Нам здесь жить

Когда-то я пыталась читать книгу Олди "Герой должен быть один", и бросила - было ничего не понятно и сложно продираться через текст. Вроде бы как "Нам здесь жить" - некое продолжение "Героя...", но не совсем. Во всяком случае, мне кажется, я ничего не упустила в этом плане) Второе знакомство вышло более удачным. Интересно, что Олди - это уже два автора, а тут они еще и в соавторстве с Валентиновым. Правда, о Валентинове я слышала не очень хорошие отзывы. В предисловии сказано, что авторы решили не причесывать текст к единой стилистике, просто Олди пишут от лица одного героя, Валентинов - от лица другого. И эта разница ооочень заметна. Часть Олди интересна. Читать местами не очень легко, не всегда всё понятно, но там хотя бы есть куда копать - есть смысл, сюжет, есть, в конце концов, офигенный Город! А вот часть Валентинова весьма уныла, как по мне. Типичный русский сериал про ментов. Его героиня - Эра Игнатьевна, то ли следователь, то ли фиг пойми кто, я не сильна в должностях. Еще она тайный агент, а раньше сидела в колонии. Поэтому иногда она говорит на бандитской фене из 90-х. Периодически умывается сопливыми слезами по поводу своей дочери и некоего Саши, которого она сдала. Ну и всякие войнушки-перестрелки тут у Валентинова. По-моему, если выкинуть это все из книги - вообще ничего не поменяется для сюжета) Если бы я читала книгу в двух частях, поставила бы первой 4, потому что там как-то поменьше было Валентинова и побольше описания мира. Начало вообще очень захватило. Город, в котором другая реальность. В которой все молятся, чтобы у них была вода, электричество, газ и интернет, приносят в жертву булочки всяким новым барабашкам. Где вместо больниц - храмы. И это не суеверия - это все действительно так и работает в этом новом мире, жители приспособились, тогда как весь остальной мир рассчитывал, что все умрут после катаклизма, названного Игрушечной войной. Еще по Городу ходят кентавры, которые полулюди-полумотоциклы. В подвале живет Миня-минотавр. Это очень сложно описать, и мне хотелось бы, чтобы в книге было этого побольше. Финал меня немного разочаровал, я не думала, что все так просто будет. Ведь всю книгу к этому и подводили, должен же быть какой-то итоговый финт ушами. Но нет) В общем, смешанные ощущения от книги, но какое-то удовольствие я получила)

Тяжело писать рецензию на книгу, которая не понравилась. Сразу надо искать какие-то оправдания, дескать, не мое и т.д. Ну да, не мое, но разве это основание для того, чтобы ставить книге отрицательную оценку? Видимо, есть в книге какие-то дополнительные оттенки, какой-то смысл, ради чего она писалась, такая толстая...
Нет, не то чтобы книга плохая, не то, чтобы она не содержит серьезной идеи и не несет добра и света.
Но я недаром просила в заявке не советовать мне книг о войне и о тяжелых беспросветных депрессивных ситуациях в жизни героев. Я это сама в нужное время читаю и по собственному выбору. И не люблю книг, в которых все умирают.
Так случилось, что описанный мир не вызвал у меня сочувствия. Слишком много всего намешано и как-то это... нежизнеспособно, что ли? Последние главы дочитывались уже на автомате - было интересно, чем дело кончится, но совсем не хотелось собственно читать, то есть удовольствия от чтения не получила. Так что теперь даже сомневаюсь, стоит ли еще браться за товарищей Олдей - ибо первое знакомство совсем не впечатлило.

Отзыв....отзыв...Не знаю , что писать про эту книгу. Вне рецензий. Вне жанров. То есть начиналось то все, как микс городского фентази, социально-психологической фантастики и чего только еще там авторы не намешали...Первую книгу читала в общем то в легком недоумении и непонятках. «А ну, объясните! Ничего не понимаю». Со второй уже и понимать особенно не пришлось. Втянуло и выкинуло в Город.
Внимание, спойлер!

«Мы-Город. И мы-гибнем». Я реально плакала. Плакала, когда погиб Миня, когда один за другим Легат терял друзей.И не потому, что «плохие» убили успевших полюбиться героев. Этим меня, прошедшую Мартина, не прошибешь. Просто так пусто-пусто было.

Рецензировать -не смогу. Яркие герои — да, необычный сюжет — однозначно. Атмосфера? — несомненно. но сила и непохожесть, уникальность этой книги явно не в этом. Это-составляющие. Для меня «Нам здесь жить» стала живой. И бегут буквы белыми барашками. И — благодарность авторам...

Дилогия, состоящая из книг «Армагеддон был вчера» (я повелась на название, да) и «Кровь пьют руками».
Пересказывать сюжет – дело тухлое, сразу говорю. Потому что в Городе, где случилась Большая Игрушечная война, где появилась Выворотка, а люди начали сжигать на «алтарках» булочки, чтобы задобрить святых и мучеников, намешано столько всего, что мозг местами не сразу связывает необходимые ниточки, и картинка... нет, не распадается, но теряет некий узелок.
Что нам дано (без пролога): есть некий бомж Ерпалыч, любит пить и слушать страшно громкую музыку. Еще есть кентавр Фол, который не кентавр, но человек-мотоцикл. Если жорик-полицейский Ритка, он же Ричард Родионович. И есть Алик – Олег Абраамович Залесский, писатель совсем не от Бога, но... писатель.
Ах да, а потом появляется еще одно действующее лицо, которое по итогу становится едва ли не главным – Эра Игнатьевна.
В Городе случилась Большая Игрушечная война. Название смешное, но на деле террористы устроили взрыв, погибло множество человек, и мир в Городе вывернулся. Здесь появились кентавры, здесь заговоры действительно действуют, стоит только сжечь булочку, скажем, и – вуаля – заработает телефон, даже если у него нет проводов. А исчезник в стенках или Тех-ник присмотрят за домом. Иные существа с иной стороны живут теперь в Городе рядом и помогают людям. А Те – боги (?) – выполняют просьбы людей за маленькие жертвы. За булочки или баклажаны, да.
А в подвале кинотеатра прячется Митя. Он же Минотавр, самый настоящий.
Уф.
Самое забавное, что эту книгу я начала читать как раз после «Герой должен быть один», а в предисловии Олди говорят, что хотели из Города сделать продолжение «Героя», только в наше время. Кентавры-то есть. Но Город отказался, и, может, оно и к лучшему. Хотя ненароком так «Герой» все-таки упоминается. Совсем ненароком.
Казалось бы – ну вот кому понадобится старый бомж, который, естественно, не так прост оказывается? Кому-то же понадобится и Алик, писака, и многие пожелают его найти, привести в свое черное дело и закрутить, использовать. Расследует это все Эра Игнатьевна, у которой в Штатах живет дочь, Эми, и дружит она по странному совпадению судьбы с Полом, с Пашкой, братом Олега.
У Пашки своя история, короткая, но не менее закрученная. Такая, где вместо рук оказываются акульи пасти, рвущие все и вся.
Короче.
Не знаю, что короче, но короче. Все не так просто, как кажется. Идея писателя-бога совершенно не нова, но когда писатель об этом не подозревает (ах, Митя-Митя, Минотавр), может произойти что угодно. И нет, Алик не виноват в Большой Игрушечной, и в том, что происходит, по сути тоже.
Но Печати снимаются, а Армагеддон, он вчера был, просто никто этого не заметил, только, наверное, кроме мертвецов на Выворотке, застывших в одних воспоминаниях за день до Большой Игрушечной, но им уже как-то без разницы.
И те, кто пытаются проводить эксперименты (а были ли террористы?), кто пытается разобраться в происходящем (Стрела и Девятый – что важнее?) – они не то чтобы ошибаются, но они дали Городу жизнь, оживили его, создали Первач-псов, которые убивают убийц, и потому по Городу лучше ходить без оружия, и не Алик в этом виноват совершенно. Просто так получилось, что книга – последняя, внезапно ожила, частично, но все же. Трактовать ли попытку уничтожить книгу, как нежелание снимать Печати, предшествующие новому Армагеддону, – это пусть решает каждый сам.
Религия в книге есть, но она такая... очень тонкая, со своими отсылками, безусловно, но при этом совершенно ненавязчива. Безумие легкое тут в другом, но оно страшное и приятное
Как-то так, да.
Странная дилогия. Но ей под стать и эта попытка рецензии.

Прочитан роман Валентинова и Г.Л.Олди - "Нам здесь жить" в двух томах.
Ну что я могу сказать, во-первых, это первая книга на моей памяти в соавторстве (да я что-то давненько не читала соавторства), где так четки границы между писателями. Вот эта глава - Олди, вот эта - Валентинов. Четко. Вот этого героя ведет Генри-Лайон, а вот этого Валентинов.
Главные герои истории про Город, в котором привычные законы природы немного сошли со своей оси: Писатель-фантаст Алик и женщина-следователь Гизело. У писателя в голове шалала-эгегей, что хорошо удается Олдям (вспомним шикарного сумасшедшего Одиссея), ну а практичная, бабская такая, с тяжелой судьбой Следовательша - пера Валентинова - основательна и занудна. Хотя на ее долю приходятся самые трагичные повороты сюжета, драма-драма...
Но таки я остро чувствую себя тут Олде-филом, ибо мне Валентинов еще со времен Диомеда (сына Тедея) показался нудноватым - ибо так замордовать яркого и звонкого персонажа Иллиады и "Одиссея, сына Лаэрта" - это надо уметь. Но я отвлекаюсь.
Идея мира - занимательна, этакий мир оживших суеверий. Рассказывать подробно не буду - в любой аннотации на эту книгу - есть описание наверняка. Идея кровавых "жертв" однако опять же идет по Греческому циклу Олдей достаточно четко, тут переплетаясь с домашними, бытовыми верованиями.
Окончилась история не очень внятно, в напряжении держала где-то с последней трети второй книги, до этого все вполне статично. Интересные идеи есть. В целом книга на четверочку с минусом. И точно не покупать и перечитывать...

Неподготовленному к Олдям книга запросто сломает мозг.
И тем не менее, это квинтэссенция настоящей литературы и фантастики. Часто встречаются книги, имеющие лихой экшн с неожиданными поворотами сюжета. Полки завалены космической фантастикой, рыцарскими фэнтэзи с драконами, разборками полиции с бандитами и шпионскими интригами. Намного меньше - альтернативной истории, очень редки книги с богатым лексиконом и стройным слогом, живопищущим персонажей, автора, и ещё меньше - ставящих перед читателем вопрос.
Но слить всё это воедино... Такого я не ожидал даже от Олдей, и даже в соавторстве с кем-то. И даже не подозревал, что такая смесь может быть не глупым бумагомаранием очередного графомана, а очень серьёзным и злободневным произведением.

intro
человек - зацикленная на себе зараза, поэтому вместо того чтобы читать чужие отзывы, я напишу свое)

preludio

"ХХ. О целительстве лишенных ума. 1. Блаженному Андрею, Христа ради юродивому (936; 15 октября). Андрей принял на себя подвиг юродства по особому повелению Божию и сподобился дара прозрения. (Молит. 197, 228, 240)"

minuetto
о чем это я... об Олди, о Валентинове и о том, что "Нам здесь жить". Всегда так... Столько мыслей, а как на бумагу...
Так вот. Может я тоже "бог без машины"?
Мысль - материальна. Мысль должна опережать действие. Почему? А ведь действует... Действует же... Вспоминается интервью с Олди, что после этой книги им письмо пришло - мол, так и так, а у вас еще советов не найдется? А то мы пробовали, все работает... "Спокойное такое, деловое письмо". Авторы смеялись...
Вы где-нибудь видели успешного и счастливого пессимиста? Сколько пишут, сколько показываю, сколько сам встречаешь - такие люди всегда знают чего хотят. предугадывают? планируют? или просто хотят? ведь работает же...
Что ж выходит? Каждый может быть богом? Или собой? может написать свою книгу "Люди, боги, и я"

rondo
к чему я вообще веду? Да к тому, что ничерта мы не знаем о мире, в котором живем. Пытаемся как-то использовать эмпирические условности, думаем что все состоит из шариков-электронов. которые вертятся вокруг таких же шариков-протонов. А нет там ничего такого... Модель для школьников.
И связи химической тоже нет. Об этом рассказывают уже потом, в магистратуре - будущим ученым, так сказать. чтобы побольше сомневались. побольше думали.
Чтоб понять, что совсем ничего не знают...

coda
Может пора начинать верить в приметы?

Идея соприкосновения реального мира и мира мифов, мягко говоря, не нова и знает десятки более или менее удачных воплощений. Читателю помоложе придут на ум "Американские боги" Геймана, более опытные любители фантастики припомнят "Понедельник начинается в субботу" - я бы сказал, что и невооружённым взглядом видно, что он послужил важным, хоть и не единственным, источником вдохновения для "олдей".

Почему я говорю про "олдей", хотя "Нам здесь жить" писало трое авторов? Сюжет делится надвое, одну половину мы видим глазами персонажа Олди, вторую - глазами героини Валентинова. Конечно, это авторство нигде не закреплено, но очень уж легко угадывается этот водораздел - за стилистическими и иными различиями. Кто-то писал, что главы Валентинова проигрывают тем страницам, которые вышли из-под пера "олдей". Лично мне так не показалась, и сильного дисбаланса в тексте я не увидел. Но я могу понять, почему экзистенциальный, с надломом "мифопанк" "олдей" многие нашли более колоритным и "вкусным", нежели суховатый "оперативно-розыскной" триллер Валентинова. Но именно смена оптики, манеры и способа смотреть на мир сообщают произведению многогранность.

Будет нелишним сказать, что книга - прямо-таки плоть от плоти пресловутых девяностых. Культурный код трансмутирующего постсоветского пространства - буквально в каждой главе, в каждом абзаце. Символично, что роль города, застывшего на стыке двух миров, досталась родному для писателей Харькову. Могу только догадываться, какие эмоции испытывали земляки писателей, читая роман.

Сюжет сначала развёртывается не очень быстро и как будто несколько сумбурно. Но позже, во втором томе, когда происходит перелом, читать становится ощутимо более интересно - и страшнее. По мере того, как описываемое на страницах приближение к городу колонн бронетехники "федералов" приближает и неизбежную развязку, всё труднее отделаться от мрачных аллюзий - вполне понимая, что авторы отсылая к современной им Чеченской войне, не могли даже предугадать, что будет происходить не так далеко от их родного Харькова каких-нибудь 20 лет спустя.

Тугой узел, в котором под конец оказываются завязаны долг чести и желание сердца, личное и государственное, реальное и трансцендентное, истинное и ложное, разрубается лихо и без сантиментов. И хочется как-то предотвратить или отсрочить неизбежное, но не получается. Суровая правда: родину не выбирают и, в случае чего, защищают с оружием в руках. Сражаясь за город, "гениев места", тех, кто тебе дорог, наконец, за себя самого и свою самость. Потому что - нам здесь жить... и умирать тоже.