один из лучших для лета в Новой Англии; мечта туриста. День, когда аппетит разыгрывается не на шутку. Приезжие заказывали обильные завтраки, как и положено проголодавшимся людям, но Бич заметил, что чуть ли не половина еды оставалась нетронутой. Новенькие быстро теряли вкус к пище; глаза у них стекленели, вид становился несколько подавленный.
"Ленч" был переполнен, но разговоры как-то не клеились.
"Кажется, воздух нашего городка вам не на пользу, ребята", — подумал Бич. И вообразил, как заходит в кладовую, где под горой простыней спрятано устройство, убравшее двух назойливых копов, — гигантская смертоносная базука. Как выносит носит ее оттуда и отмывает свое заведение от всех этих чужаков один очистительным выхлопом зеленого пламени. Но нет, не теперь. Еще не время. Скоро все переменится. В следующем месяце. Ну а пока...

— Рут была моим близким другом.
— А с вами поедет кто-то еще из Дерри? Говорят, ее муж служил в полиции, да и сама она была как-то причастна... Само собой, пост городского констебля — невеликое дело, но вы же поняли, что я имею в виду... Скажите, туда поедет еще кто-нибудь?
Дуган нахмурился, а хмуриться было чем — с таким-то широким лбом.
— Мистер Хиллман, к чему вы клоните? Не совсем понимаю.
"А я сегодня ужасно занят, если вы вдруг не в курсе, — было написано на его лице. — Два копа исчезли, все указывает на то, что они наткнулись на браконьеров и схлопотали по пуле в лоб; мало этих забот, моя давняя подруга Рут Маккосланд скончалась, и у меня нет ни времени, ни терпения слушать всякие бредни".

- Тридцать два в Чернобыле - это мы можем проверить. Дьявол, может, их только тридцать два. У нас есть фотографии, сделанные американскими докторами, которые наводят на мысль, что там уже должно быть много за две сотни, но говорили - тридцать два. Эту цифру не изменит и то, что мы знаем о сильном радиационном облучении. Не всякая смерть наступает сразу. Это так обманчиво. Смерти следуют тремя волнами. Первая - люди, которые изжарились в аварии. Вторая - жертвы лейкемии, главным образом дети. Третья - наиболее смертоносная волна: рак у взрослых сорока лет и старше. Столько всяких раков, что вы можете продолжать сколько угодно и назвать их мором. Рак кожи, рак груди, рак печени, меланома и рак кости встречаются чаще всего. Но вы можете также добавить рак кишечника, рак мочевого пузыря, опухоль мозга...

- В Чернобыле они убили детей, - сказал Гарденер. - Понимаете вы это? Одни десятилетние, другие в утробе. Большинство, возможно, еще живы, но они умирают прямо сейчас, пока мы стоим здесь, держа бокалы. Некоторые даже не могут еще читать. Большинство никогда не поцелуют девочку. Прямо сейчас, пока мы стоим здесь, держа бокалы. Они убили своих детей.
Он смотрел на жену Теда, и теперь его голос начал дрожать и слегка повышаться, как на судебном процессе.

• Нам известно о Хиросиме, Нагасаки, о наших собственных испытаниях в Тринити и на Бикини. Они убили своих собственных детей, доходит ли до вас, что я говорю? Девять лет там, в Припяти, кто-то будет умирать, испражняясь своими собственными кишками. Они убили детей!