Палая листва. Полковнику никто не пишет. Сто лет одиночества. Рассказы

В этой книге я прочитала первые и последние 50 страниц, середину оказалось легче прослушать в аудио формате. Мне понравился слог автора, да и сюжет интересный. Этот семейный замкнутый круг, длинною в 100 лет, из грехов, ошибок, и одиночества, приправленный чудесами - просто потрясающий в своем безумии. Единственный минус - имена героев. Как судьба потомков повторяла судьбу предков, так одни и те же имена повторялись из поколения в поколение в семье Буэндиа. В середине я уже бросила попытки понять о каких Аурелиано и Аркадио идет речь и просто наслаждалась книгой.

Время в своем движении тоже сталкивается с препятствиями и терпит аварии, а потому кусок времени может отколоться и навечно застрять в какой-нибудь комнате

Читать этот роман я начал с не охотой, потому что думал, что это очередная какая-нибудь тягомотина с одним описанием,так по крайней мере мне показалось в начале, но со страницы 10 или 11 я начал все больше и больше забывать о времени и разом прочитал 70 страниц. Настолько мне начала нравиться эта книга, что я даже начал забывать о своих делах и часто опаздывал, но всегда старался дочитать до конца главы, которых там как я насчитал 20. Я ни сразу понял какие события здесь описываются? (исторические или выдуманные), где происходят действия романа? (там появлялись индейцы, итальянцы, цыгане ...), в каком году или даже столетие это все происходит?, но уже потом я понял всю особенность этой книги.
Семья Буэндиа - это семья основательница Макондо, с запутанной генеалогией. Это Великая семья, но со своими странностями и тайнами, которые лучше не знать в реальной жизни. Семья Буэндиа погружена в одиночестве, инцесте, власти и любви. Почти каждый в этой семье причастен к инцесту, это конечно странно, но это задумка автора (я бы такое не писал, но он написал и молодец). И как написано в этой книге :

Литература — самая лучшая забава, придуманная, чтобы издеваться над людьми.

На меня эта книга лично произвела очень хорошее впечатление. Она меня даже кое-чему научила и помогла понять (частично) философию нашей жизни. Пусть там и выдуманные персонажи, выдуманный город и в некоторых моментах нет четких границ между вымыслом и реальностью, но в тех событиях, которые там описаны , я думаю, каждый человек поступал бы точно также в нашей, реальной жизни (самый яркий пример это Урсула Игуаран). Потому что для каждого человека обычно на первом месте в жизни стоит Семья, а потом и все остальное.
И главное, что можно и надо вынести из этого романа -
Самоубийство, любовь, ненависть, предательство, свобода, страдания, тяга к запретному — второстепенные темы, которые на протяжении романа меняют наши взгляды на многое и дают понять, что в этом мире мы живем и умираем в одиночестве. (Википедия)

То ли книга переоценена, то ли я не доросла, но уже и не дорасту, так как лет мне уже много.
Книга написана красивым языком, в повествование подгружаешься как в сказку. Но потом становится просто неинтересно, и все эти вплетения магических событий ситуацию не спасают. После трети книги начинаешь путаться в героях, которых по семейной традиции называют в честь предков. Не помогла даже схема генеалогического древа семьи Буэндиа, найденная на просторах сети. Также смущали постоянные инцесты, при чем их участники могли иметь значительную разницу в возрасте.
История похожа на притчу, но глубокого философского смысла я не поняла.

Тот самый момент, когда не знаешь, что же хорошего сказать про рассказ. Магический реализм Маркеса никогда мне особенно не заходил, но восторги друзей все же увлекли за собой. Ну и поплатилась за это.

Иносказательный, сплошь на подтекстах, на образах и метафорах, на недоговоренностях, автор не рассказывает, но рисует абстракцию акварелью. Из размытых очертаний тут и там проступают контуры, чуть приблизишься - и ускользнет... еще чуть-чуть и ты поймаешь, поймаешь, но так никогда и не догнать мне ускользающую красоту латиноамериканского магического реализма. Для меня это слишком размыто и слишком непонятно, хоть и необыкновенно красиво.

Ева предпочитает пребывать вне своего тела, вне своего разума, а главное, вне своей памяти. Чтобы не помнить о том, что же лежит там закопанное под корнями апельсинового дерева. А так внезапно хочется апельсин, сильно до дрожи хочется, просто съесть апельсин и полетать... и Ева летает наяву, и духу ее наконец-то хорошо, так хорошо, что почему бы и не стать усатым, хвостатым, а главное беззаботным мяукающим существом. Но подходящей кошки поблизости нет, как и память об апельсиновом дереве не отпускает, но пребывать в вечности куда лучше, чем на этой бренной земле в этом бренном теле, которое никак не может выдержать то, что выдержать невозможно...

Страшно, тревожно, грустно и оставляет привкус гнилого апельсина во рту.

Этот роман был добавлен в мой список к прочтению, наверное, сто лет тому назад, не меньше. За плечами уже несколько работ колумбийского писателя, а к главному произведению подступать было очень боязно - пугали противоречивые отзывы, масштаб и обилие действующих лиц. И сейчас, перевернув последнюю страницу, я благодарна самой себе за то, что не начинала знакомство с автором именно с этого романа. Скорее всего я споткнулась бы на первой же истории про опасность свиного хвостика и захлопнула бы книгу, чтобы никогда больше ее не открывать.

▸ Это история клана Буэндия длиною в сто лет, берущая свое начало в самом сердце тропических лесов в местечке под названием Макондо. Первые Буэндия в Макондо построят дом, стены которого будут свидетелями множества трагических судеб - от Урсулы Игуаран, вокруг которой будто и возведены стены дома Буэндия, до одного из множества Аурелиано, которому /как и его тезкам/ не удалось убежать от уготованной судьбы. Мне безумно понравилась та нить, что связывает этот роман с более поздней повестью автора /моей любимицей/  Хроникой объявленной смерти. Предопределенность судьбы, того рокового часа, когда суждено покинуть бренную землю, когда что бы ты не делал - шел ли на расстрел, вспоминая "тот далекий день, когда отец повел поглядеть на лед", или рисовал на груди крест в районе сердца, чтобы пустить туда пулю - всё не важно, ведь твоя судьба записана в таинственной летописи одиночества. Этим мотивом пропитан чуть ли не каждый персонаж романа, не только знаменитый полковник Аурелиано Буэндия, который начал 32 гражданских войны и все их проиграл. Это и Амаранта, которая совершенно точно знала, что умрет, сделав последний стежок на собственном саване, и старуха Урсула, что цеплялась за остатки разума в ожидании окончания затяжных дождей, и 17 сыновей Буэндия, что бродили по свету с пепельными крестами на челе.

▸ Я оказалась совершенно обескуражена волшебством строчек Маркеса, между которых то тут, то там проскальзывала какая-нибудь гадость. И, хотя я совсем недавно сетовала на Кароль Мартинез и ее "Сшитое сердце", теперь понимаю, что на страницах ее романа всё было невинными цветочками /и волшебство, и гадости/. Представьте себе город, в котором, выпив чашечку горячего шоколада, пастор может в прямом смысле воспарить над землей. Или самую прекрасную девушку на свете, что верхом на простынях возносится к небесам. Или девушку, которая умирая от любви, ест горстями сырую землю. Или влюбленного работягу, вокруг которого повсюду летают желтые бабочки. Или призраков, что свободно расхаживают по дому, совсем как живые. Или дождь из цветов, или обычный дождь, но не прекращающийся 4 года. А теперь представьте семью, которая помимо одиночества наследует непреодолимую тягу к инцесту. Или старика, что размышляет в парах собственных испражнений. Или женщин, что продают свое тело, будто кусок мяса. К слову, к этому роману Маркеса нужно либо быть морально готовым, либо обходить его стороной на километр.

И всё же это была невероятная история, о знакомстве с которой я совершенно не жалею, неповторимая в своем роде, "отныне и навеки, ибо ветвям рода, приговоренного к ста годам одиночества, не дано повториться на земле".

Я основательно устала от подобных историй. Это определенно не мое. Очередная семейная история, где, по моему вкусу ничего не происходит. Да еще и описано так, что я постоянно теряю нить того что читаю и посторонние мысли уносят меня в другую сторону. Все эти метания с разного рода открытиями (земля круглая, найду море золота, удвою количество монет, химические опыта и т.д.), любовные похождения вперемешку с превосходством мужчины над женщиной, предрассудки и суеверия... Не знаю как можно объяснить, что например "Стоунер" и "Дом на краю ночи" мне понравились, а эта книга и та же "Человеческая комедия" нет. Единственный плюс - я продолжаю знакомится с мировой классикой, признанной литературной жемчужиной.

Кучу историй я на подобную тему уже прочитала. Все они в принципе похожи - герой спасается с тонущего корабля и оказывается один на плоту посреди моря. Ни еды, ни воды, ни шансов на спасение.

История выживания без прикрас, основанная на реальных событиях, у Маркеса тем не менее отлично удалась. В не малой степени впечатляет тот факт, что это коротенькая повесть, однако написана так хорошо и увлекательно, что и некоторые толстые романы могут позавидовать.

Читать рекомендую всем, кто как и я любит такие истории в литературе, и всем, кто тоже как и я не особо проникся большими романами Маркеса, но не оставляет попыток "подружиться" с автором. Я вот теперь точно обращу внимание на его рассказы и повести, потому что предыдущий опыт, "Полковнику никто не пишет", тоже был удачным.

Я честно пыталась вникнуть в происходящее, пытаясь найти глубинный смысл, но сама манера повествования, сам сюжет к этому явно не располагали. По сути все происходящее сводится к короткому отрезку времени , не помню точно сколько, но от силы полчаса – час, когда полковник, его дочь и внук ждут официальное лицо, которое должно дать разрешение на похороны повесившегося доктора. Но в этот короткий отрезок времени вмещается 25 лет жизни маленького селения Макондо, роли доктора в ней, его взаимоотношения с жителями и людьми, пришедшими его похоронить. Повесть – коробочка с двойным дном.

Но как же все это выглядело максимально странно, раздражающе и мрачно. Какой-то мертвый текст, как те самые палые листья под ногами. Безжизненный, спертый, словно воздух в замкнутом пространстве. А от этих слов «бешеное послеполуденное небо, великолепное и страшное, как горящая конюшня», не знаю почему, стало неуютно и сложилось впечатление, что читаешь слова человека с психическими отклонениями. Не могу объяснить причину, но впечатление возникло. А слова «клейкий вкус фрикаделечного кошмара» добавили странности всему повествованию. И уже ощущаешь клейкость и вязкость происходящего.

Все события, весь текст похожи на полуразвалившийся смрадный труп, вокруг которого роятся мухи. Именно такое сравнение невольно возникает от этой удушливой тяжеловесности слов, повторений, ощущения какого-то застоя. В общем, мне было невероятно неуютно.

Не совсем для меня оказалась понятной позиция жителей селения. Ведь они сначала обрекли доктора на прозябание, переметнувшись к врачам банановой компании. Когда же после этого он отказал городу в помощи раненным, сославшись на то, что все позабыл, то жители приговорили его к молчаливой мести, а именно уготовили ему участь сгнить заживо и гнить после смерти. Не оправдываю ни одну из сторон, сложно судить, кто прав, кто виноват, но обе стороны в этом противостоянии мне непонятны.

Доктор кажется довольно странным персонажем, и даже жестоким, но и жители не отстают. Мне кажется, что у них главенствует закон «если ты не с нами, значит ты против нас». Это наглядно показывает их отношение к полковнику, проявившему человечность и организовавшего похороны покойнику. Даже доли сомнения не остается, что теперь он будет парией в обществе, а заодно и его семья.

Еще мне показалось, будто автор упорно сопоставлял селение Макондо, его расцвет при банановой компании и увядание с жизнью доктора. Он был востребован у посетителей по приезду, когда же его выжали досуха, он начал медленно увядать и умирать. В конце создается ощущение, что и Макондо, и доктор, словно призрачный мираж, исчезающий вдалеке. И вот, уже только ветер кружит палые листья перед глазами. Очень гнетущее и тягучее впечатление остается после повести. Хочется прикоснуться к чему-то живому, ощутить жизнь, потому что только что словно прикоснулся к холодной смерти.